Современная проза
Прозу Леонида Сергеева отличает проникновенное внимание к человеческим судьбам, лирический тон и юмор.
Автор лауреат премий им. С. Есенина и А. Толстого, премии «Золотое перо Московии», премии журнала «Московский вестник», Первой премии Всероссийского конкурса на лучшую книгу о животных 2004 г.
От автора: Эта книга и самостоятельна, и служит, в то же время, продолжением предыдущей, носящей не слишком ясное название «Знак Вирго», что означает «Знак Девы», под которым автор появился на свет.
Общее заглавие для всего повествования о своей жизни, жизни моего поколения и, в какой-то степени, страны я бы выбрал «Круги…», или (просто) «Это был я…» А подзаголовком поставил бы пускай несколько кокетливые, но довольно точные слова: «вспоминательно-прощально-покаянный роман».
Девушку-старшеклассницу предал её парень, изменив с другой. О своём горе девушка рассказала маме. Та делится своим жизненным опытом и убеждает дочь простить молодого человека. Содержит нецензурную брань.
Теперь у людей нет прошлого. Нет будущего. И их это устраивает. Нет конфликтов, нет переживаний, нет угрызений совести. Люди теперь ничего не решают. Но это не могло продолжаться долго. Он – это тот, кто не захотел забывать. И у него есть планы на будущее. А существующая система в эти планы не входит.
Рассказ о трагедии человека, потерявшего жену и сына, ставшего волею судьбы бездомным, но сохранившего достоинство, порядочность и честь.
Секретно ЦК КПСС В дополнение к N 2138-с от 17 сентября 1965 года Докладываем, что предварительное следствие по делу на СИНЯВСКОГО А.Д. и ДАНИЭЛЯ Ю.М., обвиняющихся в совершении преступления, предусмотренного ст. 70 ч. I УК РСФСР, в ближайшее время (до 10–15 января 1966 года) Комитетом госбезопасности будет закончено. Расследование установило, что СИНЯВСКИЙ и ДАНИЭЛЬ в период 1956–1963 г.г. под псевдонимами Абрам ТЕРЦ и Николай АРЖАК написали и по нелегальному каналу передали за границу ряд...
В тихий городок Хвойная Бухта прибывает странная парочка. Один симпатичный – бывший семинарист, а теперь бродяга со стажем. Тревису под девяносто, но выглядит он молодо – лет на двадцать пять. Другой – редкий урод по имени Цап, свирепый повелитель древних царств и гурман человеческой плоти. Он нежно-зеленого цвета, но видит его не всякий – лишь те, кем он закусывает. Курортный городок расстелен перед демоном, точно шведский стол в четырехзвездочном отеле. Но за...
Золотой и Серебряный век российской поэзии в сочетании с творчеством современных авторов даёт новое течение в стихосложении. В своих произведениях я стараюсь открыть душу, дать простор своему читателю и раскрыть всегда актуальные темы. Надеюсь, что вы, дорогие мои читатели, оцените по достоинству мои творения. Содержит нецензурную брань.
История о том, как чудеса случаются, вне зависимости от того – верите вы в них или нет. Они просто происходят.
"Прятки на сутки" и комиссия по делам несовершеннолетних. Интернет-зависимость подростков и бессилие взрослых перед ней. Суицидные селфи и самоубийства перед ЕГЭ. Компьютерные игры в теракт и настоящие бомбы. Обычные школьники становятся террористами, а школа – объектом совершения теракта.
В биологии понятия «людоед» и «каннибал» не тождественны. Людоед – всякое животное, поедающее человека. Вопрос о причинах, вызывающих людоедство, не разъяснён вполне и по настоящее время. А вот что касается зрелищ – тут всё ясно!
Жизнь должна иметь смысл и цель. А процесс приносить удовольствие. Так бежал по жизни Петр Егорович. Не всегда добегал. Но бежал.
Ален Клод Зульцер — швейцарский писатель, пишущий на немецком языке, автор десяти романов, множества рассказов и эссе; в прошлом журналист и переводчик с французского. В 2008 году Зульцер опубликовал роман «Идеальный официант», удостоенный престижной французской премии «Медичи», лауреатами которой в разное время становились Умберто Эко, Милан Кундера, Хулио Кортасар, Филип Рот, Орхан Памук. Этот роман, уже переведенный более чем на десять языков, принес Зульцеру международное признание. ...
