Надежда хитрая, как вода. Она всегда находит способ просочиться.
пять минут общения со мной сравнимы с ударом о бетонную стену на полном ходу. Разбивает розовые очки вдребезги и вколачивает осколки в мозг
«Я понял, что то, что мы называем своей волей, есть только ниточка, приводящая в движение марионетку, ниточка, за которую дергает Бог. Вы улавливаете мою мысль?»
Родиться на свет – значит занять место в схеме отношений с другими людьми, что независимо от твоей воли определяет тебя в ту или иную лингвистическую категорию. Эти категории кажутся естественными и очевидными, но на деле являются социальным конструктами и объектами жестокого контроля. Мы не можем сбежать из своего тела, как мы не можем вырваться из сети противоречащих представлений о том, что это тело значит, на что оно способно и что ему дозволено или не дозволено. Мы не просто отдельные личности, жаждущие и смертные, но представители типов, которым сопутствуют определенные ожидания, требования, запреты и наказания - очень разные, в зависимости от того, какое тело нам досталось. Свобода - это не просто удовлетворение материальных желаний по примеру Де Сада. Свобода это когда ты можешь жить без препятствий, ограничений, страданий и угрозы уничтожения, вызванных постоянным насаждением идей о том, что разрешено такому типу тела, в котором тебе выпало жить.
Осознание, что одни люди из-за своей телесной конструкции подвергаются большей опасности и угнетению, чем другие - это исходная точка всех освободительных движений.
Решение может дать лишь опыт, но опыт - палка о двух концах.
Целоваться взахлеб до самой зари Мы одни на этом заброшенном берегу. А впереди целая ночь с горящими над нами яркими звездами.
«Хочешь от человека чего-нибудь добиться – запрети ему это и создай преодолимое препятствие средней трудности»
Пусть я его и не видела, но, как известно, ночью все кошки серы. Точнее, в темноте все темные властелины темные.
— О! Вы можете не беспокоиться. Не зря местный эль так хвалят — он валит с ног с первой кружки, но совершенно не оставляет по себе следов поутру. Как и воспоминаний, — немного лжи нам совершенно не помешает. Не хотелось объясняться за все, что мы вчера друг другу наговорили. — Это хорошо. Не приходится краснеть за все, что наговорил или сделал. Мой отец говорил в подобных случаях: «Не помню, значит, не было!»
...он не выдержал, спросил, кто мы такие. Ответил я уже стандартно: «Партизаны». Как хотите, так и понимайте, но в любом случае — «хорошие». Потому что партизаны всегда хорошие. Если они становятся плохими, то превращаются в кого угодно, в бандитов, в «лесных братьев», в НВФ, но именно «партизанами» быть уже перестают.
-Морковка или жизнь!-кричал заяц, угрожая Снеговику феном.
Черт… ДА!!! Ревнует! И злится. И… пусть этот гад будет счастлив, вот! Хотя бы и без нее, но пусть и будет – и счастлив!
Вправить человеку мозги может только время
Мне кажется, что, когда выражаешь примитивные эмоции, превращаешься в примитивного человека.
Им все, что старше двадцати – уже сразу сорок.
— Я не осмелюсь заснуть, пока ты бродишь вокруг с головой, набитой кислотой, и хочешь меня искромсать в лоскуты этим чёртовым ножом.
— Кто тебе говорил о лоскутах? Я всего лишь хочу вырезать маленькую "Z" у тебя на лбу.
"Свобода - это сказка для женщин. Ни один человек на земле не свободен".
Нельзя, чтобы он заметил,какой плаксой я стала. Это, по-моему, одно из главных заповедей, которые мы, бедные женщины, должны твёрдо усвоить.
Первая реакция - спонтанная - самая честная.
Отечество мое- в моей душе.
Вы поняли?
Вхожу в неё без визы.
Когда мне одиноко, - она видит,
Улежит спать, укутает, как мать.
Во мне растут зелёные сады,
Нахохленные, скорбные заборы,
И переулки тянутся кривые.
Вот только нет домов.
В них- моё детство,
И как оно, разрушилось до нитки.
Где их жильё?
В моей душе дырявой …М. Шагал
— Ты делаешься все фанатичней и фанатичней, — отмечает Мурад. — Я не понимаю. Отчего ты так меняешься, отец?
— Поймешь, когда станешь старше. Это духовная эволюция.
Наша родина – демократическая страна, а вы – добровольцы и дадите клятву. Если не дадите – а у вас есть такое право, – то вот через эту дверь попадете в федеральную тюрьму, где просидите тридцать лет за уклонение от демократических обязанностей.
Всякий раз, когда захочешь достичь чего-нибудь, гляди в оба, соберись и постарайся точно понять, что тебе нужно. Нельзя стремиться к цели с закрытыми глазами.
Мы все всего лишь играем в догонялки со смертью. И в конце концов она всё равно выиграет..
Потом груди у нее отвисли, и наш брак тоже дал трещину.