— И что, даже готов с семьей моей еще встретиться?
— Да, это подстава, конечно, с твоей стороны была.
— А кто тебя заставлял два часа там сидеть? Вот Гайне сразу понял, что лучше не связываться и…
Машина резко затормозила. Хорошо, что я пристегнулась, а то точно бы стукнулась сильно.
— Не понял. Ты что, Гайне тоже с родственниками знакомила?
Месть — это блюдо, которое может быть очень приятным. Главное, подобрать правильную компанию.
Для того, чтобы бороться с чудовищным злом, нужно чудовищное добро
Мудрость - следствие интенсивной духовной жизни, помноженной на память, а это приходит с возрастом.
Действительно, вляпалась Шура Животова, иначе не скажешь! Кто ж это женщину увольнять будет за то, что отказала? Только оно. Самое распоследнее коричневого цвета. С него, с этого распоследнего ведь станется и отомстить. Под статью подвести, например. Вот вам и любовь! А нечего с начальством шуры-муры крутить. Начальство должно вашу работу организовывать и контролировать, а также поощрять ваши успехи, ну, или отругать, когда вы проштрафились. Но спать с начальством….!!! Ни-ни. Тем более, имея такую сказочную красоту, как у Эльвиры Викентьевны. Добро б еще последний вагон какой-нибудь или на безрыбье. На безрыбье, как известно, и начальник соловей. Но чтоб так. При молодости, да при красоте….
— Иногда маленькая песчинка способна склонить чашу весов.
-Зачем твоей родне мои рука и сердце?
-Сердце-вынуть , руку - отрезать , и все это торжественно вручить мне. Вы не знаете Реджи! Она сейчас все увиденное осмыслит, переварит, завтра родителям в красках расскажет, они там еще чего-то с радости додумают, и не удивлюсь, если явятся сразу же со свадебным платьем и оркестром.
-Профессора Сазейра натравим?- чуть серьезнее поинтересовался ректор, но в его глазах все равно скакали смешинки.
-Ага!- Я мстительно усмехнулась.- Поверьте ,мамочку и папочку никакой профессор-лич не остановит на пути к счастью единственной кровиночки.
-Ну, тогда мы просто сбежим.
--Конечно ,сбежим!- Я сама устремилась в выходу.
просто не мое это время, не родное, я это чувствую и не могу с таким временем сблизиться. Не испытываю к происходящему ничего, кроме абстрактного интереса. Всё равно как если бы представили меня президенту, скажем, Зимбабве: да, президент, да, любопытно, но внутри ничего не отзывается. И всё что хочешь можешь ему сказать, и – не тянет. Не интересно.
Импровизации хороши, когда тщательно проработаны заранее.
Оказалась, что работа с разумными крайне негативно сказывается на психическом здоровье.
Будь внимателен, мой мальчик, будь добродушен. Исполняй добросовестно свои обязанности. В жизни это залог успеха!
Жизнь беспрестанно подкидывает новые возможности - приятный, но порочный выбор. Стоит один раз согласиться, и дальше все катится по наклонной.
Раньше в детдомах воспитатели нас били, чтобы мы слушались. После войны уже нормальным считалось. Сейчас, может, этого нет, но дедовщина точно осталась. Вот не верю я, что старшие младших теперь не «воспитывают» на свой лад.Пока мать переводила дыхание, Катя вспомнила слова детдомовца «до головы не доходит, до почек дойдет». Получается, и сейчас это есть.
Вы считаете себя телом, а потому не можете принять то, что есть ваше "Я", которое даёт команды, и есть "вы тело", которое подчиняется им.
Любовь можно ощутить, только отдавая. И нам даны такие обширные возможности в этом мире, в наше время… Уже только за это можно постоянно благодарить Всевышнего. Поэтому давайте с сегодняшнего дня дадим себе обет, что мы будем следить за своей речью, сделаем своей целью Любовь к Богу и будем на всех уровнях
Конечно, церковь-государство боится, что рухнет фундамент, удерживающий семьи и дающий рабов (этот фундамент – женская «мудрость», женщины-терпилы). А если женщины перестанут быть терпилами и начнут просто наслаждаться любовью к себе – все рухнет. Ну и прекрасно. Пусть рухнет.Потому что любые семьи и отношения должны держаться на взаимной любви, а не на том, что кто-то молчит и терпит, или детях. Вы либо хотите быть друг с другом, либо не хотите, а «склеивать» себя детьми и религией – глупо и стыдно. Это для слабаков. Свобода – это страшное одиночество, нужно быть очень сильным, чтобы научиться жить в Свободе. А жить в тюрьме по чужим правилам любой дурак может.Важное уточнение, я говорю пока именно про новые влюбленности, а не про секс ради секса.
Мы буквально напали друг на друга со своими мирами, так отличающимися друг от друга.
- Не знаю. Чувствую. Это сложно объяснить. Ты пахнешь книгами, которые я не читал, но которые полюбил бы, потому что они были у тебя в руках. Ты касаешься волос над ухом, когда смеешься, вот так. - Он провел кончиками пальцев по своим волосам. - Как будто проверяешь, все ли в порядке и не слишком ли ты весела, не слишком ли ты расслабилась. Но все в порядке - ты всегда лучше, сильнее и красивее, чем ты думаешь. И мне кажется, надо, чтобы кто-то тебе об этом напоминал. Ну и еще... - Он улыбнулся. - Ты так слушала, когда я говорил про работу, - ни одна девушка так не слушала про присадки и стальные конструкции. Если я до этого сомневался, то тут все, пропал. Думаю, совпадений достаточно...
– Вы совершаете опасное преступление, адептка Райлис! – строго произнес он.
На миг я испугалась, стала мысленно прокручивать в голове, что успела натворить за это время, и о чем ректор Стайракс мог узнать. Если он о том, что я выпустила из клетки хариппул, мелких вредителей, так это ж я случайно, и потом всех поймала и заперла. Кажется всех.
приходится пройти через тьму, чтобы добраться до света
Потерять память - это не просто забыть, куда ты положил очки. Это означает, что у твоей личности больше нет стержня, ты больше не принадлежишь себе.
— Я никогда не видел евреев, — сказал он. — Какие они из себя? — Как Иисус.
Одиночество будило во мне чувство острейшего духовного голода
— Жестокая ты женщина! Вредная, коварная и бессердечная. Вот что с тобой делать?! —
— Как что? Любить и баловать! И никак иначе, мой милый. Сам женился — сам и мучайся! —
– В работе я строг и требователен. Трудиться придётся много, не жалея сил, если хочешь в короткие сроки вернуться в свой мир. В процессе поймёшь, и надеюсь, привыкнешь. Платить буду копейки, но это в договоре прописано, прочтёшь, ознакомишься. Чтобы не было соблазнов остаться «на подольше», а то были умники. Никаких фамильярностей я не допускаю. Ты секретарь, я начальник. Ясно?
Послушно киваю. Чего не ясно? Он задница, я раб, всё предельно просто. Я раб в полной заднице – по-моему, ясно.