Отзывы о книгах
в отпуск
— Это шутка такая? — жена непонимающе читала переписку с доказательством моей измены. — Нет, не шутка. У меня уже как полгода любовница, а ты и не заметила. И после этого ты хорошая жена, Поля? — вкрадчиво поинтересовался. — Я… — жена выглядела обескураженной. — Я доверяла тебе… — сглотнула громко. Кажется, я смог удивить жену. — У тебя другая женщина… — повторила вслух. Поверить пыталась. — Да, и она беременна, — я резал правду-матку. Все равно узнает, пусть лучше от меня. — Так,...
грустно
романтично
глупо
— Наш брак будет фиктивным и продлится пять лет со дня рождения ребенка, — с этих слов началась моя брачная ночь. Я резко вскинула голову. В смысле? Что это значит? Как это вообще? — Фиктивным? Я не очень понимаю… — Сегодня мы подписали документы, помнишь? Я кивнула. Да, было такое. — В них помимо стандартных условий есть еще несколько. Для нас обоих этот брак — вынужденная мера. Через пять лет ты станешь свободной и обеспеченной женщиной. Я оплачу тебе махр: ты не в чем не будешь...
не оторваться
— Пасуй сюда! — услышала и обернулась. Прошла метров пятьдесят и вниз посмотрела. Рома в термобелье и шортах играл в футбол с каким-то мальчиком. — Пап, смотри какой удар! Пап? Я осмотрелась даже — они были вдвоем. И я не понимала, кто отец этого мальчика?! — Ты точно будешь чемпионом! — крикнул мой муж. Это было так… Так восторженно и одновременно нежно. Я сглотнула вязкую слюну, но тревога уже расползалась по телу. И душе. — Иди сюда. — Ну и скорость у тебя, сын! — восхитился, а я кажется...
— Это шутка такая? — жена непонимающе читала переписку с доказательством моей измены. — Нет, не шутка. У меня уже как полгода любовница, а ты и не заметила. И после этого ты хорошая жена, Поля? — вкрадчиво поинтересовался. — Я… — жена выглядела обескураженной. — Я доверяла тебе… — сглотнула громко. Кажется, я смог удивить жену. — У тебя другая женщина… — повторила вслух. Поверить пыталась. — Да, и она беременна, — я резал правду-матку. Все равно узнает, пусть лучше от меня. — Так,...
мило
— Что тебе нужно, Сафаров? — поинтересовалась враждебно. — Чтобы ты ответила на вопрос: кто этот мальчик? — Мой сын, — гордо и с такой всепоглощающей нежностью, а вот я, наоборот, с обманчивой мягкостью: — Сколько ему? Если Олененок обманула меня — порву! Потом соберу и снова порву! И только потом обниму и никогда не отпущу! — Шесть. — Он же мой, да? — сжал хрупкие плечи, в глаза бездонные заглянул, на губы розовые жадно накинуться хотел. Семь лет. Семь! — Мой? Отвечай же! — Нет, —...
милов отпускГерой попытался исправить ошибку, но было поздно. Особого интереса книга не вызвала.
— Лейсан, нам нужно развестись, — объявил Амир, останавливаясь напротив меня, сидящей на диване. Свысока. — Так будет лучше для всех. Так будет правильно. — Это из-за той девушки? Пусть лучше будет так. Не хочу верить, что Амир бросает меня из-за отвращения. — Какой девушки? — остро взглянул на меня. Еще и не сознается. — Я видела вас сегодня. Ты так целовал ее… — посмотрела прямо в его глаза. — Как меня… когда-то… — Нет, это не из-за нее. Только из-за меня. Я не изменял тебя. Никогда. — А...
грустноне оторваться
познавательно
мудро
— Ты уроки сделала? — привычно зашла и принялась собирать с пола разбросанные шмотки, фантики от конфет, тетради, вываленные из рюкзака. Из одного кармана кофты вывалилась парилка, популярная сейчас у подростков. — Николь?! — я ошарашенно повернулась к ней. Двенадцать дет! Двенадцать! — Это что вообще?! Николь изменилась в лице и тут же завершила разговор с подружками. — Не твое дело! — огрызнулась. — Ты мне не мать и не надо шариться по моим вещам! — выхватила из моих рук вейп. Эта маленькая...
