Любая профессия, которая требует полной отдачи, сама заставляет человека принимать решение. Если нужен совет, жертвовать ли всем остальным ради профессии, увлечения или просто кого-то, значит, человеку это не нужно, не до смерти нужно.
- За тобою бегала, дед Мороз! Пролила не мало я горьких слёз!
Из чего Марина сделала вывод, что не зря они сбивались в кучки, наверняка, уже начали игристое пробовать. Ну как же, Лидка же говорила, пробовать надо, а то вдруг прокисло? В итоге всем было весело
Ничто не бодрит с утра так, как прорвавшие на кухне трубы!
-'А ты мог бы мне, и сказать, - я сердито фыркнула на него.
- Ага, прямо представляю этот разговор : ты в истерике, я в гипсе.
«Тот, кто вглядывался в его походку, поворот головы, посадку, тот ясно видел всегда сознательность движений, т. е. каждое движение было выработано, разработано, осмыслено, выражало идею», – писал знакомый семьи Толстых, профессор медицины Владимир Федорович Снегирев. И всякий, кто хотя бы однажды встречался с Толстым, чувствовал, что этот человек кроме жизни, которую он провел на глазах у всех, прожил еще одну. Не ту, которой жили его современники и которой живем мы. Жизнь свободного человека.
Шаляпину очень повезло в том смысле, что после него осталось огромное количество грампластинок, запечатлевших звучание его дивного голоса… Нет, повезло не ему – нам. Повезло услышать шаляпинский бас в оригинальном, не очень качественном звуке шипящей шеллачной пластинки и в отреставрированном, намного более совершенном (с технической стороны) варианте.
"Кто владеет компроматом - тот владеет миром."
Без макияжа Ба не выходит даже на тропу войны с бурьяном. Её стрелки всегда при ней.
«Лена!», – поучала она маму, – «ты как нутрия не накрашенная не ходи! А то облезлая какая-то!
— Короче, поначалу драконы выращивались только под присмотром человека, диких не было и в помине. Их широко использовали в боевых действиях, так что вполне возможно, что их вывели сознательно. Это были боевые животные. Один большой дракон мог без труда уничтожить целый город, не говоря уже о тех, что выдыхали огонь и умели летать. Драконья шкура по прочности не уступала броне, а с возрастом они умнели и даже начинали говорить.
Очень осторожно, с опаской я стал приглядываться к этой мысли – она была такой острой и жестокой, что могла меня прикончить. Я сам выбрал жизнь вдалеке от людей в своей хижине в лесу. Никто не отправлял меня в изгнание. Ирония состояла в том, что я получил то, о чем часто говорил как о своей единственной мечте. В юности я постоянно повторял, что больше всего на свете хочу вести жизнь, в которой смогу самостоятельно принимать решения и быть свободным от обязанностей, диктуемых долгом и положением.
И только когда судьба подарила мне возможность воплотить эту мечту в жизнь, я понял, какую цену мне придется заплатить. Я могу переложить свои обязанности на других людей и жить в свое удовольствие, только если разорву с ними все связи. Получить и то и другое одновременно невозможно. Стать членом семьи или какого-то сообщества – это значит иметь обязательства и нести на своих плечах ответственность, выполнять правила и законы группы, к которой ты принадлежишь.
Некоторое время я жил вдалеке от мира, но таков был мой собственный выбор. Я сам отказался от обязательств перед своей семьей и принял изоляцию как неизбежное следствие этого решения.
Тогда я убедил себя, что такую роль мне навязала судьба. Совсем как сейчас, когда я снова принимал решения, хотя и пытался уговорить себя, что иду по единственно возможной дороге и у меня нет выбора.
Можно осознать, что ты сам виновен в своем одиночестве, но легче тебе не станет. Впрочем, это уже шаг вперед – ты начинаешь видеть, что та жизнь, которую ты выбрал, не была единственно возможной, а твое решение не является бесповоротным.
Длинное платье не скрывало стройной ножки, которая была видна почти целиком. Как не скрывало и то, что белья на ней не было. Обычно этот жест означает соблазн и обещание весьма жаркой ночи, но последние лет эдак пять Крис чётко знал: разрез — это просто разрез. И никакой интимной подоплёки в таком образе лично для него здесь нету.
Ему четырнадцать. Возраст достаточный, чтобы научиться отличать добро от зла.
Природа добра, награждая беспомощных существ приятной внешностью, ведь как иначе им еще выжить?
Ошибки – это бесценная возможность чему-то научиться.
Нет маленьких проблем. Каждая маленькая проблема является частью большой. И, не решив маленькую, провалишь большую!
Сны ему снились и прежде. Разные – приключенческие и эротические, провидческие и фантастические, футуристические и абсурдистские, маньеристские и кавалеристские, демографические и порнографические, эзотерические и эксгибиционистские, кубистские и пуантеистские, научно-популярные и профессионально-образовательные, авангардистские и приземленные, а также совершенно бессмысленные. Обычно наутро он помнил только обрывки сна, которые позволяли если не истолковать его тем или иным образом, то уж, по крайней мере, как-то классифицировать.
— Я красивая? — спросила.
— Очень, — сказала я. — И сильная. Но сильной не надо быть всегда. Понимаешь?
...деятельность уже в себе самой содержит награду. Действовать, создавать, сражаться с обстоятельствами, побеждать или быть побежденным — вот в чем вся радость, вся жизнь здорового человека!
Когда клиент мёртв, но продолжает приходить на приём — это не лояльность. Это проклятие.
– Логично, каждый чего-то хочет, – ответил Джош. – Даже те, кто не кидает монетки в колодец желаний.
У каждого человека есть свой путь. Кто-то находит его сам, кто-то сам же и отказывается от него, а кого-то необходимо провести. Иначе в итоге пострадает куда больше одного человека.
Мы сами управляем своими действиями,и наш враг не где-то рядом,он в первую очередь внутри нас самих.
— Я своего папаню вообще не знаю, — сказал Тиктак. — Мамка сочиняла, что его отправили на Луну вместе с Гагариным.
— Помню. И там ему марсиане выдали новую жену и сделали своим королем.
— А я мелкий никак понять не мог, откуда, бляха, на Луне марсиане взялись?!
“Is it worth it?”“Is what worth it?”“Experiencing pain that is not your own. Feeling joy and love and a happy ending that’s over as soon as you close the book. Is it worth it? Or does it only make reality colder when you’re forced to return to it? Would it not be better to feel nothing at all?”“Yes, it’s worth it. To feel nothing is not a life worth living. Yes, it hurts to return to the mundane after being swept away in a beautiful fantasy, but at least for a time, that fantasy was mine. It doesn’t matter that it wasn’t real, nor could ever be.”
Когда любишь, на многое закрываешь глаза. А потом они вдруг открываются, и ты оказываешься сильно удивлена.