Разврат тут, конечно, творился, но как у ежиков- осторожно.
Дороги всегда ведут к тем, кто их строил.
Бессмертие - не бешенство, при укусах не передается.
— Наедине с собой я никогда не скучаю, да и не испытываю одиночества. Как можно быть одиноким, когда у тебя есть «ты»?
Первая заповедь предательства - деньги вперёд. Как синоним вероломства.
I was sixteen years old and had never been beyond my city, let alone near a launch station. I was by myself and I had just left my family. My prospects of marriage had been 100 percent and now they would be zero. No man wanted a woman who’d run away.
План был шальной и поэтому обязан был сработать!
то, что лицо девушки обожжено – ерунда. В темной спальне шрамы не видны, а вот репутация семьи – это важно!
Я подумал, что зря я купил новые стулья. – Ничего не зря, – сказала Ленка. – Будет, по крайней мере, на что поставить твой гроб.
- Бенг, ты видел эти противно-смазливые рожи лесников? Как ты думаешь… быстро они рассмотрят, какая она необыкновенная?
— Не думаю… — пряча улыбку, миролюбиво заметил его высочество-третий, — ты же не сразу рассмотрел?
Знакомьтесь, Вениамин Аракчеев, старейший представитель знатного рода. Когда-то он был одним из сильнейших магов огня, а сейчас представлял из себя сухого, желчного и ворчливого старика, уже год как почти не встававшего с постели. Чем изрядно облегчал жизнь всего аристократического семейства и их многочисленных слуг, что готовы были бежать хоть на край света от смеси злобности, черного и извращенного юмора, маразма и параноидальных идей, которая под конец жизни составляла основу личности именитого аристократа.
Литератор должен быть так же объективен, как химик; он должен отрешиться от житейской субъективности и знать, что навозные кучи в пейзаже играют очень почтенную роль, а злые страсти так же присущи жизни, как и добрые.
— Встречая Салли, мы встречаем полномочного представителя твоей матушки. Право, я чувствую себя послом, которого отзывают и который отдает дань вежливости послу, вступающему в должность.
– Твоя тайна умрет вместе со мной! – в духе классических романтично-патетических героев возвестила она. «Никогда не понимала этого выражения. Ведь если это чья-то тайна, то умереть она может, только если на тот свет уйдет и второй ее носитель. Это что, призыв к двойному самоубийству?
важно то, как это подано. Никому не интересна правда, девочка, тем более у каждого она своя.
Неужели всегда человечество будет ценить как сокровище то, что вчера было дешевой побрякушкой? Неужели в две тысячи таком-то году люди высшего круга будут расставлять на каминных полочках наши обеденные тарелки с орнаментом из переплетенных ивовых веточек? Неужели белые чашки с золотой каемкой и великолепным, но не похожим ни на один из существующих в природе золотым цветком внутри, – чашки, которые наша Мэри бьет, не моргнув глазом, будут бережно склеены, поставлены в горку и никому, кроме самой хозяйки дома, не будет дозволено стирать с них пыль?
Почему люди не могут смотреть глубже внешности?
- Мне проще возбудить против вас уголовное дело, - зловещим голосом заметил глава тайной канцелярии.
- Держите подальше от меня ваше возбужденное дело, - парировала я, мельком глядя на его трость, которая поднимается по мне вверх и упирается холодным набалдашником в подбородок. - И не надо совать его в мою биографию.
– Ты счастлива? – каким-то детским голосом спросила Элида.
– Не очень, – честно ответила я. – Но я уже научилась принимать неизбежное.
Широ схватил Эми за плечо и, развернув к себе, впился в ее широко распахнутые глаза пылающим взглядом.— Ты не только тело, Эми. Не только сосуд для чьей-то воли и силы.— Но я камигакари. – Она переступила с ноги на ногу, сдерживая порыв отвести взгляд. – Это мой долг…— Умереть? Ставить мою жизнь выше собственной? – Широ стиснул зубы. – Аматэрасу, может, и хочет, чтобы ты ради нее умерла, а я – нет. Только посмей опять посчитать мое выживание важнее своего.
Настоящей правды не существует, потому что неясно самое слово «правда»: однако, лучшим судьей остается время.
Не стоит недооценивать мужчин, которые чего-то достигли. Впрочем, как и женщин. Даже если они кажутся глупыми. Особенно если они кажутся глупыми. Ум легко обмануть, но острое природное чутьё, которое иным с лихвой компенсирует недостаток ума, - гораздо сложнее.
золотой ключик открывает любые двери
Как же часто мы не замечаем того, что видеть просто не хотим.
...на свете нет ничего страшнее, жестоких человеческих поступков