грустноне оторваться
«Я не хотел терять семью, но не знал, как удержать! Меня так злило это, что налет цивилизованности смыло напрочь. Я лишился Мальвины своей, и в отместку сердце ее разорвал. Я не хотел быть один в долине потерянных душ. Эгоистично, да, но я всегда был эгоистом.» (В) «Вадим был моим мужем, но увлекся другой. Кричал, что любит, но явился домой с недвусмысленными следами измены. Не хотел терять семью, но ушел. Не собирался разводиться, но адвокаты вовсю готовят документы. Да, я желала бы...
Написанна книга очень хорошо. Авторский стиль такой приятный. Подкачало описание секса, пошлое и грязное, пропускала, хотя не ханжа.
С Кириллом всё понятно, мужской эгоцентризм во всей красе.
С последующим взрослением до здорового эгоизма.
А вот Мария бесила не по - детски. Гордыня уничижения, как основа всей её личности.
Изменил муж, а неприятна была жена.
Читабельно, но перечитывать не буду.
С Кириллом всё понятно, мужской эгоцентризм во всей красе.
С последующим взрослением до здорового эгоизма.
А вот Мария бесила не по - детски. Гордыня уничижения, как основа всей её личности.
Изменил муж, а неприятна была жена.
Читабельно, но перечитывать не буду.
— Я не искал бабу, но не отказался, когда подвернулась! Я хотел развеяться. Встряхнуться. Думал, это поможет перестать злиться. Ты раздражаешь меня, Машка. Бесишь. Я не хочу развода, но я устал от такого брака. Я хочу рядом ту женщину, на которой женился, а не эту... — Да пошел ты! — Машка бросилась к выходу, но я поймал. — Пусти! — едва спас глаза от ногтей, когда вырываться начала, дубасить, куда попадет. — Пусти, сказала! Я подчинился, но был готов, что снова сорвется. Так и вышло. Только...
не оторватьсяв отпускромантично
полезно
— Ты уроки сделала? — привычно зашла и принялась собирать с пола разбросанные шмотки, фантики от конфет, тетради, вываленные из рюкзака. Из одного кармана кофты вывалилась парилка, популярная сейчас у подростков. — Николь?! — я ошарашенно повернулась к ней. Двенадцать дет! Двенадцать! — Это что вообще?! Николь изменилась в лице и тут же завершила разговор с подружками. — Не твое дело! — огрызнулась. — Ты мне не мать и не надо шариться по моим вещам! — выхватила из моих рук вейп. Эта маленькая...
Драма, драма, драма, драма... Обычно такое я читаю спокойно, ну, бывает, что поплачу немного или много, но отторжения не происходит.
Но тут всё слишком. И жена - суперсвятая; и муж - скотина; и на него нацеленная дама - психопатка с тягой к его штанам, лишь бы были рядом; и свёкор - памятник собственному величию; и озабоченный козёл рядом с героиней; и болезни детей, старые и новые. Очень слишком всё накручено.
И конечно же, хэппи энд в максимально предсказуемой конфигурации.
"Штоп вы все сгорели", - вежливо подумала я примерно на двадцатой главе и решила всё же дожевать этот картон.
Ну, картон и есть картон. Ни майонез, ни варенье не помогут.
Но тут всё слишком. И жена - суперсвятая; и муж - скотина; и на него нацеленная дама - психопатка с тягой к его штанам, лишь бы были рядом; и свёкор - памятник собственному величию; и озабоченный козёл рядом с героиней; и болезни детей, старые и новые. Очень слишком всё накручено.
И конечно же, хэппи энд в максимально предсказуемой конфигурации.
"Штоп вы все сгорели", - вежливо подумала я примерно на двадцатой главе и решила всё же дожевать этот картон.
