– Лучше страх, чем беззаконие. Лучше треск огня, чем плач детей. Лучше никого, чем лишь бы кто-то.
… Скарлетт, вам никогда не приходило в голову, что даже самая бессмертная любовь может износиться? … Вот и моя износилась… Приходило ли вам когда-нибудь в голову, что я любил вас так, как только может мужчина любить женщину? Любил многие годы, прежде чем добился вас? Во время войны я уезжал, пытаясь забыть вас, но не мог и снова возвращался… Я любил вас, но не мог дать вам это понять. Вы так жестоки с тем, кто любит вас, Скарлетт. Вы принимаете любовь и держите её как хлыст над головой человека.
Хорошо все же быть царем — никто работать не заставляет…
Вот значит какой мой будущий супруг — сам всё придумал, сам всё сделал, а ты сиди и расхлёбывай.
- Кать, я осознал, что только с тобой мне было действительно хорошо.
Конечно, почему нет… Домашняя девочка… Дома всегда обед из трех блюд, еда по контейнерам на работу. Стирка, глажка, уборка, бывший муж никогда не знал, что это такое вообще. И характер мой дурацкий, любила, холила, дурным словом обидеть боялась. Не жена, а тряпка.
- Где сатана не сможет, туда бабу пошле-е-е-ет! – жалобно заскулил дядюшка. – Гадина-а-а-а…
Да, я полнейшая дура, мечтавшая стать самой лучшей женой на свете! Такой, которая никогда не наскучит своему партнеру. И проиграла, так и не начав бой.
Жизнь – красавица, она требует подарков, развлечений, всякой игры. Жить надо с удовольствием. Каждый день можно найти что-нибудь для радости.
Никому не нравятся желтые цветы. Быть может, потому, что они такие сильные и быстро растут, потому что их так много.
Что мы, как не наши воспоминания? Кто мы без них? Где мы находимся в этой жизни? Они привязывают нас ко всем «кто», «что» и «где». Без памяти мы все равно что мертвы.
Разные люди говорили ему, что он пьет слишком много кофе, что это не пойдет ему на пользу. С его точки зрения, все эти люди просто завидовали и раздражались, потому что пили слишком мало кофе.
Молодость порок, который с успехом исправляет время.
Возможно ли в принципе иметь прислугу и при этом не выглядеть хотя бы немного гротескно?
Планировать можно что угодно. Но когда происходит что-то особенное, то, чего ты раньше хотела, но не понимала, ещё не могла угадать, пелена с глаз спадает как тяжёлая драпировка, которой прикрыт ещё один таинственный предмет в дальнем углу Ромкиной комнаты. И все предыдущие планы теряют важность. Ты понимаешь — вот оно, то самое. Твоё.
Все с волнением в крови
Ждут царевниной любви,
Конкуренция такая —
Прям хоть дустом их трави!
Солнце заходит, и мы прощаемся с Мальдивами. Тысячи лет солнце указывало путь мореплавателям; для солнцепоклонников его небесная дорога над экватором была священна. Именно там, где экватор пересекает архипелаг, расположены острова, на которых мы находили камни с солярными знаками.
- Интересно, кто сказал, что труд облагораживает человека? - Тот, кто не трудился ни минуты, поверь мне!
– Нельзя просто так взять и стать кем-то другим. – Лиза хмыкнула. – Знаете… в какой-то момент нельзя остаться тем, кем ты был, – возразил Том.
Культура искажает и сужает наше восприятие, оказывает на нас мощное влияние, навязывая гастрономические предпочтения или диктуя нравственные устои, которые мы готовы защищать до самой смерти.
Теперь напишу о том, что интересует тебя больше всего, о женском вопросе. Как и надо было предполагать, волнует это меня чрезвычайно. 2½ года женитьбы ко многому приучили мужское тело. Это не страдание и совсем не боль, но маленькое непрерывное неудобство, немного его, но всю психику ведет на поводу, а это самое плохое. Ум не идет по своему проторенному пути научного интереса и логической работы, а все старается свернуть на свое. По привычке набрасываюсь на новую книжку журнала и с удивлением замечаю, что сначала читаются рассказы, что с нетерпением ищешь рассказа, где бы соблазнительно говорилось о женщине, в литературе ищешь то же, что на душе. В первый раз экономическая статья осталась непрочитанной. В солдатских рассказах слушаешь только солдатскую немудрую любовь. Когда на улице по вечерам затрагивают, я с волнением ускоряю шаги. Скажу тебе еще что – в одну из нестерпимых минут – ты знаешь что! ты все знаешь. И это оказалось противно и грязь. Любовь не создана для одного! Не сердись за откровенность. Я все тебе говорю. …Ведь правда, что женщина однолюбка, что так и должно быть, но зачем мужчина все и всегда может? Зачем в его душу вложено так много ненужной энергии и всеобъемлющих стремлений. Всеобъемлющих в прямом и переносном смысле. Я знаю, что здесь говорю об одном из основных загадочных несоответствий природы. Что, создавая этот пункт, природа так же ошиблась, как и в некоторых других пунктах… Твоему телу было уже причинено столько боли, будет еще больше, устроено это тело также недостаточно чистоплотно и удобно, мое тело нисколько не считается с его душой и тянется слишком смело на все четыре стороны. Не так все это. Богу необходим был лучший советчик и архитектор…
... смирение воина и смирение нищего — невероятно разные вещи.
- если бы данное дело было легким, его уже сделал бы кто-то другой;
- если ты всего лишь идешь по следам другого человека, ты уклоняешься от проблем, которые крайне необходимо решить;
- совершенство достигается подготовкой, настойчивостью, концентрацией и стойкостью. Стоит отступиться хотя бы от одного пункта из этого перечня - и ты станешь заурядным.
... если у человека отнять даже эту иллюзию полезности, что тогда останется? Только... ощущение бесцельности и тоска...
Эксцентричность - одна из тех английских черт, что выглядят слабостями, но на самом деле таят под собой силу; это признак яркой индивидуальности, замаскированной под странность.
Без формального придворного грима ее угловатые черты больше напоминали мужские, а вот темные глаза, полные боли, принадлежали женщине – женщине, вынужденной выбирать между любовью и долгом.