— Как вы, женщины, это делаете? — недоуменно спросил он у ее светлого затылка.
— То есть?
— Я ходил бы здесь год.
— Не ходил бы, они закроются в семь.
В нашей голове всегда есть какой-то мотив, какая-то осознанная или неосознанная причина, объясняющая то, что мы делаем или не делаем. Проблема в том, как до неё докопаться, чтобы понять загадочные механизмы преступного поведения человека.
— Я оставляю все здесь на твое попечение, — твердо сказал Кадфаэль. — Я всецело доверяю тебе. — И да простит мне Бог эту ложь, — пробормотал он себе под нос, удалившись за пределы слышимости, — и да обратит Он ее в правду. Или, по крайней мере, зачтет мне ее как добродетель, а не как грех.
Нет ничего идеального. Бывает лучше, бывает хуже. Бывает меньше, бывает больше.
Пелевин, возможно, продается не лучше других российских авторов, но определенно быстрее
Вот молодёжь пошла!
Ни стыда, ни совести!
Что себе позволяют!
Мы себе такого не позволяли!
А зря...
Кто воздвиг собор святого Петра? Загляните поглубже в сущность дела и вы убедитесь, что это была божественная еврейская книга, -отчасти слово Моисея,изгнанника, который 4 тысячи лет назад вел свои мадианитские орды по пустыням Синая!
Внимание мужчины — самое лучшее косметическое средство, превращает женщину в красавицу без всякой магии.
Всегда где-то кого-то прибивают гвоздями к кресту и возносят его над толпой, и когда вы опускаете глаза, взвиваются плети…
- Насть, ты как?
- Вот я как выгляжу, так себя и чувствую, - уже менее злобно ответила я.
Мне нужно сказать, что жизнь — какой бы она ни была — коротка. Что судьба жестока, но, может быть, не слепа. Что Природа (в смысле — Смерть) всегда побеждает, но это не значит, что нам следует склоняться и пресмыкаться перед ней. И что, даже если нам здесь не всегда так уж весело, все равно стоит окунуться поглубже, отыскать брод, переплыть эту сточную канаву, с открытыми глазами, с открытым сердцем. И в разгар нашего умирания, когда мы проклевываемся из почвы и в этой же почве бесславно исчезаем, какой же это почет, какой триумф — любить то, над чем Смерть не властна.
Если критерий отбора — высшая справедливость, то грех не согласиться.
Самое печальное — это детские могилы. Смотрит на тебя с фотографии Олечка, тезка, которой было всего пять годиков и никогда уж не исполнится шести. Смотрит и улыбается, а в руках у нее большая кукла, чуть ли не в Олечку ростом. И ощущение нечестности — так не должно быть. И исправить нельзя — умерли и Олечкины родители, и братья с сестрами тоже. Неизвестно, вспомнит ли кто о них, не говоря уже про Олечку — все могилы заброшены и надписи лишь с трудом прочитать можно.
Любовь...она всякая бывает...Кое-кто ее не замечает, даже если она совсем близко...
Тони Куртейн, увлечённо рассуждавший о сходстве социальных сетей Другой Стороны с короткой эпохой Бесцеремонных Видений в начале Третьей Империи, когда у горожан вошло в моду намеренно сниться другим, включая незаинтересованных в тебе незнакомцев, и люди так осточертели друг другу, что чуть не дошло до гражданской войны.
- Алаис давно заметила, что чем глупее ты выглядишь, тем проще жить. Конечно, в возрасте после сорока она себе этого позволить не могла, уж больно глупо выглядит 'бабушкодевочка' но здесь-то ей и двадцати нет! Почему бы не воспользоваться?
Поверьте моему жизненному опыту! Мужчина с простреленной головой в хозяйстве совершенно бесполезен. В ноги, милочка, целиться надо… в ноги…
— Раньше мне принцы нравились, а теперь как-то не очень.
— Полностью одобряю твой подход. От принцев всякого можно ждать, — серьезно покивала Дина. — Чудовищно ненадежные люди. Если представится выбор между конем и принцем — бери коня. Конь точно не подведет.
...не все начатое следует заканчивать.
Чудовищем не делают ни рождение, ни судьба, ни обстоятельства. Монстром становишься лишь по собственному выбору. И это происходит снова и снова, каждый день.
Нужно менять себя, не изменяя себе - своей самобытности, своим принципам, убеждениям, кредо. Делать себя лучше - не значит изменять себе. Можно развиваться, оставаясь собой. Не переделывать себя, а делать, разжигать в себе Искру Создателя. Не подгонять себя под чужие стандарты, а создавать свои, чтобы остальные улитки на вас смотели и завидовали. Сали стандарты можно создать, если принять свою уникальность. Уникальность - это все, что у вас есть, но этого во многом вполне достаточно.
Втративши щось, а потім знайшовши знову, насолоджуєшся ним більше, ніж до втрати.
вспомните, насколько подскакивает количество случаев избиения жен и детей во время экономического кризиса. Вот результаты исследования о домашнем насилии и футболе. Если местная команда неожиданно проигрывает, то после этого количество случаев мужского насилия в семьях увеличивается на 10 % (и никакого процентного увеличения, если команда выиграла или если проигрыш был прогнозируемым). А если ставки на выигрыш высоки, то картина еще усугубляется: насилие увеличивается на 13 %, если команда проигрывает в матче на выбывание, и на 20 % – если команда уступает в финальной игре.
Что-нибудь у нас получится. Что-нибудь непременно должно получиться.
Кадфаэль подумал, что все благородные люди находятся в известном родстве. Существуют некие узы, которые связывают людей независимо от кровного родства, государственных границ и даже преодолевают, казалось, непреодолимые барьеры веры. И нет ничего удивительного в том, что калифы Фатимидов оказались Гимару де Массару куда ближе, нежели Бомон, Болдуин и Танкред, словно злые дети спорившие из-за завоеванных земель.