- Да, войне не бывать. - Меня это почему-то не очень утешало. - Но с нами может случиться что-нибудь еще похуже войны.
- Хуже войны ничего не может быть.
Каваии - вещь неуловимая: только показалось, что смог накрыть ее ладошкой, а она раз - и тут же с легкостью улетает.
Но у нее же любовь! Любовь! Она мало что замечала вокруг, жила как женщина с сотрясением мозга.
Какая польза от тренированного тела, если ума нет?
— Слухи, порочащие репутацию, вы называете нелепостью?
— Именно так. И всегда не понимала: зачем это кому-то надо… Ну, занимайся своей жизнью и не лезь в чужую… И все будет гораздо спокойнее и приятнее.
В тот день я понял, что чужие тайны способны разрушить мою жизнь. Иногда их стоит беречь получше своих собственных.
Секреты — это рычаги власти, но, завладевая ими, ты платишь колоссальную дань.
- Личная жизнь вон, неустроенная. А все почему? Потому что ты старших никогда не слушала.
А она слушала.
Наверное, поэтому никогда и не пробовал жить своей жизнью. Не задумывалась, чего хочет от этой жизни, кем мечтает стать.
Впрочем, Нита всё ещё была преисполнена решимостью. В конце концов, она здесь ради настоящей любви, а значит, ей все преграды по плечу.
Подлость – как горб. Это на всю жизнь.
Как ни мало стоит жизнь, даже если человек и не сумел распорядиться ею, ради нее стоит сделать это усилие. Не велика была бы жертва, если бы она этого не стоила.
Это деревня, Оль! Здесь нет выдуманных болезней типа синдрома нехватки внимания или хронической усталости. Здесь все что тебя не убило, сделало тебя сильнее. Здесь либо у тебя есть нога, либо нет. Одно из двух.
Да, Будапешт, конечно, не Мадрид, и не Одесса, где будь ты хоть вампир с клыками наголо, тебя в лучшем случае удостоят равнодушного взгляда, ну, поздороваются, если коллега или сосед.
прошу вас всех учесть, что проект пилотный, экспериментальный и бла-бла-бла! Главная ваша цель – научиться жить среди людей. Обычных людей, которые будут пялиться на ваши металлические руки и ноги, тыкать пальцами в искусственные глаза и царапать серебристую нанокожу. Это нужно будет не просто пережить. Нужно будет с этим всем жить, ходить на работу, смеяться на кофе-брейках, посещать магазины и кинотеатры.
А что же я спросите вы? Я ничего. За папку совесть немного погрызла, да и отпустила. Я ж не виновата, что он нормально бегать не умел под мухой.
— Пружина это. — Нахмурилась я. — Там же все понятно было.
— Это тебе понятно. Ты ж этих роботов насквозь видишь. А я что? Мое дело подносить и кланяться. — Скривился напарник.
Да и не умею ничего… Мой Никола никогда в койке особенно искусным не был, от меня тоже ничего не требовал: «Лежи, - говорил,- спокойно, я уже все почти», и так почитай три года супружества.
Как бы сильна не была твоя боль, всегда найдётся тот, у кого она сильнее.
– Слушайте, – поморщился Георгий, – это какие-то пошлые понты.
– Понты, – согласился Олег. – Но где вы видели хорошую работу без понтов?
Рванул руку к перекиси и щедро залил окровавленное место.
— Как много пенки! — то ли восхищенно, то ли шокировано выдохнула Олеговна. — Это, наверное, из-за того, что в крови шампанское?
Брюхо сыто, так и душа нараспашку.
И все-таки грустно ли мне? Да. Происходит переосмысление каких-то поступков. Невысказанных вовремя слов. Особенно бесит, вспоминать разговоры и думать, что могла ответить иначе. Но это так забавно. Ты воспроизводишь диалог и вставляешь новые, обдуманные варианты. Гордишься собой.
Все зеркала в доме были завешаны темной тканью. – Шива – не время думать о внешности. Никто не может осуждать скорбящего. Люди имеют право переживать горе так, как просит их душа. Это жест доброты к ним. Вся шива – о тех, кто остается.
Парень белозубо и клыкасто улыбнулся, и началось:
— Так, славянка… значит вчера я пил водку, так?
Мудрый мужчина знает: молчание и улыбка – два мощных оружия. Улыбка помогает решить многие проблемы, молчание – их избежать.
на одном из первых практикумов, когда Гелю еще не признали безнадежной, преподаватель говорил: встаньте ровно, расправьте спину и плечи. Сделайте несколько глубоких вдохов и выдохов, успокойте душу и смирите волнение.