В 2003 г. по книге был снят одноименный фильм, получивший несколько международных наград. Сам автор не раз заявлял, что теле- и киносценарии являются полноценными литературными произведениями, наравне с театральными пьесами. Как нам кажется, данное произведение красноречиво демонстрирует творческое кредо писателя — нарочитое размывание границ между высокой и массовой литературой
Молодые люди, рождённые в 90-е годы прошлого столетия и ровесники 21 века, не знают, что такое "коммунальная квартира" – пережиток эпохи социализма. Возможно, этот рассказ поможет заполнить пробел в их знаниях и позволит почувствовать атмосферу квартиры, соседей, их характер и непростые отношения, царившие в ней.
Как сказал кто-то из классиков "Если решили что-то продать, то не думайте о последствиях, думайте о выгоде". Если решили подписать договор, то читайте внимательно пункты, ибо последующие события могут быть катастрофическими. Но скорее всего они бы произошли в любом случае, как предначертано судьбой.
Молодая мама, только вышедшая из декретного отпуска на новую работу, влюбляется в коллегу. Прямого разговора никак не выходит. Тяжело переживая влюбленность в одиночестве, она ставит под сомнение семейное счастье и в поиске ответов забредает на форум. Содержит нецензурную брань.
31 декабря 1921 года три человека садятся в Иерусалиме играть в покер: голубоглазый негр, контролирующий ближневосточный рынок молотых мумий; молодой ирландец, наживший состояние, торгуя христианскими амулетами фаллической формы; и бывший полковник австро-венгерской разведки, маниакальный пожиратель чеснока. Их игра, которая продлится двенадцать лет в лавке торговца древностями Хадж Гаруна, приманит сотни могущественных магнатов и лихих авантюристов со всего мира, ведь ставкой в ней — контроль...
Творчество одного из крупнейших писателей ГДР Эрвина Штритматтера хорошо известно советскому читателю.
Новый роман Штритматтера носит автобиографический характер. В нем писатель обращается к поре своего детства в поисках ответа на вопрос, как человек приходит к творчеству. Роман выдержан в стиле семейной хроники, со многими вставными историями и эпизодами, что позволяет дать широкую картину жизни лужицкой деревни.
Сол Стейн (р. 1926) — известнейший американский писатель, поэт, сценарист. Его произведения навсегда вошли в списки мировых бестселлеров.
В знаменитом романе «Курорт» супружеская пара Браун приезжает в великолепную зону отдыха «Клиффхэвен». В первый вечер они обнаруживают, что дверь их номера почему-то заперта, а во второй узнают правду: никто не покидает «Клиффхэвен», во всяком случае живым…
На диком-диком Западе жила дикая-дикая утка по имени Какша. Как она там очутилась и что из этого вышло, вы узнаете из мистически-хамского вестерна «Какша». У героев этой книги очень разносторонние интересы и богатая биография. Дедушка Джейк, например, любит сидеть на крыльце своего дома, потягивая крепкий алкогольный напиток «Шепот смерти». Двухметровый внук Джейка, Кроха, к спиртному равнодушен. Зато он любит строить заборы. А огромному неуловимому кабану, живущему неподалёку, больше всего...
Каждый человек задумывался о том, чтобы он хотел сделать перед смертью. А что, если ему будет дана возможность сделать что угодно после нее? Эта короткая история человека, чьи жизнь и мечты были не самыми высокими. Его жизнь прервалась, и вот перед началом новой главы своего путешествия ему было предложено исполнить самое заветное желание.
Молодой преподаватель на испытательном сроке — в провинциальном университете. Единственная «живая душа» в мире унылого снобизма и бессмысленных правил поведения. Джиму Диксону тошно от этого, — но в штат попасть хочется! Значит, надо быть — как все. Писать статьи на нелепые темы. Посещать скучнейшие коктейли. Потакать студентам, которым посчастливилось стать любимчиками кого-то из местных светил, — будь они хоть трижды бездарны. Но однажды в жизнь Джима вторгается любовь, — и все его...
Меня часто спрашивают, не автобиографичен ли роман «Чудодей».
Отвечаю: самые неправдоподобные эпизоды, описанные в этой книге, основываются на пережитом, все же, что не кажется неправдоподобным, — сочинено.
Я хотел написать книгу, направленную против той проклятой немецкой Innerlichkeit — погруженности во внутренний мир, которой и я был некогда подвержен. Я хотел помочь немцам познать общественно-историческую истину и освободиться от всяческого лицемерия.