Ну, не удалось этого подцепить на крючок и заграбастать себе, то будет еще один недовольный жизнью мужик. Не опускай руки, милая. Просто тебе надо сменить тактику, понимаешь? Куклы на то и куклы, что всегда можно ее выкинуть, если надоела, и завести новую.
Как всегда, он считал, что все недостатки детей - от нее, а все достоинства - от него.
— Люди не должны нам подчиняться из страха. Терпение и страх конечны. Если народ довести до предела, ему будет плевать, маги мы или нет.
В ситуациях, когда любая другая девушка плакала бы, жаловалась, кричала и умоляла, она хранила гордое молчание. Ее кузены и кузины в один голос уверяли, что она попросту туповата.
Детство, юность-это великие источники идеализма!
Щедрость плохо знакомых людей меня всегда настораживала. Обычно, получив малость, потом отдаешь в три раза больше.
Мама рассказывала, что стоило ей взять меня, новорожденного, на руки, и она возненавидела весь свет. Потому что раньше это был просто мир, а теперь она воспринимала его как врага для такого маленького и беззащитного меня.
Уверенность в голосе мрасса заинтриговала Зою. Из их недолгого общения она успела сделать вывод, что он - человек слова.
«Будем ли мы понимать когда-нибудь, что самое дорогое на свете – жизнь человека и его свобода?»
— И не надо строить мне глазки, Арина. Знаю я тебя и твои методы.
Я фыркнула. Поклеп! Чистейшей воды поклеп! Да я самое спокойное и мирное существо.
— И вот еще что, дорогая. Не вздумай снова выскочить замуж.
— Ну-у-у… — протянула я, словно раздумывая.
— Без «ну»! — повысил голос оборотень. — Дел невпроворот, клиентов куча, а ты со своими замужествами и разводами выпадаешь из рабочего процесса. Так что нечего!
— Просто я приличная женщина. Не гуляю, а всё по-правильному.
— Арина, знаешь что?! Ты ведьма! Какая, к ступам летучим, «приличная женщина»? Заведи уже себе любовника и живи сколько влезет. А не бегай туда-сюда, замуж — из «замужа»…
— Да я всего-то три раза! — искренне возмутилась я.
в жизни, оказывается, не важно соответствие каким-то стандартам, и любят не за маленькую ножку, белокурые волосы, или умение чувствовать пятой точкой горошину под сотнями перин.
Птичке надо и полетать, а то ведь не научится.
Это великое искусство . преклониться и не унизиться при этом , признавать собственную слабость , но оставаться хозяином положения. То что подобные вещи происходят , только когда есть серьезные чувства , надеюсь , все понимают.
- Сегодня она познакомилась с соседями, через неделю с ней будет здороваться вся резервация, а через месяц она захватит город и будет править адом вместо тебя. Смею предположить, даже лучше тебя.
- И, кстати, не говори что горничная.
- А что мне сказать? У тебя есть подходящая ложь?
- Пожалуй. Скажем, что ты моя девушка.
- Что?
- Неужели я сказал такую удивительную вещь? По-моему- это распространенное клише. В каждом фильме так делают.
- Ну, галлюцинации. Вижу то, чего нет. - Хуже, когда не видишь то, что есть.
Руслан смачно поцеловал девушку в губы и подтолкнул к такси. В этот момент я распахнула дверцу и вышла. Вам когда-нибудь удаляли зубной нерв без наркоза? А мне в этот момент вот так удалили кусок сердца. Ощущения были похожи. Это словно всадить нож и медленно его прокрутить в разные стороны. Мне никогда не было настолько паршиво. На физическом уровне. Словно кожу содрали живьем или подожгли. Я ожидала чего угодно, но только не этого. Наверное, я бы предпочла, чтобы это была любая другая причина, но не такая. Не со мной, не сегодня, не сейчас.
И ты меня когда-нибудь простишь. Это заложено природой в вашу женскую сущность — проявлять гибкость и лояльность, чтобы обеспечить выживание себе и потомству.
- А знаешь, какая птица самая редкая?
- Видимо, феникс, - ответил Принц.
- А вот и нет. Самая редкая птица - гоголь. Она вроде утки. А знаешь почему?
- Почему? - устало спросил Яр-Тур.
- А потому что реку Днепр перелететь не может. Дунай - запросто, Итиль - нечего делать, а Днепр - ну никак. Долетит до середины - и бултых в воду. Оттого и редкая.
Бабушка не разрешала Кате смотреть в телевизор, чтобы не портить глаза. Невыросшая любила телевизор, он помогал забыть всё вокруг. Но после школы его запрещала бабушка, а по вечерам и по выходным его занимал папа – ложился на диван, обнимал пульт ладонью и переключал каналы так, словно гонялся за кем-то.
Месть, совершённая чужими руками, самая сладкая.
Высокий, здоровенный, подтянутый, на холеном лице кой-какой интеллект временами высвечивается.
– Я не жду от тебя романтики, – сказала я с обидой, убрав руку. Почему-то зацепилась именно за эту фразу, которая показалась унизительной и оскорбительной. Разве я говорила о чем-то подобном? Разве давала понять, что хочу ухаживаний?
– Может, думаешь, что не ждешь, а в душе – ждешь. У тебя внутри живет маленькая романтичная мечтательница, та самая, которую я видел на благотворительном вечере восемь лет назад, которая смотрела на меня с благоговением и мечтала, чтобы я подошел.
Когда по воле девственницы юной Молитву вознесут уста Греха Когда миндаль засохший ночью лунной Цветеньем буйным проронит тихо слезы, Дабы они с души все скорби смыли, Тогда настанет мир, уйдут из замка грозы И снизойдет покой на Кентервиля.
— Мужчины, котенок, стараются забыть о среднем возрасте двумя путями. Либо заводя молодую жену. Либо ужасаясь постаревшим одноклассницам. А иногда делая и то, и другое.