"…нет простых правил тому, как надо справляться с горем и тем, что приходит после него. Но когда я говорю тебе прислушаться к своему сердцу, я имею в виду, правда, послушай. Это не просто клише, это реальный способ пережить трагедию. Ты знаешь, что есть стадии: гнев, отрицание и все такое – но есть и другие.Когда-нибудь, когда ты преодолеешь все эти стадии, последней станет открыть свое сердце кому-то новому."
Ну, верно: в победе никто не сомневался. Но никто не был уверен, что доживет до победы.
Если бежишь просто так, а не потому, что должен, бег становится на удивление приятной штукой.
Бей врага гранатой, пулей и лопатой!
– Позор нам и печаль! – сказал принц. – Мы послали отважную юную деву в стан врагов, а сами – в безопасности. – Ну, не так уж всё плохо, – возразил Хмур. – Мы не в безопасности, мы умрем с голоду.
Значение народа, как исторической личности, заключается в его историческом призвании, а это призвание народа выражается в том мирном положении, какое он создает себе своими усилиями, и в той идее, какую он стремится осуществить своею деятельностью в этом положении.
Гордость за близкого человека – чувство куда приятнее, чем обыкновенное тщеславие.
— Постарайся воспринять это как прогресс. Не лезь к нему. Только демонстрируй готовность к контакту.
- Почему вы не можете быть таким милым всегда? - невинно поинтересовалась я.
Винсент на мгновение замер, а затем расслабился, уперся подбородком мне в плечо, согревая дыханием ухо.
- Потому что я герцог.
- И в большой герцогской книге написано, что вам дозволяется так себя вести только два раза в месяц?
- Нет, только когда никто не видит, - теперь в его голосе отчетливо слышалось веселье.
- Вот как! Тогда я расскажу об этом всем.
- Вам никто не поверит.
Сам мужчина задумчиво смотрел на горящий камин и… чесал Котецио, который совершенно забыл о гордости представителя королевского кошачьего рода и растопырил лапы, обеспечивая беспрепятственный доступ к пузику.
Но самое забавное было то, что Рикард ласково при этом говорил:
– У-у-у, наглая морда, продался за удовольствие? Чего смотришь, мохнатая зараза, все? Кончился пафос? Больше не фыркаем? Эх ты, предатель короны.
Но Котецио было плевать – чешут, ласково разговаривают, а смысла можно сделать вид, что не понимаешь. Поэтому на ехидные замечания Рикарда котик отвечал неизменным счастливым мурлыканьем.
Если вы выйдете из ряда, вы снова можете в него встать. Ряд - это открытое образование.
Но круг замыкается, и в него нет возврата.
Чувствовала я себя сравнительно неплохо, другое дело – с кем сравнивать. Для зомби я очень даже неплохо сохранилась!
– А что, надо всегда что-то просить взамен? Вселенная, меня учили бескорыстно помогать женщинам в сложных ситуациях, а оказывается, все это время можно было что-то требовать? Эх, какую же большую выгоду я упустил!
Отец учил, что выход есть из любой ситуации, только он не всегда очевиден или на первый взгляд может выглядеть непривлекательно или даже неприемлемо.
«Часто, дочь, выход находится там же, где вход!»
В ошибочности выбора не всегда виноваты мы сами - частенько наша беда в том, что мы доверились красивым словам и обещаниям тех, кто их не держит
Есть в близости людей заветная черта,
Ее не перейти влюбленности и страсти, —
Пусть в жуткой тишине сливаются уста,
И сердце рвется от любви на части....
Стремящиеся к ней безумны, а ее
Достигшие поражены тоскою…
Теперь ты понял, отчего мое
Не бьется сердце под твоей рукою.
Ты можешь снова партию начать,Рискнуть судьбой, поставив все на карту.Свободу, место в жизни потерять,Себя доверив ветреному фарту. Но, сделав ход, возможно, куш сорвешь —Своей мечты заветной исполнение.А не рискуя, никогда не обретешьСвободу самому менять решения.
- Просто… что скажут в обществе?
- А не плевать?
Он задумался.
- Но твоя репутация…
- Бекшеев, и так весь отдел уверен, что ты мой любовник. И не только отдел. А это обидно, когда тебя обговаривают не по делу. И каждому не докажешь, так пусть себе дальше обговаривают, только уже по делу.
"Голову гаду откусить", - внесла стандартное предложение звериная половинка.
"Хвост оторвём - без него василиску трудно будет маневрировать".
"Ладно, отхватим гаду хвост, но по самые ушки!"
Нет ничего более вдохновляющего, чем сложность и красота человеческого сердца
Но есть не меньшие чудеса: улыбка, веселье, прощение, и - вовремя сказанное, нужное слово. Владеть этим - значит владеть всем.
В некоторых книгах слишком много правды. В других - слишком мало лжи.
За все надо платить, знаете ли. Опыт стоит особенно дорого.
Правду говорят, что вид того, как кто-то умело работает – поистине залипательное зрелище.
Российские театры в большинстве своём сейчас - это такие сталинские колхозы, которые заряжены на вечное стабильное существование. Это огромные чудовища, которые не только являются держателями своей внутренней иерархии, но и включены во властную вертикаль, должны представлять государство, что неизбежно влечёт за собой массу угроз креативному процессу. Да и просто в силу своего размера и централизации они вообще неспособны быстро меняться и хоть как-то соответствовать времени, в котором они существуют. Оставаясь театрами - музеями, они - вкупе с катастрофически провальной российской системой театрального образования - работают как конвейеры пережёванного дерьма для потребителей и производителей культуры.