Цитаты
286031
admin
добавил цитату
из книги
«А что, если они нам не враги? Как болезни спасают людей от вымирания»
6 лет назад
Мини изучал поведение крыс, которым в первые часы после рождения доставалось разное количество материнского внимания. Малыши, которых вылизывала мама, выросли в уверенных в себе крысят, ведущих себя относительно спокойно и легко справляющихся со стрессовыми ситуациями. Что же касается крысят, обделенных вниманием своих матерей, то они выросли невероятно нервными.
Если вы когда-нибудь задавались вопросом, как человечество смогло выжить в этом полном опасностей мире, то вы по адресу. Генетик и врач Шарон Моалем выдвинул смелую гипотезу: выжить человечеству помогли… болезни! Мы не догадываемся о том, что все заболевания и то, как мы на них реагируем, – это многовековой результат нашего совместного следования по пути эволюции. [ul]Что общего у диабетика с древесной лягушкой? Как самостоятельно активировать у себя направленные мутации? Как солнцезащитные...
Но нынешний саммит «D. I. C. E.» стал не только концом эры сложных контроллеров, он стал концом Дага Левенштейна, президента Ассоциации развлекательного программного обеспечения, который был лицом индустрии еще со времен ее позорной юности. Заняв свой пост в 1994 году, когда проходили слушания по «Mortal Kombat», Левенштейн защищал отрасль в суровые дни Колумбины и «Hot Coffee», а теперь собирался создать частную трейдинговую компанию. Но разработчики игр и журналисты, собравшиеся в зале послушать его прощальную речь, обнаружили, что он намерен воздать кое-кому по заслугам.– Ничто так не раздражает меня, как выпускающие лейблы и разработчики, которые создают спорный контент, а потом, когда приходит время защищать свой творческий подход, бегут с поля боя, – заявил Левенштейн. – Если вы хотите иметь право поступать по-своему, если вы стремитесь раздвигать границы, я готов защищать ваши права. Но, черт возьми, вы тоже должны сражаться за свои художественные решения. Публика в зале недоумевала.– Хотите быть противоречивыми – отлично, – продолжал Левенштейн. – Но не надо прятать голову в песок, едва запахнет жареным. Вставайте и боритесь за ваши творения.Впрочем, Левенштейн имел в виду не только «Rockstar»: он упрекал всю игровую индустрию, которая молчала в тряпочку и оставалась политически инертной. Когда Левенштейн спросил, сколько человек в зале присоединились к группе активистов «Video Game Voters Network» («Сеть защитников видеоигр»), и увидел всего пару рук, он буквально взорвался:– Это смешно!.. Мы боремся за правое дело, но, как бы правы мы ни были, нельзя выиграть войну без армии. А армия – это вы. Однако б[о]льшая часть людей в этом зале, для которых ставки особенно высоки, слишком ленива, чтобы вступить в ряды ополчения.Далее он обрушился на игровую прессу, которая охотно предоставляла платформу для высказываний самому упертому борцу за нравственность.– Знаете, кто больше всех уделяет внимания Джеку Томпсону? Игровая пресса! – возмущался Левенштейн. – Журналисты носятся с ним, а потом все начинают сокрушаться, что он такой влиятельный. По-моему, вы сами виноваты.
Книга рассказывает об одной из самых популярных компьютерных игр, чья история полна революционных прорывов и болезненный падений.
Как бы ярко кто-то ни светил и чего бы ранее ни добился, в бизнесе все начинается заново. Можно быть победителем в любых соревнованиях и гонках, но это ничего не значит в контексте бизнеса. Можно выиграть олимпийские игры по боксу, но не смочь сделать школу бокса успешной.
Изначально эта книга называлась «Из грязи в князи и назад, и так много раз подряд». За 12 предпринимательских лет, прежде чем вывести на федеральный уровень архитектурно-брендинговую компанию DeVision, основать главный форум для застройщиков СНГ и вместе с партнерами создать девелоперскую компанию в Тюмени, я познал много падений – провел убыточное федеральное мероприятие в Москве, открыл и закрыл несколько ресторанов, многократно банкротился, пережил увольнение, пятисекундную остановку сердца и...
Чтобы побороть саму смерть, алхимики снова и снова обращались к блеску золота.
