...Против хандры нет средства лучше, чем часок-другой отчаянных усилий.
Я думаю, люди должны некоторое время повертеть в руках ошибки, чтобы отделить их от истины… лишь бы они не ухватились за них с жадностью, так как они более приятны на вкус.
Думаю, что я сейчас лягу и немного почитаю.
– Давай забудем все и начнем с начала.
- Давай, - неожиданно согласилась Альбина и, мило улыбнувшись, добавила. – Мужчина, моей маме зять не нужен, знакомиться я с вами не желаю. Все. Свободен. Следующий.
Надо их спровоцировать, а как начнут — тут и ты. Что бы такого сделать-то, чтобы они гарантированно начали тебя шпынять? — Напомнить им, что во мне эльфийская кровь и что я незаконнорожденный. — Уши? — тихонько спросила я, глянув на эту часть тела полукровки. Он нервно подергал себя за мочку. — Слушай, ты ведь понимаешь, что стыдно быть глупым, невоспитанным и необразованным? При этом стыдно не самого факта, а того, что не пытаешься его исправить. А стесняться себя и своей внешности — глупо. К тому же ты очень красивый. Через пару лет его сиятельству придется завести свору собак, чтобы они отгоняли от тебя девчонок. — Чего?! — вытаращился на меня Лекс. — Того! Красавчик ты, говорю.
– Ты не только не ответил на мой вопрос, но еще и подарил мне охапку новых.
Он усмехнулся и шутливо развел руками:
– Так всегда бывает, когда ковыряешься в чужой душе.
Некоторые дни были беспросветно черны. И сама я тоже была черная. И на душе у меня было черно. Потому что мысли мои были недобрые.. Это дурно действует на человека. Из-за этого человек... теряет к себе уважение.
...ты учти: вы не обязаны ничего отдавать. Я, конечно, так себе бюрократ, однако законы Вселенной знаю. Будучи воплощённой Бездной, странно было бы их не знать. Так вот, согласно им, ты не обязан сдаваться. Сдаваться вообще никто никогда не обязан - это приоритетный закон.
Готовить Алаис и в бытностью свою Таней не умела, да и не для кого было. Семьи-то не было, а одинокая женщина – это существо, которое питается в основном, кофе, сигаретами и надеждами на лучшее. Не слишком полезно для цвета лица, зато фигура идеальная.
— А я не думал, что увижу своего брата таким жалким. Макар, ты воняешь!
Пожимаю плечами.
— Я в гармонии с самим собой и своим телом.
Ушли мы только ближе к полуночи, когда все уже не помнили ни нас, ни себя. И только Сергей оставался трезвым и следил за порядком, хотя и не лишал себя маленьких радостей в покорении женщин и принятии от них знаков внимания.
Надо жить здесь и сейчас.
— Ты, значит, Геля будешь? — Буду, — кивнула я, понимая, что в этом платье я на улицу не выйду даже под конвоем. Вид был придурковатым, особенно на общий образ работал новый кружевной воротничок, всем своим видом вопивший: «Я был нижней юбкой! Хе-хо!»
Начало всякого пантеизма скрывается в плотской жизни, его зародыш возникает в самом прогрессе духовной смерти: смерть духовная есть мать всякого пантеизма!
Что происходит, когда дети становятся свидетелями домашнего насилия, военных действий, группового убийства, побоища в школе? В течение нескольких следующих недель снижается концентрация и самоконтроль. Присутствие при насилии со стрельбой удваивает вероятность того, что свидетель сам совершит грубое насилие в ближайшие два года. Сюда же причисляются знакомые нам депрессия, тревога и агрессия. Исследования подтверждают, что преступники, совершившие насилие над личностью, чаще были свидетелями насилия в детстве, чем те, кто совершил ненасильственное преступление.
– Ты ведь знаешь, как такое делается, верно? Симпатичный популярный парень вдруг проявляет интерес к провинциальной серой мышке. Все за это ее ненавидят, но она начинает становиться уверенной в себе. Затем парень предает ее и сожалеет об этом. Это ужасно, но потом она «находит себя», понимает, что он ей не нужен и, может, еще что-то в этом роде. – Он неопределенно шевелит пальцами в воздухе. – И в конце концов она превращается в самую красивую девушку на свете, потому что нравится себе. Но это не сработает, если ты не будешь краснеть, заикаться и делать вид, что я тебе не нравлюсь.
Разумеется, брак дело серьезное, не так ли? Как и внебрачная связь! А любовь… Это совсем другое дело.
Тираны вырезают сердца мятежникам. Правители жертвуют своими собственными сердцами.
суды не лечат душу. Но очень помогают расставить границы в деньгах и правах.
— Если бы я мог решать, куда уходят мои деньги, —говорил отец, — я бы платил налоги с большим энтузиазмом.
Давайте поступать как адвокаты — В делах браниться, пить же сообща.
Я привык думать о море как о разумном существе. Всегда кажется, что оно знает мои мысли и ведает мои намерения. Когда в детстве мама приучала меня верить в Бога, мне также казалось, что он, Бог, знает все, что сейчас во мне. И тут не солжешь. И когда много лет назад мне пришлось тонуть на разбитом корабле, и страх сжимал душу, я вдруг понял, что море видит мой страх и это не нравится ему. Я ощутил это своей кожей. Как ощущаешь взгляд, который сверлит тебе затылок через замочную скважину. И постарался вытряхнуть из себя страх. И заорал, хлебая соленую холодную воду, какие-то дерзкие и богохульные слова…
– Я должна помочь найти им брачные партии? – вставила Ева свой вопрос в затянувшийся трагический монолог.
– Ну что вы! Подходящие партии на примете уже есть! – воскликнула настойчивая дама. – Прошу вас, мы все просим! – она окинула строгим взглядом своих родственников, и те послушно закивали. – Помогите нам найти место, где этот… наш горячо любимый отец спрятал наследство дорогих мне людей. Это бы разом решило все их проблемы.
– Пять процентов, – жёстко сказала хозяйка расчётно-аналитической конторы.
– Что? – госпожа Терана нелепо открыла рот.
Если хотите побыстрее проснуться утром, положите на будильник мышеловку…
Был человек разумный, стал человек играющий, будет человек доигравшийся.