Все книги
Бахыт Кенжеев. Три стихотворения
«Помнишь, как Пао лакомился семенами лотоса? / Вроде арахиса, только с горечью. Вроде прошлого, но без печали».
Владимир Васильев. А как пели первые петухи…
«На вечерней на заре выйду во поле, / Где растрепанная ветром скирда, / Как Сусанина в классической опере / Накладная, из пеньки, борода».
Религиозные воззрения Стива Джобса становятся для автора этого полушутливого, полупророческого эссе ключом к философии Интернета. Елистратов проводит параллель между так и не осуществленной в России коммунистической утопией и глобальной буддийской утопией Всемирной Сети. Конец знания, конец культуры сакральных текстов и книг, идеал мгновенного и легкого озарения — признаки нового дивного мира, в котором каждому обещано «как бы бытие» в его «персоналке».
Анекдотичное странствие выходцев из дореволюционной (Князь) и советской (Степанов) аристократии приобретает все более фольклорные черты, по мере того как герои приближаются к глубинному центру России — где богоискатели обосновались на приусадебной свалке. Героям Климонтовича подошли бы маски и юродивых, и скоморохов, как всему повествованию — некрасовская, чеховская, горьковская сюжетная матрица. От литературы к лубку, из московской студии к аллегорическому поселению «троглодитов», от...
Деревня Сагачи, в отличие от аллегорической свалки, — место обитания вполне правдоподобное, но только и оно — представительствует за глубинную Русь, которую столичный герой послан пережить, как боевое крещение. Андрей Дмитриев отправляет к «крестьянину» Панюкову «тинейждера» Геру, скрывающегося от призыва. Армия, сельпо, последняя корова в Сагачах, пирамида сломавшихся телевизоров на комоде, пьющий ветеринар — все это так же достоверно, как не отправленные оставшейся в Москве возлюбленной...
Если задание кажется слишком лёгким, значит на самом деле оно трудно выполнимо. Или невыполнимо вовсе. Араб — наёмник со стажем — убедился в этом на собственном опыте. Он вышел в отставку и хотел лишь одного — вести жизнь мирного обывателя. Однако, по мнению бывшего начальства, только Арабу под силу изучить таинственный камень, находящийся на одном из тихоокеанских островов. Две группы, отправленные туда ранее, не вернулись. Сгинули, исчезли в ни-куда! И повторить их судьбу Арабу совершенно не...
Споры о природе эссеистики можно окончить кивком в сторону поэзии. В подборке Марии Ватутиной, во всяком случае, стихи и не стихи, лирика и мышление слились так, как личная и родовая история новорожденного, которого вносят, как благословение, во всякое видевший дом. «Баба Маня шьет шинели, / чтобы шинами висели / на солдатиках, и так / преодолевался тракт», — «Рванулась вперед, схватила внучку — мою маму — ни слова ни говоря пошла впереди семьи с драгоценной ношей на руках. Баба Маня. Марией...
В предложенной читателям дискуссии мы задались целью выяснить соотношение понятий свободы и рабства в нынешнем общественном сознании. Понять, что сегодня означают эти слова для свободного гражданина свободной страны. К этому нас подтолкнули юбилейные даты минувшего года: двадцать лет новой России (события 1991 г.) и стопятидесятилетие со дня отмены крепостного права (1861 г.). Готовность, с которой откликнулись на наше предложение участвовать в дискуссии писатели и публицисты, горячность, с...
«Великая юродивая» русской поэзии сегодня жила бы мэтром. Ее диковатая, непосредственная, будто детская, стихотворная речь — эффективная прививка от замучившей поэтов и обозревателей литературной инерции. Студентка Литературного института Евгения Коробкова несколько лет работала с архивами Некрасовой и нашла ряд не опубликованных до сих пор текстов, а также восстановила некоторые уже известные стихотворения в авторской редакции.
