Понять женщин очень сложно. Много времени нужно иногда, чтобы разгадать, любит она тебя или твое положение и деньги.
Потчевала со всей тщательностью, присущей правилам хорошего тона полувековой давности, когда гостя предписывалось не выпускать из-за стола до полного насыщения. И еще в дорогу объевшейся и едва тянущей за собой ноги жертве гостеприимства давать корзиночку с пирожками. Чтобы, значит, не оголодала в пути.
Но ведь от мечты так просто не отказываются? Не рушат стены, если узнали всего лишь что-то новое, доселе неизведанное.
У меня перед инспектором преимущество: старых дев никто не опасается. А зря!..
– Садись. – Мне любезно указали на единственную свободную табуретку. – Говорить будем.
– Слушаю, – сухо процедила я в ответ и осторожно пристроилась на самый краешек.
Но начинать тот самый разговор Аристарх не спешил. Он пристально меня рассматривал, словно пытался разглядеть что-то мне неведомое. Вот чего пристал, а?! Весь день меня из душевного равновесия выбивает!
– Ну?! – наконец не выдержала я и недобро зыркнула из-под челки.
– Забавная, – ухмыльнулся этот гад и сразу сделал морду кирпичом. – С чего бы начать… – Скучающе поднял глаза к потолку и постучал пальцем по темной столешнице. – С чего бы, с чего бы… Пожалуй, вот с этого. – И опять внимательно на меня посмотрел. – Скажи мне, Ромашка, ты фантастику читала?
– Э-э-э, конечно. – Я округлила глаза, изумленная таким вопросом. – Но, правда, классический набор – Толкин, Стругацкие, Желязны и иже с ними…
– Хорошо-о-о, – довольно протянул он. – Просто прекрасно… В некотором смысле облегчает мою задачу.
Я нервно хихикнула. Неужели я угадала и наш холодный Аристарх Захарович по выходным бегает в зеленом плаще и с накладными ушами?! Ой, вот умора-то!..
Реальность, как обычно, оказалась круче любого воображения.
– Значит, принять тот факт, что не все окружающие тебя – обычные люди, а некоторые и не люди вообще, сможешь проще, – будничным тоном огорошили меня.
Я даже давиться смешками перестала. Лишь уставилась на этого уникума с ну очень нездоровым любопытством. Конечно, я слышала, что существуют такие городские сумасшедшие, которые не просто играют в ролевые игры, но и всем окружающим доказывают, что они великие маги, прекрасные орки и ужасные эльфы. Э-э-э… то есть наоборот – прекрасные эльфы и ужасные орки. Впрочем, сути это тоже не меняет. С прискорбием вынуждена констатировать, что наш холодный Аристарх оказался психом. А первое правило общения с таковыми какое? Не спорить и соглашаться. А потом – бежать. Чем и займусь…
– Не веришь, – спокойно кивнул он, словно весь мой мыслительный процесс не был для него секретом.
– Ну почему же, верю… – начала мямлить я, прикидывая шансы на бегство. Увы, они были неутешительными.
– Не веришь, – медленно покачал головой Аристарх и тяжело вздохнул. – Эх вы, люди… До чего с вами сложно… Пошли.
Проблема истины в том, что она слишком часто звучит беспомощно и банально.
. Алекс честно пытался уложить в голове новое требование Деверли. Оскорблять, а потом делать комплименты — это же как облить говном, но тут же предложить полотенечко. Можно, конечно — но в чем смысл?
«Изолируйте будущее так же герметически, как прошлое… Будущее в настоящем… Нет завтра. День спасения человека — сегодня. Бессмысленная трата энергии, душевные страдания, нервное беспокойство неотступно следуют по пятам человека, который беспокоится о будущем… Итак, закройте наглухо все отсеки корабля, отделите носовую и кормовую части лайнера железными переборками. Воспитывайте у себя привычку жить в отрезке времени, отделенном от прошлого и будущего „герметическими переборками»
Был я даве у стрельца,
У Федота-удальца,
Как узрел его супругу —
Так и брякнулся с крыльца.
Третий день — ей-ей не вру! —
Саблю в руки не беру,
И мечтательность такая,
Что того гляди помру!
что толку от мужчины, кроме как вынюхивать и видеть внутри головы?
Две недели назад мальчик совершенно самостоятельно вывел закон Боде о зависимости между расстояниями планет от Солнца, а вслед затем заново открыл две неизвестные ему теоремы Эйлера. И в области календарной арифметики у него удивительные прозрения: его формула исчисления сроков Пасхи ныне применяется повсеместно в Германии.
