Цитаты
285760
Есть у девушек такая особенность – входить в другие семьи через браки. И фамилии у них от этого меняются.
Встретились как-то в таверне охранница, бродяга-пьяница и богатенький сынок министра. Только те ли он, кем кажутся? За спиной каждого по мешку с тайнами. Для охранницы это был простой заказ, но вместе с ним в привычную рутину Розы из Цветочной гильдии пришли тайны, загадки, шпионы и политические игры. А ещё как-то нужно отделаться от двух попутчиков, которые прилипли словно репейники. Заодно неплохо бы убедить помощника князя, что трупы шпионов появляются сами по себе и никакого...
По бытующей в «Бомонте» легенде, Пьер Шамбрэн никогда не покидает отеля. Его загар создается ультрафиолетовой лампой, а выйдя на улицу, он тут же заблудится, потому что с той поры как он впервые вошел в «Бомонт» в начале тридцатых годов, город существенно изменился.
Пентикост Хью (псевдоним, настоящее имя Джадсон Филипс) – один из наиболее известных в США представителей «крутого детектива». Долгое время Филипс был президентом Общества американских авторов приключенческой литературы.
Профессиональные сыщики редко бывают главными героями его произведений. Расследованием на редкость запутанных дел у него занимаются благородные и самоотверженные любители: журналисты, художники и даже служащие рекламного агентства.
До того как поступить на работу в отель, я не сидел в конторе ни одной лишней минуты. Под влиянием Шамбрэна мой образ жизни изменился хотя он не настаивал на этом. Я сдал квартиру и переехал в отель. Теперь, после одного или двух коктейлей в конце рабочего дня, я поднимался к себе в номер, переодевался к обеду и проводил вечер, кружа по отелю. Многочисленные бары, ночной клуб «Синяя комната», банкетные залы, — я напоминал шерифа небольшого городка на Диком Западе, проверяющего, все ли спокойно на вверенной ему территории.
Это и был мой город, со своими мэром, полицией, общественными службами, частными, выкупленными владельцами квартирами, номерами для приезжающих на короткий срок, ночными клубами, кафе, ресторанами, магазинами, телефонной станцией и сложными человеческими отношениями.
Мой город. Так я думал об отеле, ощущая себя его частичкой и болея душой за его репутацию.
Пентикост Хью (псевдоним, настоящее имя Джадсон Филипс) – один из наиболее известных в США представителей «крутого детектива». Долгое время Филипс был президентом Общества американских авторов приключенческой литературы.
Профессиональные сыщики редко бывают главными героями его произведений. Расследованием на редкость запутанных дел у него занимаются благородные и самоотверженные любители: журналисты, художники и даже служащие рекламного агентства.
– Не думай, что ты слышал обо всем, что происходит в мире, – посоветовали из тьмы. – Это самое банальное заблуждение.
В самом начале автор обещает: «…обещаю не давать вам покоя, отдыха и умиротворения, я обещаю обманывать вас на каждом шагу, я обещаю так заморочить вам голову, что самые обыденные вещи станут загадочными и в конце концов непонятными, я обещаю завести вас во все тупики, которые встретятся по дороге, и, наконец, я обещаю вам крушение всех надежд и иллюзий, а также полное попирание Жизненного Опыта и Здравого Смысла». Каково? Вперед…
Е. В. Клюев
– Эй, выходи на честный бой, Муравей-разбойник!
– Как бы не так! – богатырский пописк приобрел еле уловимые очертания слов. – В честном-то бою ты меня победишь. А ты вот попробуй в нечестном победи! Мне в нечестном бою нет равных.
В самом начале автор обещает: «…обещаю не давать вам покоя, отдыха и умиротворения, я обещаю обманывать вас на каждом шагу, я обещаю так заморочить вам голову, что самые обыденные вещи станут загадочными и в конце концов непонятными, я обещаю завести вас во все тупики, которые встретятся по дороге, и, наконец, я обещаю вам крушение всех надежд и иллюзий, а также полное попирание Жизненного Опыта и Здравого Смысла». Каково? Вперед…
Е. В. Клюев
Иногда кажется, и живем-то мы именно потому, что предвкушаем чудесные перемены. Завтра, думаем мы, случится такое, чего не случалось никогда, ну, по крайней мере, ни позавчера, ни вчера, ни сегодня уж точно не случалось! А когда мы устаем ждать, мы приходим на поклон к Литературе – и в ней проживаем те самые жизни, которых не знали и не узнаем в действительности.
