Рассказ
Категория: джен, Рейтинг: PG-13, Размер: Мини, Саммари: Будущее в опасности и спасти его можно лишь в прошлом.
Благополучная и счастливая семейная жизнь Сары прервалась, когда Сэм, её муж, погиб в автокатастрофе. Придя с прахом любимого на крошечный островок, где они когда-то впервые встретились, она вдруг видит в тумане знакомую фигуру. Не позволяя себе задумываться, как и что, Сара хватается за последний шанс увидеться — и попрощаться — с мужем. Перевод: Marigold, редактура: nurochek, Калле.
«… – А что, – спрашивал он меня после долгого молчания, – правда, что в Петербурге пешком по улицам нельзя ходить? – Почему? – Такое там движение на улицах, что сейчас же задавят. – Это верно, – подтверждал я. – Там даже на каждой улице ящики такие устроены… – Для чего? – А чтоб задавленных складывать, пока родственники не разберут. …»
Смерть оборвала жизнь талантливого писателя, и подарила нам загадку, что же он написал перед смертью.
Эта тайна может быть разгадана.
Читайте, и узнаете как!
В сборник «Скорей бы настало завтра» включены рассказы о фронтовой любви.
Художник Шамро Олег Павлович.
В сборник «Скорей бы настало завтра» включены рассказы о фронтовой любви.
Художник Шамро Олег Павлович.
«Старый мэтр был знаменит и, точно, никто не превзошел его в дивном искусстве музыки. Владетельные герцоги, как чести, добивались знакомства с ним, поэты посвящали ему свои поэмы, и женщины, забывая его возраст, забрасывали его улыбками и цветами. Но все же за его спиной слышались перешептывания, и они умели отравить сладкое и пьяное вино славы. Говорили, что его талант не от Бога и что в безрассудной дерзости он кощунственно порывает со священными заветами прежних мастеров…»
Гильдия Эсперов после обучения посылала своих выпускников на Мондарран IV. Там эсперы учились обходиться в обычной жизни без использования своего таланта - колдунов на на Мондарране IV казнили незамедлительно!
Как же трудно не пользоваться телекинезом, ставшим привычным, как дыхание! Как же трудно сохранить свой талант не практикуясь в нем в течении целых пяти лет!
«Чернильно-черный поток, иногда разряжаемый неоновыми вывесками и светом из окон, тек перед ним. Река с горящими внутри звездами. Сверху, по обыкновению безмолвное и безразличное, но сегодня еще и необычно-мрачное, нависало небо. Оно тоже было испещрено огоньками. Казалось, два высших мира встретились, пересеклись и готовились выплеснуться друг в друга. Но их разделяла пропасть: для вселенной – пустяк, а для человека – целая жизнь…»
Мои первые летние каникулы я запомнил не потому, что устал учиться в школе, не потому, что соскучился по бабушке, к которой меня отправляли летом, и уж точно не потому, что родители подарили мне давно обещанный радиоуправляемый автомобиль. Те каникулы я запомнил из-за самого противного, мерзкого, жадного, вредного (эпитетами можно сыпать до бесконечности) скупца который жил на нашей улице. Дом его располагался у самого кладбища и, уверен, многие желали ему поскорее уже переселиться на соседний...
Открытие, касающееся антигравитации, очень важно для человечества и не должно пропасть. Вот только способ передачи его поколениям выбрали весьма специфический — менталььная связь.
Монотонный шум города грубо прерывался раздражающим стуком. - Тук- тук - тук. Мальчишка, лет двенадцати, стоял под окнами многоквартирного дома и бросал в стену камень. Тот звонко стукал по кирпичной кладке и отскакивал от стены. Парнишка, неторопливо, находил его в траве, отходил от стены на несколько метров и снова бросал в нее камень: - Тук!
«Дондурей (ну так же и хочется поставить «дон» отдельной частицей!..), главный редактор одного журнала про кино, названия которого я никогда не мог запомнить, недавно сказал в телевизоре, что Глазунов, хоть ему и дарят дома, и платят миллионы, все равно в историю не войдет: критики про него не пишут.
