Все книги
Это – суровая и абсолютно бескомпромиссная книга. Собственно говоря, подлинная мистическая книга и не должна быть иной. Тот, кто познал Свет, не будет заигрывать с читателем. Тот, в ком пылает духовный огонь, не принимает во внимание обычные человеческие слабости. Книга Эндрю Коэна может зажечь тебя… или обжечь. Прежде чем читать эту книгу, следует честно ответить себе на следующий вопрос: «Действительно ли я готов к познанию себя?» «…Поистине, когда мы ничего не хотим для самих себя, в нас...
Все мы время от времени оказываемся в такой ситуации, когда не получается ничего, любое предприятие заканчивается неудачей, а судьба постоянно ставит подножки, и чем больше стараешься исправить ситуацию, тем безнадежнее она становится. Именно это произошло с автором книги Олегом Гором: в одночасье он потерял налаженный бизнес, деньги, комфортное жилье, машину и даже друзей и стал объектом пристального внимания тайских бандитов – и опять пришел к необходимости переосмыслить и начать заново свою...
Можно ли медитировать во сне? Существует ли таинственный зверь йесин? Зачем разрушать колесо Сансары? В чем опасность чрезмерной духовности? Чем питаются «голодные духи» и для чего их кормить? Автор книги, бизнесмен Олег Гор, нашел ответы на эти вопросы во время двухмесячного странствия по Таиланду, в которое отправился вместе со своим строгим учителем, «неправильным монахом» братом Поном — без документов, денег, планов и в полном молчании. В пути он продолжил осваивать новые медитативные...
Что общего у духовного роста и мытья посуды? Сложно ли повернуть колесо Сансары? Как развить в себе творческие способности в кратчайшие сроки, если вы живете в первозданных джунглях? О чем шепчет пустота? И так ли на самом деле полезно знать, кем вы были в прошлой жизни? Автор книги, бизнесмен Олег Гор, получил ответы на все эти вопросы в маленьком буддийском монастыре на севере Таиланда и сумел преобразить свою жизнь, освободившись от неуверенности, стресса, тревог и гнева — всего того, что...
Жизнь и учения странствующего йогина Патрула Ринпоче – высокочтимого буддийского мастера и учёного XIX века из Тибета – оживают в правдивых историях, собранных и переведённых французским буддийским монахом Матье Рикаром. В их основе – устные рассказы великих учителей современности, а также тибетские письменные источники. В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
В книге «Просветленный секс. Нечто совершенно иное» всемирно известный секс-гуру и автор целого ряда бестселлеров Дэвид Дейда описывает уникальную методику сексуального и духовного развития, включающую в себя новаторские методы совершенствования сексуальной энергии вкупе с принципиально новым взглядом на секс и эротику. Главная цель просветленного секса заключается в том, чтобы научиться превращать обычные движения плоти в неподдельный экстаз бытия. Образные и дерзкие описания интимных граней...
«О Русская земля! Уж ты за горами». Вздох безымянного автора «Слова о полку Игореве» должен напомнить читателю этого сочинения о существовании независимой русской словесности за рубежом. Старейший представитель этой словесности, многолетний автор издательства «Алетейя» мобилизует свою память и творческую фантазию, чтобы укротить бессонное прошлое, внести в хаос воспоминаний порядок и смысл. Итогом этой работы становится произведение своеобразного жанра, которое состоит из четырёх частей...
В новой книге Александра Казакевича — известного белорусского писателя, редактора, журналиста и педагога — вы найдете ответы на извечные вопросы, которые встают перед каждым человеком: что такое любовь и как обрести свое счастье? Вы сможете наполнить смыслом каждое прожитое мгновение, научитесь не бояться действовать и уверенно идти к тому, чего вы хотите, и увидите, что вокруг вас есть более интересные и важные цели, чем накопление материальных богатств! Следуя прямым и косвенным подсказкам,...
Критика, Литературоведение, Современные российские издания, История России и СССР, Научно-популярная и научно-художественная литература
Одно из самых опасных свойств цензуры — коллективное нежелание осмыслять те огромные последствия, которые ее действия несут для общества. В России XIX века именно это ведомство было одним из главных инструментов, с помощью которых государство воздействовало на литературную жизнь. Но верно ли расхожее представление о цензорах как о бездумных агентах репрессивной политики и о писателях как о поборниках чистой свободы слова? В книге Кирилла Зубкова отношения между литературой и цензурой в России...
Если вам кажется, что мир катится в пропасть, оглянитесь вокруг. Люди теперь живут дольше, они здоровее, свободнее и счастливее, чем когда бы то ни было. В захватывающем дух обзоре состояния человечества в третьем тысячелетии психолог и популяризатор науки Стивен Пинкер призывает нас отвлечься от сенсационных заголовков новостей и катастрофических предсказаний, которые так ловко играют на свойственных нашему мышлению когнитивных искажениях. Вместо этого он предлагает обратиться к цифрам и с...
Впервые на русском — дебютный роман, получивший (по рукописи) «Азиатского Букера», премию Паланки (высшая литературная награда Филиппин) и премию Хью Макленнана (высшая литературная награда Квебека), вышедший в финалисты премий Grand Prix du Livre de Montreal (Канада), Prix Jan Michalski (Швейцария), Prix Courrier International (Франция) и Премии стран Британского содружества, а также попавший в список лучших книг года, по версии «Нью-Йорк таймс». В ясный зимний день из Гудзона вылавливают тело...