В самом начале автор обещает: «…обещаю не давать вам покоя, отдыха и умиротворения, я обещаю обманывать вас на каждом шагу, я обещаю так заморочить вам голову, что самые обыденные вещи станут загадочными и в конце концов непонятными, я обещаю завести вас во все тупики, которые встретятся по дороге, и, наконец, я обещаю вам крушение всех надежд и иллюзий, а также полное попирание Жизненного Опыта и Здравого Смысла». Каково? Вперед…
Е. В. Клюев
Язык – это растение нежнейшее, капризнейшее! Он – как садовая роза, которая хранит в себе воспоминания о бесконечном числе метаморфоз, о непрерывных преобразованиях многих и многих поколений дикой розы. И Язык – он тоже кое-что хранит в себе: национальную историю, национальную культуру. Ведь у слов прекрасная память… Они помнят, кто, когда, сколько раз и в каких значениях употреблял их с тех самых пор, как стоит мир. Любое слово обросло уже бессчетным множеством смыслов – и его невозможно употребить так, чтобы реализовался лишь один из них. А потому независимо от того, хочется мне подразумевать или нет, я все равно что-нибудь да подразумеваю… Ты же пытаешься низвести язык до первобытного уровня, отбрасывая все, что он накопил в себе. Ты берешь в руки ножницы и начинаешь постригать лепестки розы. Какое счастье, что Язык не принадлежит тебе! Впрочем, он не принадлежит никому: его можно портить, но испортить нельзя…
В самом начале автор обещает: «…обещаю не давать вам покоя, отдыха и умиротворения, я обещаю обманывать вас на каждом шагу, я обещаю так заморочить вам голову, что самые обыденные вещи станут загадочными и в конце концов непонятными, я обещаю завести вас во все тупики, которые встретятся по дороге, и, наконец, я обещаю вам крушение всех надежд и иллюзий, а также полное попирание Жизненного Опыта и Здравого Смысла». Каково? Вперед…
Е. В. Клюев
– Меньшинство должно подчиняться большинству!
Смежная Королева рассмеялась:
– О дорогой мой, не во всем, не во всем… Большинству не приходят в голову гениальные идеи, но оно охотно пользуется гениальными идеями единиц. А ведь, по существу, любая гениальная идея – не что иное, как новая аналогия, новый тип смежности, когда два очень далеких явления вдруг оказываются рядом, в то время как о родстве их никто из живущих и не подозревал. Но вот человек указал на это родство – и оно тотчас же стало очевидным для всех.
В самом начале автор обещает: «…обещаю не давать вам покоя, отдыха и умиротворения, я обещаю обманывать вас на каждом шагу, я обещаю так заморочить вам голову, что самые обыденные вещи станут загадочными и в конце концов непонятными, я обещаю завести вас во все тупики, которые встретятся по дороге, и, наконец, я обещаю вам крушение всех надежд и иллюзий, а также полное попирание Жизненного Опыта и Здравого Смысла». Каково? Вперед…
Е. В. Клюев
«Художник долго смотрел на яблоко и нарисовал его. Вместо одного яблока стало два. Художник перевел глаза на часы и нарисовал их. Вместо одних часов стало двое. Когда Художник нарисовал все, что было в доме, он вышел на улицу. Там он нарисовал улицу – и вместо одной улицы стало две. Художник прожил долгую жизнь и успел нарисовать все, что было в мире. Так вместо одного мира стало два.
Люди не знали, что делать с этим вторым миром, и назвали его Искусство».