«История шарлатанства» доктора медицины Лидии Канг и журналиста Нэйта Педерсена – это история худших способов лечения, которые практиковались врачами, целителями и мошенниками с древности до наших дней. Сегодня многие из этих способов кажутся нам невероятными: представьте себе времена, когда врачи прописывали опиум при младенческом плаче, ртуть при желтой лихорадке и прижигание раскаленным железом как средство от любовных мук. Эти рассказы о странном и откровенно опасном лечении,...
В два часа в полной темноте началось совсем новое, страшное и незнакомое,— ночная атака.
Немцы не жгли ракет. Они ползли со всех четырех сторон. Всю ночь шла резня. Не стало видно звезд, их закрыло облаками, и казалось, тьма пришла, чтобы люди не глядели в остервенелые глаза друг другу.
Все пошло в ход: ножи, и лопаты, и кирпич, и кованые каблуки сапог.
В темноте раздавались вскрики, хрип, пистолетные выстрелы, одиночные удары винтовок, короткое карканье автоматов.
Немцы ползли кучами, давили тяжестью: всюду, где начинался шум, драка, они появлялись десятками против одного или двух, во мраке били ножами, кулаком, подбирались к горлу. Их охватило остервенение.
Они осторожно перекликались между собой, но тотчас по немецкому голосу ударял выстрел скрывавшегося в развалинах красноармейца. Едва пытались они посветить условным зеленым либо красным светом электрического фонарика, как быстрые вспышки выстрелов заставляли их гасить огонь, прижиматься к земле. А через минуту вновь возникала возня, тяжелое дыхание, скрежет металла.
Но, видимо, у немцев был план, они не ползли кто куда.
Постепенно все сужался круг обороны, и там, где недавно еще лежали в боевом охранении красноармейцы, становилось совсем тихо, затем ухо ловило чужой шепот, воровато перемаргивались зеленые и красные огоньки. А вскоре в новом месте раздавался злой, отчаянный крик, шумел камень, ударял выстрел. А через минуту уже на новом месте быстро мелькал зеленый свет тайного фонарика…
Мелькнула желтая зарница, одиноко ударила ручная граната, поднялось смятение, пронзительно залился командирский свисток, потом сразу стало тихо, и снова мелькнул зеленый огонек, а ему подмигнул на секунду красный и погас… Стало совершенно тихо, и опять мелькнуло красно-желтое пламя, точно кто-то на миг открыл дверь деревенской кузницы и вновь захлопнул ее, ударила граната, и голос протяжно затянул: «А-а…» — и вдруг живой крик оборвался, бултыхнул в тишину. И еще ближе мелькнул настороженный зеленый свет…
Все, кто издали прислушивался к звукам ночного побоища, поняли, что борьбе батальона подходил конец.
Но на вокзале еще слышался шепот русской речи, и несколько человек бесшумно укладывали камни, приращивали стены, готовились на рассвете продолжать бой.
Роман «За правое дело» — выдающееся произведение о войне по силе правды и таланта, по мощи авторской мысли. В. Гроссман описывает великое «чудо» Сталинграда. Роман В. Гроссмана «За правое дело» — первая часть дилогии. Автор постигает закономерности войны и неизбежность победы над фашизмом, истоки и последствия культа личности, глубинные противоречия жизни. Роман принадлежит к лучшим произведениям нашей литературы о войне с фашизмом. Человек на войне, смертельно тяжелая жизнь в окопах,...
Все верно: такова цена человека, который пытается налепить на себя маску того, кем он не является. «За что тебя любить?» Не за что.
Для семнадцатилетней Мариам школьный выпускной заканчивается ужасными обвинениями, больничной койкой и разбитым сердцем. В наказание за случившееся разгневанный отец отправляет девушку к родственникам в Ереван.
admin
добавил цитату
из книги
«Жизнь А.Г.»
6 лет назад
Авельянеда еще мог смириться с падением орлов, но с возвеличиванием куриц - никогда. Он был в отчаянии. Его народ, вчерашние сверхчеловеки, вновь обратился в стадо плебеев и обратился с радостью, как будто только того и ждал. Он чувствовал себя обманутым, ведь выходило, что год за годом, все глубже, все безнадежнее увязая в своем лицедействе, они лишь искусно притворялись, и несмотря на жертвы, принесенные во имя их совершенства, он, Аугусто Авельянеда, оказался бессилен их изменить. Это было сродни еще одному поражению - быть может, горчайшему из всех.