Ну, картон и есть картон. Ни майонез, ни варенье не помогут.
— Ангелина, мне не нужен ребенок с отклонениями. Это бред рожать! Спроси у врачей! Нашему сыну врачи поставили страшный диагноз на семнадцатой неделе. Муж требовал сделать аборт. Ему, будущему министру, нужна здоровая родословная. Безукоризненная репутация, послушная красавица-жена, умные и воспитанные дети — идеальная семья с картинки. — Тим, я не могу понимаешь? Если я не рожу сейчас, то… Это огромный риск. — Риск рожать инвалида, — припечатал словом. — Ты измучаешь нас и этого… ребенка. ...
милоромантичноНесмотря на то что я резко отрицательно отношусь к книгам с тегом "прощение мудака" и такое не читаю, решила все же познакомиться с этой книгой. И знаете, в принципе нормально. Есть конечно сказочные моменты, и антураж этот мажористо-чиновничий, но в целом история неплохая. "В каждой избушке свои погремушки" - точно про эту книгу
— Ангелина, мне не нужен ребенок с отклонениями. Это бред рожать! Спроси у врачей! Нашему сыну врачи поставили страшный диагноз на семнадцатой неделе. Муж требовал сделать аборт. Ему, будущему министру, нужна здоровая родословная. Безукоризненная репутация, послушная красавица-жена, умные и воспитанные дети — идеальная семья с картинки. — Тим, я не могу понимаешь? Если я не рожу сейчас, то… Это огромный риск. — Риск рожать инвалида, — припечатал словом. — Ты измучаешь нас и этого… ребенка. ...
мило
— Ангелина, мне не нужен ребенок с отклонениями. Это бред рожать! Спроси у врачей! Нашему сыну врачи поставили страшный диагноз на семнадцатой неделе. Муж требовал сделать аборт. Ему, будущему министру, нужна здоровая родословная. Безукоризненная репутация, послушная красавица-жена, умные и воспитанные дети — идеальная семья с картинки. — Тим, я не могу понимаешь? Если я не рожу сейчас, то… Это огромный риск. — Риск рожать инвалида, — припечатал словом. — Ты измучаешь нас и этого… ребенка. ...
мило
— Ангелина, мне не нужен ребенок с отклонениями. Это бред рожать! Спроси у врачей! Нашему сыну врачи поставили страшный диагноз на семнадцатой неделе. Муж требовал сделать аборт. Ему, будущему министру, нужна здоровая родословная. Безукоризненная репутация, послушная красавица-жена, умные и воспитанные дети — идеальная семья с картинки. — Тим, я не могу понимаешь? Если я не рожу сейчас, то… Это огромный риск. — Риск рожать инвалида, — припечатал словом. — Ты измучаешь нас и этого… ребенка. ...
фуууу
— Лейсан, нам нужно развестись, — объявил Амир, останавливаясь напротив меня, сидящей на диване. Свысока. — Так будет лучше для всех. Так будет правильно. — Это из-за той девушки? Пусть лучше будет так. Не хочу верить, что Амир бросает меня из-за отвращения. — Какой девушки? — остро взглянул на меня. Еще и не сознается. — Я видела вас сегодня. Ты так целовал ее… — посмотрела прямо в его глаза. — Как меня… когда-то… — Нет, это не из-за нее. Только из-за меня. Я не изменял тебя. Никогда. — А...
эротично
— Ты уроки сделала? — привычно зашла и принялась собирать с пола разбросанные шмотки, фантики от конфет, тетради, вываленные из рюкзака. Из одного кармана кофты вывалилась парилка, популярная сейчас у подростков. — Николь?! — я ошарашенно повернулась к ней. Двенадцать дет! Двенадцать! — Это что вообще?! Николь изменилась в лице и тут же завершила разговор с подружками. — Не твое дело! — огрызнулась. — Ты мне не мать и не надо шариться по моим вещам! — выхватила из моих рук вейп. Эта маленькая...
