Патрик обладал всеми качествами хорошей жены и, к счастью, был лишен двух худших: он не был женщиной и не плодоносил. (В наше время протестов и стремления к так называемой эмансипации я спрашиваю себя, до конца ли понимают женщины, как глубоко, всем своим нутром, до слез ненавидят их мужчины.)
— Да, Илья, колись, что у нас делала эта милашка? Надеюсь, ты не клялся ей в вечной любви? — С высоты своего многолетнего супружеского опыта рационально посоветовал: — Помни: никогда нельзя признаваться женщине в любви на первом свидании! Только на втором!
История постоянно становится жертвой сторонников её пересмотра.
Любовь - временное помешательство, она извергается, как вулкан, а потом стихает. И когда она утихнет, приходится принимать решение. Нужно решить, сплелись ли ваши корни настолько, что и представить невозможно, чтобы вы когда-нибудь разлучились. Потому что это - любовь. Не затаенное дыхание, не возбуждение, не обещания вечной страсти, не поминутное желание спариваться. Это не значит лежать ночью без сна, представляя, что он целует каждую складочку твоего тела. Очень просто "быть влюбленным", это каждый дурак может. Подлинная любовь - то, что остается, когда перегорит влюбленность, это - и искусство, и счастливый случай.
Портрет начинает хоть что-то значить только после смерти модели. Для того он, собственно, и предназначен.
Что такое темные леди? Это микс красоты, грации, силы и страсти! Это источник наслаждения, припасть к которому мечтает каждый темный. Это собрание всех дуростей, но за них можно и умереть. Это огонь, который жжет, и больно, а все равно нравится. Это яд… травишься, травишься, но никак сдохнуть не получается. Это переносчики жуткой болезни — обзывается «жизнь». Это мудрость… которую демоны никогда не постигнут.
Одиночество - как слепота: живёшь, а радости не видишь.
Время не покажет. Время никогда ничего не показывает.
– Нет, ваше благородие. Ради этого упыря я пальцем не шевельну. Пусть того ищет, кого сам обманул, – ответил Мишка, припомнив хохму из своего прошлого, – главное, в процессе расследования не выйти на самих себя
Свободно владеть чем-то означает иметь возможность уйти в любую минуту. То, чем ты овладел, останется где-то позади и будет ждать.
Более того, в глазах некоторых из них мелькала откровенная жалость, многие следователи угощали сироту конфетами и бутербродами.
" На Земле идеи служили значками дружбы или вражды. Их содержание никакого значения не имело. Друзья соглашались с друзьями, чтобы выразить этим дружеские чувства. Враги возражали врагам, чтобы выразить враждебные чувства."
Дон Корлеоне давно понял, что общество часто наносит обиды, которые надо уметь стерпеть, потому что в этом мире беднейший из беднейших способен однажды открыть глаза и отомстить сильнейшему из сильнейших.
Кто кого сможет, тот того и гложет.
Упаси меня бог спорить с вольным торговцем о его правах!
Вы не знаете, что такое настоящая любовь, если полагаете, что её предмет можно выбрать по своему вкусу. Человек просто любит — и все. Это — стихия. Неодолимое влечение.
Когда не на кого опереться, привыкаешь прочно стоять на ногах.
...у некоторых гордость видна сразу, как накожная болезнь, чувствительная к малейшему прикосновению, а его гордость была спрятана глубоко внутри и сведена до минимума.
Вы слышали, наверное, про агрессивные имперские метастазы, излучаемые русской классикой. Логос в штатском, так сказать.
Авторы большинства прочитанных мною книг начинают тянуть резину, когда повествование доходит до кульминации. Они начинают ставить многоточие, рассуждать о звездах, сияющих на небосклоне и обрушивающихся в бездонную пучину. И вы не можете определить, кого трахает герой-свою возлюбленную или фонарный столб.
Любовь подобна войне. Ее так же легко начать, ее так же трудно закончить, и ее невозможно забыть.
Попробуй пожги только, дурья башка, Мои гениальные строчки.
Но если бы вы только могли себе представить, как бесценны, как важны для каждого человека повседневные мелочи, незначительные на первый взгляд, но такие привычные вещи, которыми дано обладать даже последнему нищему: носовой платок, старое письмо, фотография кого-то из близких. Эти вещи неотделимы от нас, точно наша собственная плоть, и мы не задумываемся над тем, что значит их лишиться, — ведь в обычной жизни они легко могут быть заменены другими вещами, которые, как и прежние, хранят и будят наши воспоминания.
Какое счастье жить вот так, не считая часов, не ища забвения в сне, не боясь никуда опоздать, а спокойно ждать восхода солнца, наслаждаться мыслью, что впереди еще бесконечно много времени, что можно ни о чем не тревожиться. Из всех прелестей мира самыми желанными для Джованни (несбыточная мечта!) были сказочный дворец у моря, музыка, праздность, ожидание рассвета. Пусть это глупо, но именно таким рисовался ему утраченный душевный покой, обретавший в этих образах наиболее яркое выражение. Дело в том, что с некоторых пор какая-то непонятная тревога стала постоянной его спутницей: ему казалось, он чего-то не успеет сделать или произойдет нечто важное, а он не будет к этому готов.
Красота может оказаться бременем тяжелее уродства. Мало кто способен это понять.