Рассказ-эпилог к роману, который создавался на протяжении двадцати шести лет и сам был завершающей частью еще более долгого проекта писателя — тетралогии “Империя в четырех измерениях”. Встреча “последних из оглашенных” в рассказе позволяет автору вспомнить глобальные сюжеты переходного времени — чтобы отпустить их, с легким сердцем. Не загадывая, как разрешится постимперская смута географии и языка, уповая на любовь, которая удержит мир в целости, несмотря на расколы и перестрелки в кичливом...
Очерк о путешествии архитектора к центру сборки романа «Война и мир». Автор в самом начале вычерчивает упорядоченный смысл толстовской эпопеи — и едет за подтверждением в имение писателя. Но вместо порядка находит хаос: усадьбу без наследного дома. И весь роман предстает «фокусом», одним мигом, вместившим всю историю семьи, «воцелением времени», центровым зданием, построенным на месте утраченного дома.
Сюжет этой хроники вызывает в памяти «Московские сказки» Александра Кабакова и цикл реалистически пересказанных сказок молодой киевской писательницы Ады Самарки. Общий прием в литературе, усвоившей открытия постмодернизма, лежит на поверхности. И все же каждое наложение мифа на бытовуху, вечного на сиюминутное, придает окружающей действительности новый отсвет. Алексей Андреев много лет работал как писатель-сатирик, и история осады овдовевшей Елены в усадьбе, унаследованной от мужа — воротилы...
Жизнь в цыганском таборе жестока и не терпит слабых. Но именно табор стал домом для красавицы-княжны Мери, бежавшей из родных мест после убийства родителей. Спасая свою жизнь, Мери не знала, что сердце она уже никогда не спасет. Невозможная, губительная любовь к цыгану Сене меняет ее до неузнаваемости, и даже разлука не способна убить надежду увидеть возлюбленного еще раз. Цыганка Дина ненавидит жизнь в таборе и, влюбившись в чужака, мечтает убежать с ним. Но после вестей о смерти любимого...
Переписывать историю — не только кровавая, но и смертельно опасная работа. Испытатель миров — чертовски рискованная профессия: как выжить в кошмарной реальности, где Вермахт берет Москву, а японцы оккупируют Дальний Восток? Как без наркоза вправить России все вывихи и переломы ее судьбы? Каково это — раз за разом смазывать собственной кровью жернова времени?.. Но Испытатели снова и снова отправляются в параллельные миры, чтобы методом проб и ошибок создать человечеству идеальную историю. Вот...
Из творческого наследия украинского поэта Игоря Рымарука (1958–2008) — «Возможно, в поэзии ценнее не прямое высказывание, а подбор послевкусий, следов события. Это как вино, когда букет распадается на ароматы, живущие своей отдельной жизнью. Событие, толчок для творчества рассматривается здесь с разных, часто неожиданных ракурсов. Наложение нескольких взглядов, как наложение светокопий, позволяет увидеть происшедшее в неожиданной полноте и развитии. Современники обозначают творчество Игоря...
Подборки стихотворений Андрея Таврова «Охапка света», Владимира Захарова «Койот», Андрея Василевского «просыпайся, бенедиктов!», Бориса Херсонского «Выбранные листы из переписки императрицы Екатерины и философа Вольтера, а также иные исторические стихотворения»
«Дагестан не знает, кто он. У него есть несколько психологических сценариев одновременно. И соответственно одновременно несколько самоидентификаций и взглядов на то, в чем себя выражать. В терроре, в „западничестве“ или в спокойном интеллигентном осознании самоценности: своей истории, своих языковых россыпей, своих даровитых на высокое чувство людей? На этом вопрошании, на этом разрыве жжет колоссальная боль». Писатель Василий ГОЛОВАНОВ рассказывает о своем путешествии по Дагестану и опыте...
Поэзия Грузии и Армении также самобытна, как характер этих древних народов Кавказа.
