Всю следующую неделю родители не могли нарадоваться своему послушному сыну. А потом привыкли.
– Что будем делать? – Позориться, – буркнул он. – Нас пленил куст! Куда уж больше-то? – Есть куда, поверь мне. – Илай на секунду задержал дыхание, а потом крикнул: – Магистр Ранор, спасите наши души! На нас напал куст!
Для всех ты хорошей никогда не будешь.
- Каждый человек заслуживает свой шанс. Но многие его не получают. А у этой девушки он будет. - Она не осмелится. Все люди таковы - все они мечтают , грезят. Безумствуют, но, когда доходит до дела, все до одного оказываются глупцами.
Книги всё-таки безопаснее людей.
В любом деле главное - команда. Квалификация, опыт чрезвычайно важны, но если команда не срослась... успеха не жди. Поставленных целей не достигнуть.
... как настаивает Хусман, важность идей в поэзии обычно преувеличивают: "Я не могу согласиться с тем, что существует нечто, именуемое поэтическими идеями... Поэзия - это не то, что сказано, а то, как сказано".
И вдруг, совершенно внезапно, меня поразит цепенящая правда: нас определяет не то, что мы делаем. Нас определяет то, чего мы не делаем.
Я подумал: вот бы иметь на лбу кнопочку, нажал ее — и исчез. Почему Бог не сделал нам таких? Было бы гораздо лучше иметь кнопочку, чем этот пупок в странном месте.
– По себе людей не судят – слышал такую поговорку, дорогой? – поинтересовалась ледяным тоном.
В этой жизни не существует никаких гарантий
Ни о какой романтической прелюдии речи не шло, девушкой двигали стресс, долгое воздержание и виски.
Открыв дверь прежде, чем отговорила себя от этого, я беззвучно прошептала:
— Я заслуживаю лучшего, мудак, — и убедилась, что он прочитал все по моим губам. Затем я подняла средний палец и махнула рукой на прощание.
Надеюсь, они оба заразятся сифилисом.
Если мозг не подает сигналов присутствия , то тело начинает жить собственной жизнью.
– А в чем дело? – удивленно спросил рыжий. – Да ничего особенного, я идиот, – зло ответил Норт.
Тот, кто спасает одну жизнь, спасает целый мир.
Нам, принцессам, необходимы маленькие шалости,
иначе драконы наши заскучают!
– Морис, раз уж я здесь, мне бы ещё к Дотсу, – сказала скромно. Решила, что таки нужно извиниться за вчерашнее не очень ласковое прощание.
– М-да? – отозвался маг. – Не получится, Ясинка. Лардар сегодня в отгуле.
С этими словами меня потянули к расположенному в конце зала выходу.
Мы покинули отгороженную зону, очутившись среди других, менее презентабельных столиков, за которыми уже рассаживались посетители столовой – просто время обеда как раз наступило. А потом…
– Ясь! – окликнули меня.
Я, конечно, обернулась и обнаружила рыжего, который держал наполненный поднос. Про отгул и собственное отсутствие в стенах министерства он, судя по всему, не знал.
Теперь я попыталась притормозить, однако Морис не позволил.
– Это галлюцинация, – заявил он и уверенно поволок дальше.
Не надо бороться за чистоту, надо подметать, как говорил Илья Ильф.
Когда ты смотришь на чужую жизнь, отчасти чувствуешь всё, что чувствует человек, за которым наблюдаешь: все его эмоции, все чувства и даже мысли. Ты становишься им и так же умираешь.
Бедняжка миссис Хогг. У нее были причины переживать. Жаль, что я неспособна проникнуться к ней состраданием, в ней есть что-то отвратительное.
I think sin should be fun.”
Народ, привыкший жить под властью государя и благодаря случаю ставший свободным, с трудом сохраняет свободу.
А мужчина от всех остальных разумных существ отличается тем, что должен постоянно производить впечатление! — Это от каких же — остальных разумных? — осведомился Стас лениво. — Ну, женщины, допустим, тоже разумные! Заметьте, я сказал — допустим! А остальные кто?
...одна новость, одно непредвиденное событие разубеждает тебя в том, в чем ты была абсолютно уверена.