То есть критик определяет место в истории. Критик как диспетчер социокультурного пространства…»
Конец света, назначенный на декабрь 2012-го, не состоялся. Свечи, макароны и тушенка пылятся по кладовкам. Но не спешите их выбрасывать! Вспомните, крохотный по космическим масштабам метеорит над Челябинском всерьез напугал не только жителей этого города. Извержение исландского вулкана закрыло небо над Европой, на несколько дней отбросив ее на сто лет назад, когда люди передвигались только по суше и воде. А Фукусима? А цунами в Индийском океане, которое унесло сотни тысяч человеческих жизней? И...
— Хочу тебя адски. — Уходи. — Это я говорю, правда? Мой же голос? А чего такой хриплый? — Настя… — он наклоняется ниже, приподнимает меня за подбородок, и взгляд его совершенно дурной, пьяный и безумный. Он в первый раз вот так сам пришел. До этого мы лишь сталкивались, случайно, судьба сводила, не в силах перестать издеваться надо мной… — Настя… Я же… Я же не выдержу, понимаешь? Я уже не выдерживаю! Я ничего не отвечаю. В его голосе — угроза пополам с мучительным желанием, с болью...
Уже несколько часов Егор Павлович Венедиктов сидел в своем купе и томно смотрел в окно. За ним то и дело пролетали деревья, кустарники, редкие деревенские жители и их покосившееся за долгое время дома. С одной стороны он был до мозга костей городским малым, но насколько, же прекрасен был вид за окном, насколько он был глубок, но в то же время насколько он бьющий будто бы в самое сердце, грустный и упаднический.
Не зря говорят, что не случается все к лучшему. Сломался мотоцикл и пришлось пересесть на автобус?!
Теперь принимай подарки от судьбы. Ведь автобус не простой, а влюбленный)
В тексте есть: любовь, новый год и чудеса, надежный мужчина и ребенок.
В перенаселённом мире Будущего почти не осталось живой природы. Люди вынуждены жить в огромных агломерациях, никогда не видя солнца и зелени. Но человечество не отчаялось и не погрузилось в пучины самоубийственной депрессии. Был взять глобальный курс на возвращение к истокам. Теперь у каждого члена общества есть игровая комната, где можно погрузиться в мир виртуальной симуляции естественного образа жизни, выбрав себе эпоху по вкусу. Муж и жена ожидают появления ребёнка. Время от времени каждый...
На песчаном берегу, сплошь усеянном ракушками и высохшими бурыми водорослями, четко отпечатались следы. Они ровной цепочкой шли вдоль кромки моря со стороны утеса, потом сворачивали от берега по направлению к курортному городку. Некоторое время их еще можно было отыскать на песке, но вскоре они прерывались у асфальтной дорожки. Каждый вечер я находила эти следы, но ни разу не встречала их хозяина или хозяйку.
Пятидесятилетний гавайский бизнесмен китайского происхождения А Ким — не последний человек в Гонолулу, но, не смотря на свое положение, он регулярно получает от своей глубоко обожаемой матери трепку бамбуковой палкой. И ни разу за многие годы, несмотря на жестокость ударов, он не заплакал…
Вы думаете, падающие звезды – это метеоритный дождь? Нет. Это не так. Это слезы ангелов. Они тоже плачут, и поводов у них хватает. Егор и Николай - разные пути, но связанные судьбы. Как одному из них может помочь трюфель "Мандарин" и можно ли изменить предначертанное? Возможно все, когда за дело берется Ангел.
(Завершающий рассказ в трилогии "Мечта" и "Мандаринка")
"- Это ты плакал? - Похоже, что я умею плакать? – Его бровь вопросительно выгнулась, придав лицу надменное выражение. - Я слышала твой голос, - упрямо возразила я. - Некроманты не плачут. - Но у тебя слезы еще не высохли. Вот, на подбородке. Когда у людей случается горе, они плачут. Видимо, я потеряла последние остатки чувства самосохранения. И давно, еще когда решила пойти на звук голоса из темного леса. - А я, по-твоему, человек? - А кто ты? - Некромант. Черный маг. Темная сила. - И это мешает...