- Никогда не критикуй научные статьи некромантов, - назидательно покачала палочкой Ругер. – А если уж критикуешь, то лично сжигай состриженные волосы и обрезки ногтей. Чтобы защита научной теории в нападение не перешла.
У амстердамских сладкоежек, постоянно лакомившихся бразильским сахаром, торговля которым полностью находилась в руках амстердамских же купцов, были безобразные, разрушенные кариесом зубы. Богачи закладывали в дупла гниющих коренных зубов зубную пасту, составленную из перемолотых каракатиц, кораллов, высушенных розовых лепестков и винного камня, причем увлажненную слюной пасту втирали прямо пальцами. А когда челюсть начинала пульсировать тупой, зловещей болью, спасались можжевеловым маслом или сушеной гвоздикой, откладывая визит к вооруженному щипцами хирургу, впрочем совершенно неизбежный. Если жертва зубной гнили, несмотря на предостережения проповедников, гордилась своей неотразимой улыбкой, то заказывала себе вставные челюсти из клыков гиппопотама, закреплявшиеся блестящей серебряной проволокой.
Оттуда меня то и дело таскают в комнату для допросов. Требуют признания и сотрудничества. Бить меня никто не бьет, а манипулировать человеком, который хочет умереть, довольно сложно.
До тех пор пока вы пытаетесь скрыться от тревоги, избегаете любой возможности ее испытать, вы никогда не поймете, сколь призрачна ее природа. Вы продолжите принимать ее власть над собой – и тем самым придавать ей сил.«Излечиться» от тревоги можно только напрямую, изнутри; так же напрямую и изнутри научившись тому, что ни с какими ужасными последствиями она не связана. В этом и заключается разница между свободой и оцепенением – между тем, когда вы контролируете тревогу и когда она контролирует вас.
Забвение снимает симптомы, как обезболивающая таблетка, а прощение - радикально избавляет от причины боли.
Определенно эта книга понравится людям негуманитарного склада ума, кто интересуется наукой. В книге Стивен Хокинг делится своим отношением к жизни, времени, Богу, к глобальным вещам, касающихся всех людей. Хокинг пишет просто, поэтому не стоит бояться этой книги с уникальным запасом знаний.
Книга заставляет задуматься о жизни в будущем, о космосе, о жизни за пределами нашей планеты, и будет ли вообще жизнь в дальнейшем на Земле?!
Сюрпризы - зло. Но понимают это только те, кто вляпался с ними по самую маковку.
От пришедших поздним вечером писем ждать можно лишь беды.
Любовь проверяется утренними поцелуями.
Говорят, утренний свет раскрывает истинную природу женщины. Соболезную твоему будущему супругу.
"Забудьте своего бывшего всего за десять простых шагов!"
Шаг 2.
2. Отыщите новую версию себя.
Изменяя или подстраивая свою личность под партнера в течение месяцев или даже лет отношений, легко забыть о том, кто вы есть на самом деле. Но вместо того, чтобы стараться вернуть того человека, каким вы были раньше, попробуйте поэкспериментировать и понять, кем вы являетесь сейчас.
"Отдыхай. Иногда нужно ослабить тетиву, чтобы послать стрелу в полёт"
«Правильный, но недобровольный выбор несет порой больше бед, чем ошибочный, но сделанный по зову сердца»
Гений слишком опережает всех. Гений слишком далеко.
К тому же на детей уходит время, энергия, молодость – все равно что по собственной воле обречь себя на пожизненное заключение.
Где-то на страницах книги судьбы написано, что слишком красивые розы живут в страхе перед увяданием. Этот страх толкает их порой на безумные поступки.
Следовало подождать, когда призрачный мир математических измерений и физических парадоксов отпустит Эдди и он, не растеряв информацию, вернется в мир реальный.
Не "жалкий". Трогательный. Грустный. То, что чувствуешь, когда скучаешь по любимым и близким людям.
Один из тех многих сотен ничем не примечательных людей, мимо которых мы каждый день проходим равнодушно. Кажется, в их жизни нет и не может быть ничего такого, что могло бы нас заинтересовать. Сталкиваясь с ними ненароком, невольно задаешь себе вопрос: «И зачем только они живут на свете? Зачем вообще дышат и ходят по земле? Какой смысл могут они находить в своем жалком существовании?»
Но прежде чем так подумать, нам следовало бы попробовать их понять. Нам и в голову не приходит, что у них есть свои особые обстоятельства, которые волей-неволей заставляют их замыкаться в себе, тщательно оберегать от других свой внутренний мир. И если бы мы, вместо того чтобы осуждать этих людей за скрытность, проявили хотя бы ничтожную толику любопытства к их непонятному для нас внутреннему миру, то, вполне возможно, увидели бы такие богатства, о которых даже не подозревали и не догадывались. Но люди в своем большинстве почему-то всегда предпочитают искать только там, где заранее уверены, что найдут. Гораздо легче встретить смельчака, готового ринуться в хорошо знакомую ему пещеру и биться там с драконом, чем человека, который осмелится спуститься в колодец, где неизвестно, что его ожидает. Впрочем, мне и самому удалось по достоинству оценить Раифа-эфенди лишь благодаря случайности.
Правил было много, все строгие, но, как известно, строгость законов компенсируется необязательностью их исполнения.
Тот, кто был никем, однажды станет всем. Слуга и Господин поменяются местами. А потом оба станут прахом.
Подлинная история - это та, которую чаще всего пересказывают.
И в том и в другом случае я поступаю согласно собственному жестокому правилу обращения с "мнением со стороны". А именно: даже если замечания меня не убедили, я принимаю их к сведению и целиком переписываю раскритикованное место. Причем если я в корне не согласен с замечаниями, то я переписываю спорный фрагмент им в пику, то есть усиливая свою позицию.
На самом деле всем, кроме нас самих, наплевать на наши тела, наряды и количество денег.
Приступы хозяйственности, как и приступы святости, заканчивались запоем.