Мы представляем поэтов разных поколений: Ованеса ГРИГОРЯНА и Геворга ГИЛАНЦА из Армении и Отиа ИОСЕЛИАНИ из Грузии. Каждый из них вышел к читателю со своей темой и своим видением Мира и Человека.
Хотя грузинский прозаик Михо МОСУЛИШВИЛИ называет свои вещи одну новеллой в стиле «боп», другую рассказом-мениппеей, по сути, это две небольшие повести. Разнятся место и время действия: современная Грузия и Италия времен Второй мировой войны. Естественно, разнятся и персонажи, и интонация повествований. Общим остается то, что герои совершают поступки, которых от них мало кто ожидает, и коллизии разрешаются неожиданным образом. В стиле «боп» и литературном жанре «мениппея».
Знаменитая писательница Виктория Генри еще в начале своей творческой карьеры, чтобы привлечь внимание читателей, придумала себе мужа Нормана — секретного агента ЦРУ, в соавторстве с которым она якобы пишет свои детективы. Идея оказалась удачной, и написанные ею книги стали продаваться как горячие пирожки. В многочисленных интервью Виктория говорила, что муж занимается секретной работой и предпочитает не показываться на публике. Но однажды к ней подошел незнакомец и сказал, что он и есть Норман...
Решив немного подработать летом, 17-летняя Келси Хайес устраивается помощницей в маленький бродячий цирк. В ее обязанности, среди прочего, входит забота о главной знаменитости цирка — белом тигре по кличке Дирен, в которого Келси буквально влюбляется с первого взгляда. Тигр так прекрасен, что когда работа в цирке подходит к концу, Келси совсем не хочется с ним расставаться. Поэтому она с легкостью соглашается сопровождать тигра при его транспортировке в Индию. Чего Келси не ожидает, так это...
Поиски пропавшей где-то в сельве Амазонки профессорской дочери приводят искателя приключений Улисса Видаля в Черный Город. Его древнейшие сооружения, словно созданные для циклопов, и содержимое пирамид поражают воображение. Об этом открытии должен узнать весь мир. Но не тут-то было. Среди непроходимых джунглей затаились настоящие чудовища — полулюди-полуживотные… И они готовы уничтожить любого чужака, вторгшегося на их территорию…
К концу 1922 года в Маньчжурию из охваченной войной России пришли почти 300 тысяч беженцев. Харбин, город на северо-востоке Китая, казалось бы, стал спасением. На самом деле именно через него на четверть века пролег фронт русской смуты. Главный герой романа «Харбин» оказался в тисках между «золотой казной» Российской империи и замыслами советской и японской разведок. В повествовании не фигурируют в качестве героев Сталин, Чан Кайши или Микадо, но художественно и исторически достоверно показана...
Автор этих воспоминаний, перу которого принадлежат четыре романа, повести и рассказы, родился в 1936 г. в Горьком в семье военнослужащих. Поступив в Военно-медицинскую ордена Ленина Краснознамённую академию им. С. М. Кирова в Ленинграде, закончил её в 1954 году. Служил на подводных лодках и кораблях Черноморского и Северного флотов. В 1972 году закончил командно-медицинский факультет Военно-медицинской академии, и после вся его служебная деятельность прошла в центральном аппарате ВМФ СССР....
Очерк и публицистика
Евгений САВЧЕНКО — Дело cтолыпинского масштаба
Ксения МЯЛО — На обочине
Лидия СЫЧЁВА — Гельман как «зеркало души» нашей контрреволюции
Кирилл ФРОЛОВ, Кирилл ЛОГИНОВ — «Третий Рим». Суверенная модернизация
Руслан ЛЫНЁВ — У кого учился Гитлер
Николай ПИРОГОВ — Перевёртыш морализирует
Юрий БЕЛИКОВ — Берега Леонарда
Владимир КРУПИН — Душа у Вселенной православная
Светлана ЗАМЛЕЛОВА — Колыбель России