Безумие – это языковая игра со своими правилами.
я смущенно опустила взгляд, изображая из себя нежную застенчивую девственницу. Интуиция подсказывает: нужно давить на мужские инстинкты, чтобы усыпить бдительность. Самец, желающий размножаться, не ожидает нападения.
Мне всегда нравились кладбища. Там так спокойно!
Всему свое время. Время — весне и время — осени. «Не представляю, как можно жить без смены сезонов», — часто говорят нью-йоркцы, объясняя, почему для них неприемлем переезд в Южную Калифорнию. На самом деле в Южной Калифорнии сезоны тоже меняются (есть, например, «сезон пожаров», или «сезон, когда пожар надвигается», или «сезон дождей»), но все эти южнокалифорнийские сезоны, которые обрушиваются как гром среди ясного неба, больше похожи на удары слепой судьбы, чем на раз и навсегда заведенный порядок. В отличие от времен года, которыми так дорожат на Восточном побережье. Смена сезонов в Южной Калифорнии вызывает ассоциации с насилием, с неистовством, но не обязательно с гибелью. Смена времен года в Нью-Йорке — неумолимое опадание листвы, постепенное сокращение светового дня, синие ночи — ассоциируется только с одним: со смертью. Было время, когда у меня была дочь. Это время прошло. Но на смену ему пока не пришло другое, когда бы я не слышала, как она подпевает кассетному магнитофону.
Ее окатила столь сильная апатия, что девушка уже перестала сопротивляться и биться в лапах чудовища, надеясь выскользнуть из захвата и прямиком упасть в морской Бермудский треугольник, опоясывающий ее страну со всех берегов.
Я отхлебнул чая, и этот звук словно проник в каждый уголок того безмолвия.
Они нуждаются в книгах, чае, уютном местечке и какой-нибудь сладости. Рецепт счастья готов.
Целоваться, конечно, приятно, но, пожалуй, вокруг этого слишком много шуму...
Символика и секретные слова — это то, что делает любое тайное дело вдвойне притягательным.
— Второй день, и уже опаздываем, — мурлыкнул он мне в лифте. Я прикрыла глаза и не стала вдаваться в подробности, а просто съязвила:
— Не могла решить, с утра кофе пить или чью-нибудь кровь…
Кто из людей презирает людей, должен презирать и самого себя, потому презирать людей вправе только животное.
Минаев был человеком вредным, занудным и до жути любил чеснок. То есть иметь с ним дело было непросто по разным причинам.
– Но есть же истории про Золушку. Говорят, эта сказка имеет разные трактовки. Для детей – благородную – и для взрослых – где эта девушка являлась сущей ведьмой. Она была готова на любые хитрости и беспардонности ради своей цели. К примеру, быть незванной гостьей.
– Вы намекаете на меня? – спросила мисс Ганс.
– Я в Глаше разочаровался. – Что, как, почему…? – загалдела женская часть семейства Кушенских. – Она совсем не то, чем представлялась. Ела пирожки! Как же горько я ошибся, думая, что она неземное создание, а она… В ней нет ничего особенного, – Костя смахнул слезу и удалился в спальню.
Учитывая, что голоса, в отличие от слуха, были у всех, исполняемые композиции вызывали живейший интерес у соседей, то и дело предпринимавших попытки разогнать бесовский шабаш.
- А ты не сдавайся, поняла? Тогда и образуешь, как надо. Тебе надо, а не кому-то там. Ты баба умная и хваткая, разберёшься, что к чему.
- Что у тебя за дело? - поинтересовался Ник, понимая, что ныне он как герцог несёт ответственность за всех своих многочисленных родственников.
- Да ладно вам лечить, терапевты! Двое на одну! Тоже мне, драконы...
– А почему молчал раньше?
– До этого в комнате не было никого достойного беседы, – с достоинством ответил Жозик. И весомо добавил свой главный аргумент: – Никого с яйцами.
Но ты же девушка, ты должна быть мудрее. А он… Со своей дурью он справится, как только узнает тебя чуточку получше.
Мы слишком разленились за годы спокойной жизни и отвергали все, что нарушало наш покой.
Вот так я обрела великолепную историю о несбывшемся, которую не расскажешь даже попутчикам, только лечащему психиатру.
В стройную цепочку размышлений время от времени врывался генерал.
Грёбаное правовое сообщество несомненно дарит чувство безопасности. Но определенно не саму безопасность.
- Кто назвал подлым удар в спину? Если ты настолько беспечен, что позволил врагу его нанести, то виноват в этом только ты сам.