Правила, которые были созданы столетие назад, чтобы стимулировать расцвет производства в условиях промышленной экономики — это тяжеловесные ботинки, которые многие руководители по-прежнему носят и сегодня, с трудом преодолевая неспокойные воды «новой экономики».
Жить легко и свободно нам мешают наши страхи. Они, словно тигры, рычат: «даже не думай пробовать», «откажись, все равно ничего не выйдет», «еще не время». И мы слушаем. И мы отступаем. Откладываем свою мечту и жизнь в долгий ящик. Джим Лоулесс — бизнес-тренер, один из самых популярных европейских мотивационных спикеров. В числе его клиентов — apple, British Telecom, Barclays Bank и Национальная служба здравоохранения Англии. Стал первым британским фридайвером, установившим рекорд по нырянию в...
Дом может сгореть, любимый человек бросить, с работы могут выгнать, страну может захлестнуть война — возможно все. Но то, что у тебя в голове — и те навыки, которые у тебя в руках, всегда могут дать тебе шанс выжить.
Четвертая часть средневековой истории. Графиня Лилиан Иртон прибыла ко двору и ее кружит карусель интриг. Заговоры, союзы, враги, родственники и знакомые… а к осени еще и муж подтянется. © Copyright Гончарова Галина Дмитриевна (elka256@mail.ru). Текст с сайта http://samlib.ru/g/goncharowa_g_d/ Вычитка, правка структуры, оформление, комментарии, мелкая редакторская правка – Алекс. Использована обложка художника С.А.Григорьева. Использованы элементы серийного оформления издательства...
...человек познает себя настоящего только в экстремальных ситуациях. В такие моменты, когда невозможно действовать, придерживаясь выработанных ценностей, которые на протяжении многих лет прививались родителями, школой, друзьями и прочими близкими людьми.
Три женщины – молодые, красивые, жизнерадостные – неожиданно исчезают. А когда их наконец находят, они морально сломлены, словно заживо похоронены в собственном теле. И это последствия всего одной недели пребывания во власти психопата, которого пресса окрестила Инквизитором. Перед самым Рождеством Инквизитор снова активизируется – и, как специально, в фешенебельной психиатрической клинике. Незадолго до того, как из-за снежного шторма клиника оказывается отрезанной от внешнего мира, врачи и...
admin
добавил цитату
из книги
«Буря мечей. Том 1»
6 лет назад
- И как же быть с любовью? Когда солнце закатилось, ни одна свеча его не заменит. — Это строка из песни? — Тирион с улыбкой склонил голову набок. — Теперь я вижу, что вам семнадцать.
Люди не должны убивать друг друга. Люди должны помогать, спасать и исцелять. Убить другого человека - это самое чудовищное преступление, которое, как это ни ужасно, в наше время совершается повсюду всё чаще и чаще. Но если ты защищаешь родных или близких тебе людей, если ты защищаешь свой город, свою страну или даже просто пытаешься спасти свою жизнь, то тут нечего стыдиться.
Шла Вторая мировая воина. Было очень тяжелое время в Польше, особенно для евреев, а Алекс как раз один из них. Его мать исчезла, а отца угнали немцы в неизвестном направлении. Оставшийся совсем один, Алекс устраивает себе убежище в покинутом доме на Птичьей улице. Ему приходится ежедневно спускаться и подниматься по самодельной веревочной лестнице, чтобы добыть себе еду и топливо. На улице — быть все время настороже. Ночью он жмется в своем темном укрытии: однако Алекс все же не отчаивается и...
Не грез вспомнить прописные, школьные истины: человек эффективнее любой машины, его КПД весьма высок. Гомо сапиенс сам себе механизм, сам себе источник питания и сам себе наладчик. Ручной труд - дешевый, китайцы поняли это еще сто лет назад.
Прозаик Андрей Рубанов – лауреат «АБС-премии» (международная премия им. Аркадия и Бориса Стругацких), участник лонг-листа «Большая книга», четырехкратный номинант «Нацбеста», один из самых неординарных писателей России и литературный провокатор, переплавляющий свой разнообразный жизненный опыт в умопомрачительные истории. Каждый его роман – событие. «Живая земля» – продолжение нашумевшего романа «Хлорофилия». Это книга о том, как Москва заросла травой высотой с телебашню; о том, как люди...
— Мне просто нравится, когда умирает нечто прекрасное.
