"Выйдя на лестницу, я увидела чету Норвуд в полном составе: их шебутную тройню, Нари с округлившимся животом и Вирмара. Последний осторожно обнимал кузину за талию, будто оберегая ото всего мира сразу. Глядя на них, я поняла, что по — настоящему счастливыми могут быть только любящие, а влюбленные… Влюбленные только еще постигают эту непростую науку."
Когда тебе только исполнилось восемнадцать и сердце открыто для любви, когда ты вдыхаешь на полную грудь жаркий южный воздух и бежишь навстречу волнам, разве думаешь, что судьба уже уготовила тебе сюрприз?
...проигрывать тоже надо уметь. Поражение – это лишь повод извлечь урок из собственных ошибок.
Мир полон приключений, и они просят, чтобы ты их испытала.
Когда предают чужие - тяжело, но когда близкие – это сбивает с ног. Убивает.
На самом деле у нас нет иного выбора , кроме как принимать то, что посылает нам судьба, даже если речь идёт о болезни, горе или о смерти.
Я лишь сидела, держа его ладонь, и понимая, насколько Араэден прав. Есть те, кто может позволить себе любить без оглядки, а есть те, на ком ответственность за многих, и у нас нет права на ошибку и чувства, потому что за наши чувства и ошибки кровью платят другие.
Моя любимая выглядит совсем девочкой, встав поутру с постели. Никогда не скажешь, что это мать двух совсем больших ребят. И пахнет от нее так чудесно, похоже на свежее сено – самый ласковый и уютный запах на свете.
– Когда я брал помощницу, то надеялся на то, что моя жизнь станет как-то проще.
– Я еще не начала работать! – возмутилась я.
– Работать-то не начала, зато уже начала усложнять.
- Дай мне свой нож.
Его брови поползли вверх.
- Что?
- Просто дай его мне, - я подошла ближе, чувствуя раздражение.
- Нет. Анна, я не знаю, что ты пытаешься сделать, но это смешно…
Мои движения были быстрыми, когда я подошла к нему вплотную, используя весь свой вес и силу, чтобы подцепить его ногу и толкнуть в плечо. Он приземлился на спину, удивленно выдохнув, и я склонилась над ним.
- Дай мне свой нож, - повторила я.
- Твою… - Блейк, издал длинный свист. стоя у перил и наблюдая за нами.
Кайден все еще лежал там с загадочным взглядом и сказал:
- Господи, это было горячо.
Я протянула руку. В этот раз он выудил нож из-за пояса и вложил ониксовую рукоять мне в ладонь. Сидя на корточках, я моментально заметила деревянную статую птицы, взгроможденную наверху платформы в двадцати шагах, и выпустила холодный металл из своих пальцев. Нож вращался в воздухе, звуча, как быстрое хлопанье крыльев, и клацнул, когда застрял в птичьей голове.
- Чувак! - закричал Блейк.
Знаешь, люди, которые любят тебя, не станут причинять боль, – говорит он, не сводя с меня глаз. – Любовь не подразумевает желания убить.
– Здравствуй, Олежка. Скажи, что ты позвонил просто так.
– Таня, я редактор. Я не умею звонить просто так.
– Я знаю, – мрачно ответила Татьяна. – Итак?
– Итак. В Россию вернулся внезапно образовавшийся наследник рода Вяземских. Господин весьма интересный, и я хочу интервью.
– Олежка, в твоем голосе я чую подвох…
Послышалось шуршание, покашливание, и Татьяна добавила с угрозой:
– Олег? В чем подвох?
– Ну, понимаешь… Пока никому не удалось это самое интервью у него взять.
– А кто эти «все»?
– «Эсквайр», например…
– Олег? И ты хочешь, чтобы я за это взялась? С «Эсквайром» он разговаривать отказался, а твоему «Вестнику Урюпинска» интервью даст!
Софи слушала все это и последующий длинный разговор, не воспринимая слов; ей было интересно наблюдать за бабушкой, она просто не могла оторвать от нее глаз, ведь с ней происходила такая важная вещь: бабушка собиралась умереть.
Если Бог сотворил Адама сначала, а Еву потом, то это свидетельствует вовсе не о том, что мужчины главнее, а о том, что женщины совершенней. Мужчина - пробный образец человека, эскиз, в то время как женщина - окончательно утвержденный вариант, исправленный и дополненный.
Власть ведь ценна не сама по себе. Это - инструмент.
На палубу клипера выбрался заспанный котище и, облизав себе хвост, долго взирал на Кронштадт — тот ли это город, где он бывал счастлив? Наверное, что то очень родное и приятное опахнуло кота от помоек матросских казарм, а может, и вспомнились былые победы над кронштадтскими кошками! Не в силах более сносить монашеской романтики моря, он единым махом вспрыгнул на бушприт, издав в сторону города трагический вопль любовного призыва. Послушав, нет ли отклика, кот возобновил арию на усиленных тонах.
Оля никогда еще так остро не осознавала, насколько относительны и условны законы. Нельзя грабить, убивать и насиловать, потому что общество так договорилось много лет назад. Но если исчезнет сдерживающая сила, сколько продержится мораль? Хотелось верить, что долго, но Дима был прав. Мораль слишком легко перенастраивается, переставь ярлычки на добре и зле местами – и все, сгодится.
У женщин две проблемы – выпрямить кудрявые волосы и завить бараном прямые.
приживал при приживале - отличная композиция. Можно сказать, паразит на паразите.
Счастливая возможность удивляться по пустякам так переполняет жизнь, что можно позволить себе не желать ничего иного.
Есть раны, которые никогда не затягиваются до конца. Они проникают под кожу, постепенно становясь частью нас самих. Убери их – и мы тоже развеемся по ветру, обернёмся безликими серыми тенями, обречённо озирающимися, затерявшись в чужом мире. Есть раны, которые нельзя исцелить. Но боль можно приглушить так, что она почти не будет ощущаться. Так, чтобы позволить человеку жить вполне хорошо. Если повезёт, то счастливо…
Подумай обо мне, и я буду с тобой, потому что мы с тобой любили друг друга только одно мгновение, но навеки.
«Английские аристократы редко дают на чай, видимо полагая, что обслуживать их – уже само по себе награда.»
Трудно жить в мире со своей душой, когда вокруг эта кричащая путаница. Но, несмотря на поголовное притворство, тяжелую работу и разбитые мечты, это все еще прекрасный мир. Будьте осторожны. Старайтесь быть счастливыми.
Джонни Депп
Я опустила голову. Кого я больше не хотела видеть на этом свете? Мать, сестру, начальника… Их так много, что я не всех помнила в лицо или по имени. Мне вдруг стало понятно, что я никого не люблю. Впрочем, и меня никто не любит. Я плыву по ночному морю огромного города в одиночку. В воображении мелькнула картина: сестра Чжана, которую того и гляди поглотит темная вода, тянет, тянет руку, надеясь на чудо… Но я не она и не нуждаюсь ни в чьей помощи. Буду барахтаться в ледяном людском океане, пока не онемеют руки и ноги, пока вода не разорвет легкие, пока волны не унесут меня. Что может быть приятнее? Я потянулась всласть.