В самом начале автор обещает: «…обещаю не давать вам покоя, отдыха и умиротворения, я обещаю обманывать вас на каждом шагу, я обещаю так заморочить вам голову, что самые обыденные вещи станут загадочными и в конце концов непонятными, я обещаю завести вас во все тупики, которые встретятся по дороге, и, наконец, я обещаю вам крушение всех надежд и иллюзий, а также полное попирание Жизненного Опыта и Здравого Смысла». Каково? Вперед…
Е. В. Клюев
Общество посовещалось. Вперед выступил Ой ли-Лукой ли:
– Или целуй и буди Спящую Уродину, или катись отсюда!
– Я выбираю второе! – обрадовался Петропавел.
– Тебе никто не предлагал выбирать. – Ой ли-Лукой ли хмыкнул. – Второе предложение сделано для того, чтобы деликатнее сформулировать первое. Мы же все-таки не хамы и понимаем, что минимальное число возможностей – две, а не одна.
В самом начале автор обещает: «…обещаю не давать вам покоя, отдыха и умиротворения, я обещаю обманывать вас на каждом шагу, я обещаю так заморочить вам голову, что самые обыденные вещи станут загадочными и в конце концов непонятными, я обещаю завести вас во все тупики, которые встретятся по дороге, и, наконец, я обещаю вам крушение всех надежд и иллюзий, а также полное попирание Жизненного Опыта и Здравого Смысла». Каково? Вперед…
Е. В. Клюев
– Какой же смысл загадывать загадку, если никто не знает отгадку?
– Так чтобы узнать!.. – Старик выразил лицом недоумение. – Бессмысленно, скорее, загадывать загадку, отгадка которой известна.
В самом начале автор обещает: «…обещаю не давать вам покоя, отдыха и умиротворения, я обещаю обманывать вас на каждом шагу, я обещаю так заморочить вам голову, что самые обыденные вещи станут загадочными и в конце концов непонятными, я обещаю завести вас во все тупики, которые встретятся по дороге, и, наконец, я обещаю вам крушение всех надежд и иллюзий, а также полное попирание Жизненного Опыта и Здравого Смысла». Каково? Вперед…
Е. В. Клюев
Слова вообще нельзя употреблять в абсолютном значении: абсолютному значению ничто не соответствует в мире, где все относительно. Нет ни большого, ни маленького, нет ни прямого, ни обратного направления, нет ни правой стороны, ни левой, ни верха, ни низа! И ни завтра, ни вчера – тоже нет! Ничего нет. Вздохните же Вы наконец свободно! Более или менее.
В самом начале автор обещает: «…обещаю не давать вам покоя, отдыха и умиротворения, я обещаю обманывать вас на каждом шагу, я обещаю так заморочить вам голову, что самые обыденные вещи станут загадочными и в конце концов непонятными, я обещаю завести вас во все тупики, которые встретятся по дороге, и, наконец, я обещаю вам крушение всех надежд и иллюзий, а также полное попирание Жизненного Опыта и Здравого Смысла». Каково? Вперед…
Е. В. Клюев
– Вы же каждого видите насквозь, – не оценив заявления Ежа, напомнил старику Петропавел. – Почему бы тогда Вам самому не познать вашего муравья?
– Насквозь вижу, ты прав. Но это если видно. А Муравья-разбойника не видно.
В самом начале автор обещает: «…обещаю не давать вам покоя, отдыха и умиротворения, я обещаю обманывать вас на каждом шагу, я обещаю так заморочить вам голову, что самые обыденные вещи станут загадочными и в конце концов непонятными, я обещаю завести вас во все тупики, которые встретятся по дороге, и, наконец, я обещаю вам крушение всех надежд и иллюзий, а также полное попирание Жизненного Опыта и Здравого Смысла». Каково? Вперед…
Е. В. Клюев
– Милый мой, все мы просто играем словами! Но всем нам кажется, будто словами своими мы способны придавить к земле то, что существует вокруг нас. Мы уверенно говорим о чем-то: «Это имеет место быть!» А откуда у нас такая уверенность?