Коэлло Хэллебор – мальчик, который хотел спасти мир. Олеандр ла Бэйл – мальчик, который хотел его разрушить. Но теперь все по-другому, ведь солнце погибает, а они бессмертны.
Одинокий лицей на острове, держащий силой в своих стенах подростков, душит, как душит и весь новый свет.
Что станет с теми, кто, обретя бессмертие, продолжит жить в погибающем мире?
Кто они? Спасители человечества? Его разрушители? Боги, ангелы, демоны? Уж точно не супергерои.
Джули и Стив очень любили друг друга. Остальные актёры иногда поддразнивали их. Очень редко впрочем, ибо влюблённые выслушивали такого рода шутки не слишком благосклонно. Отношения между ними были вообще таковы, что посторонний человек чувствовал себя в их присутствии немного неловко. Когда они смотрели друг на друга, между ними пробегал какой-то ток, который невольно ощущался и третьим лицом. В глазах Джули, глубоко посаженных и совсем чёрных, было какое-то особенное, не передаваемое словами выражение. Магнолия любила смотреть в их нежную и бездонную глубину.
Однажды девочка видела, как они целуются. Это было на палубе, в темноте. Стив долго держал в своих объятиях Джули. Они молчали. Её хрупкое тело как будто слилось с его высокой фигурой. Глаза Джули были закрыты. Когда он наконец отпустил её, она выглядела совершенно отрешённой, затуманенный взгляд не отрывался от любимого. Вскоре они заметили рядом с собой маленькую девочку, которая была настолько поражена, что не могла двинуться с места. Джули тихонько рассмеялась. Она не зарделась от стыда, нет. Но её бледные щёки сделались на тон теплее и ярче, как янтарь, сквозь который вдруг стало просвечивать золото. И без того большие глаза её стали огромными.
— Почему вы такая смешная? — спросила Магнолия.
Эта маленькая особа вообще отличалась прямолинейностью.
— Смешная? — отозвалась Джули.
— Да.
— От любви, — просто сказала Джули.
Роман американской писательницы Эдны Фербер (1887–1968) «Плавучий театр» (1926) — это история трех поколений актеров. Жизнь и работа в плавучем театре полна неожиданностей и приключений — судьба героев переменчива и драматична. Театр жизни оказывается увлекательнее сценического представления…
Есть две категории людей: одни ставят во главу угла чистоту методов, другие – результат.
В хитросплетении дворцовых интриг леди Инесса Антего чувствует себя, как рыба в воде, недаром она – первая фрейлина сестры герцога. Ради своей госпожи она готова на всё. Сорвать нежеланную свадьбу? Не вопрос. Тайно вывести из покоев любовника? С лёгкостью. Выкрасть компрометирующий герцога портрет? Пожалуйста. Трудность заключается только в одном: лорд Кэмерон Эстли, против которого Инессе приходится вести игру, умён, хитёр и… чертовски красив. Как соблюсти интересы госпожи, одновременно...
Наша матушка-настоятельница хронически сидела на диете и так же хронически страдала лишним весом. Точнее, страдала мебель, настоятельницу ее телеса ничуть не напрягали, и скромный ужин из тертой морковки она заедала сдобными мясными пирогами.
Непросто быть знатным холостяком, пусть и обремененным сыном-подростком. Все-то хотят его женить. И королева, и мать, и даже призрак давнего предка. Маркиз Риккардо ди Кассано попадает в неловкую ситуацию с толпой девиц, желающих стать его супругами. И всё бы ничего, сбежал бы, выкрутился, но тут сваливается как снег на голову еще одна невеста, некая Эрика ди Элдре. И вот тут уже не отвертеться. Да-да, за это стоит сказать «спасибо» предкам и магическому брачному договору. А что же Эрика?...
.... - В нашей жизни случаются беды, мы не можем их предотвратить. Но они случаются по какой-то причине. -По какой же причине? -Это вопрос, на который мы не можем ответить ни до, ни во время невзгод. Только преодолев их, мы понимаем, зачем они были нужны.
В девятом веке до н. э. финикийская принцесса Иезавель приказала казнить всех пророков, отказывающихся поклониться языческому божеству Ваалу. Илия бежит из Израиля в город Сарепту, где неожиданно находит свою любовь. Но вскоре все надежды и мечты рассеиваются как дым и Илию вновь затягивает водоворот событий, угрожающих его жизни.