Очень благородно — облегчать человеку его страдания, но не всем это дано. Но каждому дано — не причинять их другому.
Как показывает многолетняя игровая практика: нет непроходимых подземелий. Есть игроки, не способные понять задумку разработчиков, заметить оставленные им подсказки.
Одна из основных проблем, мешающих людям, состоит в том, что они берут на себя слишком много. Со временем это приводит к разочарованию. Жизнь можно представить себе как огромный шведский стол с разнообразными блюдами-возможностями, но, если вы положите себе на тарелку слишком много, это приведет к несварению. В жизни, как и на шведском столе, вы можете попробовать все, что захотите, но не делайте это одновременно. Подход может быть таким: в каждый момент времени выбирать три приоритета и при этом понимать, что они изменятся, когда изменится ваша жизнь. В этой концепции нет ничего нового. Фактически принцип «правила трех» уже давно используется американским корпусом морской пехоты и другими воинскими подразделениями. За многие годы проб и ошибок военные обнаружили, что большинство людей одновременно может глубоко заниматься всего тремя вещами. В результате вся военная система выстроена именно вокруг этого принципа. Отделение в американской армии состоит из нескольких бойцов, взвод – из 3-5 отделений, а рота – из нескольких взводов. Военные экспериментировали и с «правилом четырех», однако оно оказалось куда менее эффективным.
— Приведите ко мне целительницу, — велел он. — Девочку с птичьей лапкой. Ту, глухую.
Даже в очень тяжелых ситуациях человек, как правило, может обрести надежду, сделать выбор и найти смысл. Поэтому для нас типичными эффектами стресса будут сила, развитие и стойкость.
Никогда, даже в самой безвыходной ситуации, не теряй надежды. Только она поможет преодолеть любые препятствия и откроет перед тобой любые двери.
Сначала я, такая большая девушка, шалила заодно с Сашей, и мы, бывало, по целым часам ломаем головы, как бы раздразнить и вывесть его из терпения. Он ужасно смешно сердился, а нам это было чрезвычайно забавно. (Мне даже и вспоминать это стыдно.) Раз мы раздразнили его чем-то чуть не до слез, и я слышала ясно, как он прошептал: «Злые дети». Я вдруг смутилась; мне стало и стыдно, и горько, и жалко его.
...он был слишком умен, чтобы думать, будто ему нечему больше учиться.(Рике с Хохолком)
В противоположность расхожему мнению существует мало убедительных данных о значимой связи между базовым уровнем тестостерона и социальным статусом, и большинству исследований не удалось найти связь между тестостероном и половым влечением у здоровых мужчин с уровнем тестостерона в границах нормы. Возможно, это оттого, что у нас состязательное поведение более непостоянно и ситуативно, чем у других животных. (И как замечает ван Андерс, половое влечение также может возникать из чувств любви и близости.) Например, все мы не берем одновременно две недели ежегодного отпуска, чтобы отчаянно сражаться за лучшие дома, в которых собираемся растить своих детей, и исступленно спариваться. Гораздо логичней, что тестостерон временно повышается и понижается по требованию обстоятельств или когда подворачивается возможность.
В основе книги – моя глубокая вера в возможности и скрытые силы, которые заложены в каждом человеке.
– Мертвецов больше, чем живых, – сказал Нестор. – Так говорил мне отец. Но еще он говорил о новых телах, которые все мы получим в конце всего сущего, телах, сотканных из света. Какая великолепная мысль – вновь родиться в теле Бога. Мертвые получат новые тела.
Родители называли меня маленьким солнышком, и раньше я гордилась своим сиянием. А в мире, полном глазеющих ореанцев и горюющего неба, хочу лишь, чтобы этот блеск потускнел. Хочу наконец найти тайное место, где никто не сможет меня отыскать.
Очень многое, если не всё в этой жизни достигается из желания доказать своим близким, что мы не такие, какими они нас видят. Не стоит, наверное, говорить,что доказать никому ещё ничего не удалось. Мы навсегда останемся в глазах наших близких такими, какими они нас придумали. Даже если вы станете президентом, для своей мамы вы будете оставаться неразумным ребёнком, а для одноклассников - тем странным фриком с последней парты. Это бывает сложно понять и практически невозможно принять.
Люди сейчас более чем когда бы то ни было нуждаются в обучении новым идеям, которые касались бы их внутреннего мира, – идеям магов, – а не в социальных идеях.