В самом начале автор обещает: «…обещаю не давать вам покоя, отдыха и умиротворения, я обещаю обманывать вас на каждом шагу, я обещаю так заморочить вам голову, что самые обыденные вещи станут загадочными и в конце концов непонятными, я обещаю завести вас во все тупики, которые встретятся по дороге, и, наконец, я обещаю вам крушение всех надежд и иллюзий, а также полное попирание Жизненного Опыта и Здравого Смысла». Каково? Вперед…
Е. В. Клюев
Вся наша жизнь — оксюморон...Даже у счастья есть оттенки.
В юности нам кажется, что мы бессмертны, нас непременно ждет незаурядное будущее и великие дела. Верится, что впереди уйма свободного времени на любовь, глупые мелкие обиды и на то, чтобы исправить бездумно совершенные ошибки. Но проходит время... все меняется. И вот уже кажется, что в прошлом деревья были выше, трава зеленее. А еще... тоска чернее и боль пронзительнее. Соня убежала от прошлого, но оно вернулось и потребовало дать ответ. Что же такое настоящая любовь – великая трагедия или...
...тяжело любить правильного и примерного ребенка. В него мало вкладываешь. А вот те, кто постоянно доводят до нервного срыва и седых волос, те самые любимые. В них много собственных эмоций.
В юности нам кажется, что мы бессмертны, нас непременно ждет незаурядное будущее и великие дела. Верится, что впереди уйма свободного времени на любовь, глупые мелкие обиды и на то, чтобы исправить бездумно совершенные ошибки. Но проходит время... все меняется. И вот уже кажется, что в прошлом деревья были выше, трава зеленее. А еще... тоска чернее и боль пронзительнее. Соня убежала от прошлого, но оно вернулось и потребовало дать ответ. Что же такое настоящая любовь – великая трагедия или...
Вот уж точно никогда не надоест смотреть на огонь, воду и на то, как хвалят твоих детей.
В юности нам кажется, что мы бессмертны, нас непременно ждет незаурядное будущее и великие дела. Верится, что впереди уйма свободного времени на любовь, глупые мелкие обиды и на то, чтобы исправить бездумно совершенные ошибки. Но проходит время... все меняется. И вот уже кажется, что в прошлом деревья были выше, трава зеленее. А еще... тоска чернее и боль пронзительнее. Соня убежала от прошлого, но оно вернулось и потребовало дать ответ. Что же такое настоящая любовь – великая трагедия или...
— А с прежним палачом что случилось, ушел на отдых?
— Помер он, сердце не выдержало.
— Приступ?
— Да нет, кинжалом его в сердце пырнули, разве оно такое выдержит?
Неспокойные времена наступили в Норнберге. В темных переулках огромного, девятитысячного города охотится на людей демон именуемый Черным поваром, а вся вина за убийства свалена на личного чернокнижника герцога, брошенного в тюрьму и приговоренного к казни. Теперь Мэрган, молодой девушке, только заступившей на должность городского палача, придется не только заниматься своими прямыми обязанностями, но и вместе с опальным чернокнижником раскрыть темные тайны столицы и начать охоту на демона.
Тишина недооценена.
А ещё она открыта для интерпретаций.
Я принадлежал ей, но она никогда не была моей. *** Элис Йейтс — наемная «домработница» Моррисонов, богатой пары из Миннеаполиса. Для Элис это работа мечты — одеваться как домохозяйка 1950-х годов и читать мистеру Моррисону любовные романы перед его дневным сном. Но когда единственная дочь Моррисонов возвращается домой на лето со своим женихом, Элис сталкивается лицом к лицу со своим разбитым прошлым — единственной угрозой ее идеальной жизни. Восемью годами ранее владелец дома отдыха Мёрфи...
Если уж собираешься врать, делай это так, чтобы твоя ложь стала лучшей историей из всех когда-либо рассказанных.
Я принадлежал ей, но она никогда не была моей. *** Элис Йейтс — наемная «домработница» Моррисонов, богатой пары из Миннеаполиса. Для Элис это работа мечты — одеваться как домохозяйка 1950-х годов и читать мистеру Моррисону любовные романы перед его дневным сном. Но когда единственная дочь Моррисонов возвращается домой на лето со своим женихом, Элис сталкивается лицом к лицу со своим разбитым прошлым — единственной угрозой ее идеальной жизни. Восемью годами ранее владелец дома отдыха Мёрфи...
