Умывающаяся у огня кошка придает комнате особый уют.
– Ну… Были случаи нападения на людей?
– А то! Лет тридцать назад кто-то покусился на их женщину, так ящер разодрал обидчика на куски.
– Я бы тоже порвала, если бы на моего мужика покусились, – пожала я плечами.
Вуку отшатнулась от меня:
– Как ты можешь так говорить?! Человеческая жизнь священна! Ее нельзя забирать. Это моральное уродство.
– Моральное уродство – лапать не свое!
Я вдруг поняла, что мой дар не такой уж и нужный... Потому что узнав свою вторую половинку, я больше не смогу быть ни с кем, это уже понятно... Больше не смогу не то, что выйти замуж, завести семью, детей, но и даже просто поцеловаться или пофлиртовать с другим мужчиной... Лучше бы мой дар никогда не просыпался...
И он, и моя мать, все мы превратились в кротов. В семейство кротов. Затаились. Ни во что больше не верили. Не загадывали на будущее, разве что на несколько ближайших часов. Это была единственная возможность выжить.
Дом — место, где верят, любят и ждут, дом — это уют и безопасность, радость и искренняя улыбка, возможность дарить и принимать доверие и любовь. Это место, в которое снова и снова хочется возвращаться, где чувствуешь себя счастливым
Наверно, я и в молодости не понимал молодежь. Такое тоже случается.
лги всем, да сам знай правду
Мне запомнилась одна цитата, произнесенная гейм-директором StarCraft II Дастином Броудером, – очень уж хорошо она описывает подход Blizzard к созданию игр. В июне 2012-го, спустя больше года после того, как компания планировала выпустить первое дополнение к StarCraft II, Heart of the Swarm, он рассказал мне, как идет работа над игрой. «Всё готово на 99 %, – сказал он, – но оставшийся один процент – настоящая зараза». Heart of the Swarm вышло только в марте 2013-го. Последний процент занял почти год.
И солнце явилось. Оно пламенело, яркое, как бронза, и оно было очень большое. А небо вокруг сверкало, точно ярко-голубая черепица. И джунгли так и пылали в солнечных лучах, и дети, очнувшись, с криком выбежали в весну.
Лев, выпив большую порцию «смелости» (это был шипучий напиток с примесью валерьянки), ушел в лес и там звери признали его своим царем.
- я вижу, что вы зачем-то нужны мистеру Олмиджу, причем на долгое время. Значит, ваше пребывание рядом с ним должно быть комфортным. Счастливый человек щедр к окружающим
- Вы че их щупаете? – недовольным голосом спросил мужик небрито-крестьянской наружности. Он был возмущен, словно это не куриные, а его личные яйца! – И ходють, и щупають!
Я смотрела, что половина из яиц, лежащих на соломе, битая или продавленная. Видимо, растрясло на телеге.
- Я не щупаю! Я массажирую! Я женщина и имею право массажировать яйца! – ответила я
Не обижайтесь, Саша, доктор вы хороший, но солидности в вас, простите, маловато. Доктор должен быть окружен таинственностью, внушать трепет. Я вот помню одного врача, к которому мальчишкой ходил. Воротничок — белоснежный, пенсне — золотое, голос — шаляпинский бас! Величия был мужчина необыкновенного. Взглянет этак сверху вниз — и ты уже дрожишь и выздоравливаешь.
- Моя работа доставляет мне удовольствие, а значит, она правильная.
— Осторожнее с ним, — предупредил неожиданно возникший в моей жизни родственник. — Этот парень не безнадежен, но он из тех, кто совершает кучу ошибок и упрямо идет не в ту сторону.
Он принадлежал к числу тех слабых, вялых, лишенных самолюбия, трусливых и в то же время хитрых созданий, которые не решаются смотреть прямо в глаза ни богу, ни людям, ни даже самим себе.
Танцы — это искусство отдергивать свою ногу раньше, чем на нее наступит партнер.
- Не можем мы вместе.
- Не хотите просто. Ведёте себя, как два подростка. Уступить не можете. А нужно бы поговорить, Софа, словами через рот, понимаешь?
- Не надо меня учить, я сама разберусь.
О мёртвых говорят либо хорошо, либо ничего, кроме правды
Я слишком ценила свою выстраданную свободу и больше не собиралась ни под кого подстраиваться.
Все казенные здания обладают какой-то своей, присущей только им, аурой. Она тяжелая и состоит из множества оттенков, основными из которых являются боль, страдание, ожидание, разочарование. Радости в казенных домах практически нет, а если и есть, то она выстрадана, а потому совершенно по иному ощущается.
Все приходит к тому ,кто в ожидании не сидит ,сложа руки.
Тем более лорд тако-о-й, ммм! – В выражение вложила столько восхищения, будто не о Мартине рассказывала, а о новеньком автомобиле, только что сошедшем с конвейера. – Идеальный, совершенный, неутомимый…
— На вечеринке, со Стэнтоном, ты приглядывал за нами. Спасибо тебе за это.
Он пожал плечами:
— Да, ну. Ты мне нравишься.
Я открыла рот, но ничего не вышло.
— Не в том смысле. Не переживай. Я знаю, ты предпочитаешь сильных, молчаливых парней.
Если у тебя есть силы на сомнения, страх и вопросы, значит, их хватит хотя бы на один шаг. Сделай его. А потом еще один. И еще – пока не дойдешь или не упадешь замертво. Если ты заберешь всю силу у страха и сомнений, ее как раз хватит на любой путь.