У меня свой путь одинокого волка. Непреклонного и беспощадного, как из "Ну, погоди!"
Ему, как и всем мужикам, ну, большинству, кажется, что это они всё, сами. Мало кто ставит в заслугу женщине, что она была надежным тылом.
Спросонок люди говорят иногда интересные вещи.
Лжецы никогда никому не верят.
– А ты тогда кто такой?
– Я?
– Ты! Отвечай быстро, взгляд не отводить, в глаза смотреть! Ты тоже бог?
– Нет.
– Полубог?
– Нет. Я… герой. Профессия такая.
– А он? – Палец Хельги указал на прокрадывающегося в туалет дядю Эдика.
– Он бог.
– …?!!
– Бог. Но псих. Такое иногда бывает.
Любое время хорошо для пополнения знаний...
... отчего столь близкий человек может стать таким далеким?
«Павел I стал жертвой дворцового заговора, в котором оказались золото и рука британского правительства».
Людовик XVIII
Я работаю на пуговичной фабрике приемщиком раковин.
Мы знаем больше, чем мы можем сказать.
Тот, кто низкопоклонничает перед низостью, есть Сноб - пожалуй, так можно определить эту разновидность человека.
Натан, привыкший решать вопросы с высокородными заказчиками, указал чуду на очередной кривой стул. Ос устроился на этой отрыжке пьяного плотника, будто на троне, и выжидательно посмотрел на Мику.
Копытные, знаете ли...
Гужевой транспорт экологически чист. Но гадит...
Не каждая любовь заканчивается любовью. Некоторая, просто заканчивается и всё.
Возможно, в страхе и опасности мы ищем более мощного восприятия жизни, более сильной, глубокой формы существования? Я боюсь, следовательно, я существую.
Только человек, познавший свободу, понимает, что он в тюрьме.
Рожденный ползать, летать не может...
...если восстание будет подавлено, нефилимы так и останутся в рабстве у падших ангелов. Это было как-то неправильно, но жизнь полна трудных решений, это я знала слишком хорошо. И сейчас меня больше заботило , чтобы довольными остались архангелы, а не нефилимы.
...люди не меняются, меняются их предпочтения.
Помнится, в то время образ женщины, призрак женской любви почти никогда не возникал определенными очертаниями в моем уме; но во всем, что я думал, во всем, что я ощущал, таилось полусознанное, стыдливое предчувствие чего-то нового, несказанно сладкого, женского…
Величайший политический игрок окончательно проигрался.
К слову, в книге есть презанятнейшая сцена, где герой взбирается по отвесной стене башни, чтобы переговорить с героиней… очень, по-моему, романтично. Не желаете повторить?— Нет.— Жаль. А придется.
Эмоции – топливо, которое нужно было переработать в результат.
Я давно не верю в миф, будто самодовольные мерзавцы в глубине души — порядочные люди. Наверное, мне нравится неспешная атмосфера сериала [Гордость и Предубеждение с Колином Фертом], отсутствие смазливых лиц на экране и, конечно, борьба.
С самим собой, с обществом, иногда — со здравым смыслом. Борьба, которая в конце концов приводит к счастью.
Я слушал, смотрел и ужасался. Неужели для этого я родился на свет? Неужели я достиг вершины, подобно альпинисту, взбирающемуся на Эльбрус? И что мне теперь остается? Воткнуть в снег вымпел с собственным именем – облагороженный вариант «здесь был Вася» – сфотографироваться на память и… спускаться вниз? В чем смысл всего этого?