— Ты ведь так хотела, чтобы мы расписались.
— Сначала да. Все женщины хотят поскорее выйти замуж, ты ведь знаешь. А потом подумала — а что это меняет? Если ты захочешь от меня уйти, ты все равно уйдешь. Хоть со штампом, хоть без. А если будешь любить меня… — Она пожала плечами. — Отсутствие штампа в паспорте совершенно не повлияет на твои чувства.
Егор Кремнев едет в Сьерра-Леоне, чтобы ликвидировать оружейного барона Марка Ситника. По ходу задания выясняется, что личная охрана «черного магната» курирует закрытую лабораторию в Риме, в которой выращивается «идеальный солдат». Егор направляется в Италию, чтобы остановить коварный замысел.
Для выполнения задания Кремнев должен заручиться поддержкой влиятельного союзника. Выбор Егора падает на ведущую специалистку лаборатории, красавицу Франческу Пацци.
Настя заставила себя успокоиться. Она достала документы на машину и права и протянула все это гаишнику.
— Ловите террористов? — весело поинтересовалась Настя. — К счастью, я не собираюсь ничего взрывать, а стреляю по мужчинам исключительно глазами.
Гаишник посмотрел на нее поверх раскрытых прав и усмехнулся:
— Такими глазами, как у вас, любого мужчину можно убить наповал, — сказал он.
Егор Кремнев едет в Сьерра-Леоне, чтобы ликвидировать оружейного барона Марка Ситника. По ходу задания выясняется, что личная охрана «черного магната» курирует закрытую лабораторию в Риме, в которой выращивается «идеальный солдат». Егор направляется в Италию, чтобы остановить коварный замысел.
Для выполнения задания Кремнев должен заручиться поддержкой влиятельного союзника. Выбор Егора падает на ведущую специалистку лаборатории, красавицу Франческу Пацци.
Счастье-это когда тебя понимают, большое счастье-когда тебя любят, настоящее счастье- когда любишь ты.
Я слышу из переговорки мучительный женский стон, громкий шлепок, стон повторяется и превращается в частые ритмичные вскрики. — Вы там что устроили? Совсем что ли? — обрушиваюсь я на начбеза. Там что, охрана под шумок с какими-то девками развлечься решила? Я буквально отталкиваю его. — Лиза, не ходи туда, я прошу тебя! — нарушая субординацию просит начбез. Я дергаю дверь в переговорку и замираю на пороге. На столе под моим мужем исходит на крик какая-то девица.Мой Влад. Муж, с которым мы...
Восхищенная публика аплодировала. Принц приветственно поднял руку, мол, да ладно вам, я даже не старался.
Не, ну я тоже так думала, что он даже не старался. Он и мечом владел с грацией пьяного водоноса. Но, видимо, никого, кроме меня, не смущала, очевидная постановка боя.
Попасть в другой мир, выдать себя за великосветскую леди? Не так страшно.
Она еще и фанатичная некромантка? Что ж, придется соответствовать.
У нее вдобавок есть столь же обаятельный, сколь и подозрительный супруг? А вот с этим уже сложнее… Но за мной охотятся, так что выбора нет, придется изобразить чужую жену.
Вот только откуда мне было знать, что и муж тоже ненастоящий?!
попросить, чтобы он хорошенько Гарвена физиономией повозюкал по этому самому белому песочку?.. Раз субординация позволяет, так нельзя же не воспользоваться такой возможностью!
Но я не попросила. Не потому, что во мне победили деликатность и скромность (они почему-то у меня побеждали с нулевой вероятностью), а потому, что вокруг уже было слишком много людей.
Попасть в другой мир, выдать себя за великосветскую леди? Не так страшно.
Она еще и фанатичная некромантка? Что ж, придется соответствовать.
У нее вдобавок есть столь же обаятельный, сколь и подозрительный супруг? А вот с этим уже сложнее… Но за мной охотятся, так что выбора нет, придется изобразить чужую жену.
Вот только откуда мне было знать, что и муж тоже ненастоящий?!