«Пятая гора» — это волнующая история избранника Божьего, которому надлежит пронести свою веру через самые страшные испытания.
Мифическое слово — «талант». Оно сейчас не в моде, даже стало неудобным, так скажем дискриминирующим. Попытка кого-то отвадить, основой зловредной, жестокой установки: «Творчество для особенных».
Неожиданная гибель писательницы Варвары Перовой оставляет глубокую рану в душе любивших ее людей – редактора Павла, коллеги по перу Джуда и читателя, следователя Дмитрия. Каждый из них по-своему справляется с потерей: один пытается собрать воедино дорогие воспоминания, второй бросает вызов окутывающим Варины книги загадкам, а третий ищет ее убийцу. Миры этих людей почти не пересекаются, однако случившееся заставляет каждого переосмыслить собственную жизнь.
Однако дуракам не следует говорить о том, что они дураки - это их злит. А злой дурак - существо неуправляемое и непредсказуемое.
Все девочки хотят стать Принцессами, а я мечтала быть Тёмным Властелином. Что сказать? Мечты сбываются! Я попала в другой мир, обзавелась персональной Шизой, получила в наследство мрачный замок и кучку слуг-зомби. Но называться Тёмным Властелином и быть им – разные вещи! Так что мне теперь предстоит очень много работы…
В тексте есть:приключения, магический мир, сильная героиня
— Время всё расставит по своим местам. — в лучших традициях китайского святого учителя Лао-цзы** с философской физиономией изрёк наш старец.
Разрешите представиться, Александра Шерл, "в миру", Светлана Косицкая, писательница-бытовичка. То есть, тот самый человек, который на деле ничерта не умеет, но в теории знает все. Ну или почти все. В недалеком прошлом — успешная переводчица со знанием пяти языков. Однако, последние пять лет я занимаюсь тем, что пишу истории про попаданцев. Понимаете, про по-па-дан-цев. А теперь представьте, какие незабываемые эмоции я испытала, когда обнаружила себя в теле юной незнакомой барышни со всеми...
— А что ты веселишься? Тебе надо замуж выходить, а ей смешно. [...]
— Замуж надо выходить по любви, а не потому что «надо».
Люди встречаются, люди влюбляются, но не всегда женятся. Порой от этих встреч на свет появляются дети. И их появление на свет называют — ошибкой молодости. Вот таким ребенком и была я. По крайней мере, для своего отца, известного в стране актера — Родиона Кауто. Но принесло ли мне счастье такое родство? Семейные тайны, интриги, давние обиды и зависть — всё сплелось в клубок, и я оказалась в самом тугом переплетении нитей. Потому что ко всем моим перипетиям добавилась ещё и запретная любовь…
Мой дорогой папочка. Причем дорогой во всех смыслах. Ибо мало кто может назвать Повелителя драконов бедным. Но так было до моего рождения, после которого правителю начали сочувствовать все желающие.
Жизнь наследницы престола так скучна и прозаична… Сплетни, заговоры, интриги, попытки перетянуть на свою сторону, вражда с отцовским советником. Всего и не перечислишь. Вот только все поменяется, потому что грядет ОНА. Свадьба. И вот тут начинается самое интересное. Жениха никогда не видела, о самом факте помолвки не знала, да и жизненные перспективы после церемонии весьма и весьма сомнительны… Тут не сразу и понятно, что предстоит – нежиться на брачном ложе или примерять уютный саван. Но...
«В городе Нью-Йорке — шесть миллионов жителей. Стоит сесть в лифт, и ты пропадаешь навсегда.»
Ирвин Шоу — писатель с богатым жизненным опытом, тонкой наблюдательностью, умением распознать в человеке малозаметные психологические жесты и нюансы поведения, включить их в сюжетные коллизии. Его произведения на долгие годы заняли прочную позицию в списках мировых бестселлеров. Роман «Богач, бедняк» и его экранизация в свое время снискали огромную популярность в СССР. Даже по значительно сокращенным публикациям и «обедненной» телевизионной версии «Богача, бедняка» советские люди в пору...
Совесть у меня чистая, я ею ни разу не пользовалась.
Шаблонная история: дама средних лет оказывается в чужом мире и в чужом теле, и должна срочно выйти замуж за короля. Мечта идиота? Но она-то далеко не идиот.