эротично
— Что это? — спросила у мужа, когда в очередной раз приехал из офиса поздно. От него пахло женскими духами, не сильно, едва-едва, но я заметила. Так же, как и помаду на белоснежной манжете. Свят, не успев скинуть брюки, повернулся и подошел: увидел пятно и закатил глаза. — У тебя паранойя, Ярина? — убийственный взгляд и поразительное спокойствие в голосе. — Это помада, Свят! — перешла на повышенные. — У тебя на рубашке чьи-то следы и женскими духами несет! — У меня была встреча с партнерами,...
Закрываю гештальт по последней у меня книге Оливии Лейк, написанной ею в сеттинге русреал, всё откладывала из-за насилия в сюжете.
Как всегда написано хорошо (я про стиль). Эмоционально, динамично. Но ей богу, здравого смысла в сюжете и поведении героев — ноль. Собственно, как и во всех последних книгах автора, когда сюжет держится на эмоциональных качелях вызванных нелогичным (странным) поведением глав героя и отсутствием коммуникации. Реальной платформы, на которой держится любовь героев, в которую можно поверить — нет.
Святослав Нагорный — жестокий, ревнивый и, простите, тупой бизнесмен. Хотя, если подумать, у автора в принципе мужские герои умом и сообразительностью не отличаются, одно что "крутые" бизнесмены. Человек, который управляет империей и "держит в страхе весь город", на ровном месте ведётся на дешёвые провокации, устраивает цирк с трусами в кармане и месяцами мучает жену, вместо того чтобы просто поговорить. Это не "одержимость", это клиника. Ну и если он решил, что у героини любовник и она его не любит, то почему месть и наказание - это имитация измены? Ей по идее всё-равно должно быть.
А сцена насилия вообще без комментариев, абсолютно ничем не оправданная жестокость, по сути насилие ради насилия, причём от большой любви. Ну и куча других штампов. В ХЭ при тех вводных, что дала автор — не верю.
Как всегда написано хорошо (я про стиль). Эмоционально, динамично. Но ей богу, здравого смысла в сюжете и поведении героев — ноль. Собственно, как и во всех последних книгах автора, когда сюжет держится на эмоциональных качелях вызванных нелогичным (странным) поведением глав героя и отсутствием коммуникации. Реальной платформы, на которой держится любовь героев, в которую можно поверить — нет.
Святослав Нагорный — жестокий, ревнивый и, простите, тупой бизнесмен. Хотя, если подумать, у автора в принципе мужские герои умом и сообразительностью не отличаются, одно что "крутые" бизнесмены. Человек, который управляет империей и "держит в страхе весь город", на ровном месте ведётся на дешёвые провокации, устраивает цирк с трусами в кармане и месяцами мучает жену, вместо того чтобы просто поговорить. Это не "одержимость", это клиника. Ну и если он решил, что у героини любовник и она его не любит, то почему месть и наказание - это имитация измены? Ей по идее всё-равно должно быть.
А сцена насилия вообще без комментариев, абсолютно ничем не оправданная жестокость, по сути насилие ради насилия, причём от большой любви. Ну и куча других штампов. В ХЭ при тех вводных, что дала автор — не верю.
— Что это? — спросила у мужа, когда в очередной раз приехал из офиса поздно. От него пахло женскими духами, не сильно, едва-едва, но я заметила. Так же, как и помаду на белоснежной манжете. Свят, не успев скинуть брюки, повернулся и подошел: увидел пятно и закатил глаза. — У тебя паранойя, Ярина? — убийственный взгляд и поразительное спокойствие в голосе. — Это помада, Свят! — перешла на повышенные. — У тебя на рубашке чьи-то следы и женскими духами несет! — У меня была встреча с партнерами,...
фуууу
«Я не хотел терять семью, но не знал, как удержать! Меня так злило это, что налет цивилизованности смыло напрочь. Я лишился Мальвины своей, и в отместку сердце ее разорвал. Я не хотел быть один в долине потерянных душ. Эгоистично, да, но я всегда был эгоистом.» (В) «Вадим был моим мужем, но увлекся другой. Кричал, что любит, но явился домой с недвусмысленными следами измены. Не хотел терять семью, но ушел. Не собирался разводиться, но адвокаты вовсю готовят документы. Да, я желала бы...
