... может, я действительно благодарила. Во всяком случае, ни слова поперёк не сказала.
Любую мудрость венчает парадокс
В угол загонять кого-то можно лишь тогда, когда сам уверен в собственной безопасности.
Моё лицо - вот моя самая надежная маска
- Тогда почему вы заговорили о Боге? Хватит, я уже слышал байку про Деда Мороза. Одного раза достаточно!
- Но Оскар, между Богом и Дедом Морозом нет ничего общего.
- Нет, есть. Это одно и то же. Акционерное общество "Запудривание мозгов и компания"!
– Грэйди, расскажите, а какой должна быть избранница благородного монира?
Тот хмыкнул:
– А мне-то откуда знать?
– Грэ-эйди, ну, не упрямьтесь. Кому бы вы предложили руку и сердце?
– Однозначно женщине.
С чего ты взял, что можешь вот так запросто вмешиваться в мою жизнь? Все это время со мной был именно он. Он заботился обо мне, помогал мне. А ты…где был ты? Где был, когда мне было страшно в этом огромном городе, в незнакомом университете, среди чужих людей? Где ты был, когда я решала, чем мне заниматься, куда поступать? Где был мой верный друг? Почему молчишь? Я знаю, где ты был…
Вера - роскошь, которая дорого народу обходится.
Рука Сергея не дрогнула. Он знает, что он будет ещё убивать, он, Сергей, умеющий так нежно любить, так крепко хранить дружбу. Он парень не злой, не жестокий, но он знает, что в звериной ненависти двинулись на республику родную эти посланные мировыми паразитами, обманутые и злобно натравленные солдаты.
Любовь – одно-единственное слово, оно как дымка, оно короткое и точное, как острие. Да, именно так – острие, лезвие. Оно проходит через твою жизнь и разрезает ее надвое. На «до» и «после». И весь мир тоже распадается на две половины. До и после…
Эх, кум! Есть Рай, да грехи не пускают.
Прежде всего, не надо верить обещаниям. А на свете их так много - обещают богатство, спасение души, любовь до гроба. Есть люди, которые считают себя вправе посулить все что угодно. Есть другие - те соглашаются поверить в любые посулы, лишь бы они гарантировали им иную, лучшую участь. Ты относишься к ним. Те, которые обещают и обещания не выполняют, в конце концов становятся бессильными и никчемными. И это же происходит с теми легковерными, что хватаются за обещанное
Молитва в её первобытном проявлении, как обращение к внутреннему собеседнику, или, как пишут феноменологи религии, интенциональный акт, непосредственно предшествует осознанию некоей потребности и, следовательно, возможности её реализовать, и делает молящегося субъекта чуть более осознанным. То есть молитва – это акт сознания.
Лучшим объектом ограбления, в конечном счете, являются собственные сотрудники.
Только любимые дети вырастают нормальными взрослыми.
Некоторым ведь больше нечего и делать, как только говорить. Есть такое призвание.
Пройдут года, десятки лет, прежде чем я пойму – красота и счастье в голове и в сердце каждого человека.
Любовь удивительное чувство. Любовь, это нежность, возведенная в абсолют. И это страх оказаться отвергнутым, возведенный в тот же абсолют. И никаких полутонов, полутеней, размытых границ, все четко до остроты лезвия, все разграничено столь жестко, что совершая шаг, просчитать последствия нереально.
Прощаться отец никогда не любил, как и проявлять слабость. Он у меня серьезный кузнец, не признающий слез и других проявлений эмоций. Все держит в себе
Приходилось быть немного подонком, чтобы выжить.
Я не верю в гороскопы, но в тебе явно есть бараньи качества.
Как же страшно оказаться любимой для того, кто любит убивать.
Однажды в артистической уборной Станиславского Чехов встретил человека, который всячески демонстрировал свое процветание и благополучие, отличался чрезвычайно живыми манерами и в минуту сыпал большим количеством шуток, чем могли переварить пятьдесят умных людей. Каково же было удивление Станиславского, когда после ухода этого человека Чехов, который, и на этот раз нисколько себе не изменив, оставался совершенно невозмутимым, после того, как кто-то выразил свое мнение об ушедшем, сказал: «Боюсь, этот человек плохо кончит». Несколько месяцев спустя весельчак пустил себе пулю в лоб.
Софи слушала все это и последующий длинный разговор, не воспринимая слов; ей было интересно наблюдать за бабушкой, она просто не могла оторвать от нее глаз, ведь с ней происходила такая важная вещь: бабушка собиралась умереть.
– Зачем рушить жизнь дочерям?
– Ради благих целей, – тихо сказала кухарка. – Понимание собственной глупости приходит с опозданием.