Последние пять месяцев Дэвид Лористон восстанавливается в усадьбе лорда Мёрдо Балфора. В Лавероке он вновь обрел здоровье и уверенность и нашел рядом с Мёрдо счастье и довольство, коих прежде не знал. Дэвид прекрасно осознает, что вскоре ему придется покинуть Лаверок — и Мёрдо — и возвратиться к адвокатской практике в Эдинбурге, да и Мёрдо придется вернуться к жизни в Лондоне. Однако когда Патрик Чалмерс просит Дэвида приехать в Эдинбург и навестить его на смертном одре, оказывается, что этот...
Вторая книга романа «Борис Картавин». Герой после Великой Отечественной войны приезжает в Ленинград учиться в институте. Однако неудовлетворённость собой постоянно вынуждает его вновь и вновь возвращаться к вопросу о правильности выбора жизненного пути, решать сложные нравственные задачи.
Для среднего и старшего школьного возраста.
Поэзия, Классическая русская поэзия, Литература ХIX века (эпоха Промышленной революции), Русская детская литература
«По Руси великой, без конца, без края,
Тянется дорожка, узкая, кривая,
Чрез леса да реки, по степям, по нивам,
Все бежит куда-то шагом торопливым,
И чудес хоть мало встретишь той дорогой,
Но мне мил и близок вид ее убогой…»
Что такое, по-вашему, приятное путешествие? Уж, конечно, не поездка в разбитой колымаге, с шестью пассажирами в салоне, кучей баулов и двумя запасками в багажнике. Но для многочисленной родни Хмелевской — это лучшее времяпрепровождение, как и для самой пани Иоанны, которая кожей предчувствует очередную криминальную историю. От судьбы, как говорится, не уйдёшь — необыкновенная способность нашей героини впутываться в захватывающие и крайне опасные приключения явно досталась ей по наследству… ...
Впервые русский читатель знакомится с романами Иоанны Хмелевской «Проселочные дороги» и «Колодцы предков». Снискавшая не только широкую известность, но и любовь российского читателя знаменитая польская писательница Иоанна Хмелевская и в этих произведениях остается верной себе: напряженное драматическое повествование, глубина психологического анализа, яркие, запоминающиеся образы героев — все это ожидает вас и в предлагаемых романах. «Проселочные дороги» и «Колодцы предков» составляют дилогию....
Она есть нечто такое, что движет всем. Она ни с кем не считается. Тотальность, непознаваемость и независимость от человеческой воли. Мрачная, бессмысленная, безжалостная, всесокрушающая, неотвратимая, но – твоя!
Новый роман популярного прозаика строится на художественном исследовании чрезвычайно острого социального и политического материала, охватывая события нашей реальности и недалекого будущего. Хитросплетение сюжетных линий сосредоточено вокруг деятельности коммерческих структур в России и по всему миру, героями произведения становятся люди, добившиеся высокого положения в большом бизнесе и большой политике, ощутившие власть и пагубность огромных денег. Тревожно звучит в произведении тема роковой...
Самым правильным местом для душманской засады я считал кишлак Дархейль. Духи могли под прикрытием «зелёнки» отправить мимо Тринадцатого поста троих-четверых автоматчиков и попытаться перехватить меня в кишлаке.
Очерки Бальзака сопутствуют всем главным его произведениям. Они создаются параллельно романам, повестям и рассказам, составившим «Человеческую комедию».
В очерках Бальзак продолжает предъявлять высокие требования к человеку и обществу, критикуя людей буржуазного общества — аристократов, буржуа, министров правительства, рантье и т.д.
Известный немецкий профессор в своем обширном труде, недавно увидевшем свет, попытался доказать, что знаменитый греческий ученый-математик Архимед погиб вовсе не при захвате Сиракуз, а десять лет спустя, в городе Риме…
Появление негласного контроля какого-либо вида связи всегда связано с рождением этого вида связи. Так, несанкционированное прослушивание телефонных разговоров началось вместе с телефонной связью.Книга рассказывает историю рождения и развития спецслужб, занимающихся прослушкой телефонных разговоров в странах Европы, США, Российской империи, СССР и Российской федерации; создания и эволюции специальной техники оперативно-техническими службами этих стран для контроля телекоммуникаций; описывает...
Разоблачения сотрудника американских спецслужб Эдварда Сноудена покажутся детским лепетом по сравнению с фактами, изложенными в этой книге. В ней перед читателем в строгом хронологическом порядке предстает мировая история разведки средствами связи. Детально прослеживается, как из экзотической разновидности разведывательной деятельности, какой она была в начале прошлого века, разведка средствами связи постепенно превратилась в грозное оружие, в настоящее время уступающее по своей силе, пожалуй,...
Гермиона не могла пошевелиться, утопая в медленно текущем вокруг нее песке времени. Песок сиял и искрился, а в нем вспыхивали многочисленные линии жизни. Многие смутные — всего лишь возможности. Другие ярче — то, что свершилось. И, наконец, яркие линии переплелись в один поток — тот, на котором она стояла сейчас и принимала решение.