фуууу
— Что это? — спросила у мужа, когда в очередной раз приехал из офиса поздно. От него пахло женскими духами, не сильно, едва-едва, но я заметила. Так же, как и помаду на белоснежной манжете. Свят, не успев скинуть брюки, повернулся и подошел: увидел пятно и закатил глаза. — У тебя паранойя, Ярина? — убийственный взгляд и поразительное спокойствие в голосе. — Это помада, Свят! — перешла на повышенные. — У тебя на рубашке чьи-то следы и женскими духами несет! — У меня была встреча с партнерами,...
в отпускПонравилась сильная героиня и равновесие в финале
— Лейсан, нам нужно развестись, — объявил Амир, останавливаясь напротив меня, сидящей на диване. Свысока. — Так будет лучше для всех. Так будет правильно. — Это из-за той девушки? Пусть лучше будет так. Не хочу верить, что Амир бросает меня из-за отвращения. — Какой девушки? — остро взглянул на меня. Еще и не сознается. — Я видела вас сегодня. Ты так целовал ее… — посмотрела прямо в его глаза. — Как меня… когда-то… — Нет, это не из-за нее. Только из-за меня. Я не изменял тебя. Никогда. — А...
до слезне оторватьсяНеобычно развернулся сюжет...
— Давид, — наши взгляды встретились, и я решилась. Решилась попросить. Если дрогнет, готова даже умолять…— Отпусти меня. Долгий взгляд потяжелел, больше ничего. — Я ведь не нужна тебе. Перестань мучить нас обоих. Если встретил кого-то, другую, пускай. Но отпусти меня… — Как я могу отпустить тебя, Лота? Ты моя жена, мать моих детей, ты беременна. Нет, Лота. Нет. — Ты ведь не любишь меня. Найди любовь, Давид. Может, и я… — заикнулась, накрыв ладонь, гладившую мой живот. Да, я хочу любви. Я...
не оторватьсяполезнопознавательноЕсть над чем задуматься. Героиня - сильная женщина. молодец, что выстояла.
— Это шутка такая? — жена непонимающе читала переписку с доказательством моей измены. — Нет, не шутка. У меня уже как полгода любовница, а ты и не заметила. И после этого ты хорошая жена, Поля? — вкрадчиво поинтересовался. — Я… — жена выглядела обескураженной. — Я доверяла тебе… — сглотнула громко. Кажется, я смог удивить жену. — У тебя другая женщина… — повторила вслух. Поверить пыталась. — Да, и она беременна, — я резал правду-матку. Все равно узнает, пусть лучше от меня. — Так,...
Не заслужил он такого эпилога....
— Это шутка такая? — жена непонимающе читала переписку с доказательством моей измены. — Нет, не шутка. У меня уже как полгода любовница, а ты и не заметила. И после этого ты хорошая жена, Поля? — вкрадчиво поинтересовался. — Я… — жена выглядела обескураженной. — Я доверяла тебе… — сглотнула громко. Кажется, я смог удивить жену. — У тебя другая женщина… — повторила вслух. Поверить пыталась. — Да, и она беременна, — я резал правду-матку. Все равно узнает, пусть лучше от меня. — Так,...
Мило, не более.
— Эва Сергеевна, простите за нескромный вопрос: вы замужем? — кольца нет, но все же. — С какой целью интересуетесь? — Жениться хочу. — На ком? — нахмурилась она. — На вас, — просто ответил. Чувствую, моя женщина. Не думал, что так бывает. Не собирался жениться в принципе. А сейчас иного выхода и предложить не мог. Моя, чую всеми своими органами чувств, уж простите за тавтологию. — Я не замужем, но… — Я тоже, — довольно вставил. — Тоже не замужем? — саркастично заметила. — В нашей стране...