— Отчего у тебя, Леночка, листья на деревьях синие? — Карандаша зелёного нет. — А почему же ты у своей подружки не взяла? Молчит Лена. А Катя покраснела и говорит: — Я ей давала, а она не берёт. Посмотрел учитель на обеих: — Надо так давать, чтобы можно было взять.
Я понял, что рано или поздно Господь непременно воздаст каждому по делам его, и в конечном счете всякий получит свое, хотя пути достижения высшей справедливости не всегда нам понятны.
– Мне придется ухаживать за тобой тысячу дней? – Что, слишком долго? – Я надеялся максимум на сотню.
«Будьте плодовиты и многочисленны, заселяйте землю и покоряйте ее. Господствуйте над рыбами морскими, и над птицами небесными, и над всеми животными земли». Человек здесь рассматривается как хозяин земли, вольный распоряжаться ею и всем, что на ней живет. Разумеется, нельзя сводить колониализм к одному только религиозному подходу – существовало множество экономических, политических и социальных причин, которые сделали его возможным. Однако без этого ветхозаветного взгляда европейские представления о том, как люди должны обращаться со своей землей и природой в целом, могли бы быть совершенно иными. А взгляду этому авторов Библии научило сельское хозяйство.
«Какой бы ритуал ты ни проводила, не смей отвлекаться, пусть хоть весь мир рухнет, но, пока не закончишь, не вздумай переключаться на другое. Отвлечение – это твоя смерть, так как нежить не станет ждать, она воспользуется твоей ошибкой».
Жизнь длинна. А быть человеком сложно.
Чудовища нереальны до тех пор, пока ты не встретил одно из них
Насилие - это зло, что никто не имеет права отнимать чужую жизнь, но теперь приходилось признать, что иногда это необходимо и даже справедливо.
Карьера - это хорошо, но работа никогда не полюбит тебя в ответ.
Мне только кажется, что я совсем лишний на свете.
"Мне нравится цвет виски, когда кубик льда только-только начинает таять в стакане, – сказал он. – Когда поднимаешь стакан на просвет и разглядываешь напиток со дна, это похоже на небо после того, как дождь перестал."
Всем людям иногда бывает одиноко, тем более когда они неважно себя чувствуют, разве не так?
Если вам станет грустно в начале чтения, не бросайте и не отчаивайтесь. Да, мы живем в такой разной и не всегда приглядной действительности. Но все, что происходит, — точно не конец света. Вот увидите.
семеро девочек семьи Шангуань — Лайди (Ждём Братика), Чжаоди (Зовём Братика), Линди (Приводим Братика), Сянди (Думаем о Братике), Паньди (Надеемся на Братика), Няньди (Хотим Братика) и Цюди (Просим Братика)
"Гнев убивает, дочь, как и страх. Всегда оставляй голову ясной. Помни, даже в самой безнадежной ситуации нужно бороться. Все закончится только тогда, когда ты сдашься, но тогда это будешь уже не ты."
Мать снова стукнула меня иконой, словно святой заступнице требовалось вразумить дурищу. Примерно так меня называли, когда я говорила, что в жизни много других занятий, и не надо все сводить к свадьбе и дитачкам.
Я любил жизнь и за ее красоту вступил в бой.
Пусть дальше сплетничают про принца без меня. И вообще… стакан воды сейчас бы действительно не помешал. Нервы у меня, хрупкой нежной девушки, всяко не железные.
Кто бы мне объяснил, как власть и золото делают из женщин таких сук?
Собаки, простите меня, я не хотел вас обидеть...
На меня даже коты мои так не смотрели, когда я красную рыбу готовила. А эти товарищи выжили в условиях непростой уличной конкуренции - жалостливые взгляды у них доведены до уровня профессионалов.
В молодости… все было неясно, все было впереди. Непонятно, как карьера сложится, как жизнь пойдет, ну все такое. А теперь, говорит, я точно все знаю: чем заниматься буду, с кем жить, где проводить отпуск. Нет будущего. Будущее стало настоящим.
Неудовлетворенные амбиции начальников хуже всего сказываются на подчиненных.
Описывая культуру, нельзя просто опустить детали, которые кажутся безвкусными или шокирующими, детали, которые не встраиваются в аккуратно выстроенную картину.
"Поступайте так, как если бы вы были уже счастливы."
Единственная хитрость дружбы — это найти людей, которые лучше тебя — не умнее, не круче, а добрее, благороднее, снисходительнее, — и ценить их за то, чему они тебя учат, и прислушиваться к ним, когда они говорят что-то о тебе, какими бы ужасными — или прекрасными — ни были их слова, и доверять им, а это труднее всего. Но и прекраснее всего тоже.