Люди жаждут бессмертия; но они часто упускают из виду тот факт, что память о действительно добрых людях живёт вечно.
За десять лет до того Гомолицкий написал Михаилу Рекало: «Я умел только работать. И жизнь прошла рядом».
Если бы большинство людей на Земле соразмеряло свои дела и занятия с интересами человечества, нам нечего было бы опасаться за это открытие. Но этого нет. И поэтому, окажись сейчас в опасной близости от него хоть один влиятельный и расторопный подлец — наше открытие обернется страшилищем.
Если не знаешь, что будет дальше, хорошенько присмотрись к тому, что уже было.
Если просто сесть на берег реки и подождать, рано или поздно мимо проплывет труп твоего врага.
Китайская пословица
Пошли домой, сэр Макс. Будем жрать, грустить и думать.
Когда в Америке случается что-то важное, кому-то обязательно хочется покрыть все сусальным золотом и украсить ленточками. Чтобы можно было забыть.
Это важно - знать такое, знать свои корни. Знать, где начался как человек. А нет - вся жизнь кажется ненастоящей. Как будто пропустил начало истории и теперь на середине пытаешься разобраться.
- Такое ощущение, что Лиард и лопата сегодня были впервые представлены друг другу...
Пока живешь, надеешься. И хочешь кушать.
Занятно сказать, но те, кто легко могут рассудить, что некто заслуживает смерти, всегда смущённо замолчат, если спросить их, заслуживает ли этот кто-то, даже самое плохое существо на свете, счастья. Наверное, это от того, что даже на словах лучше лишить жизни, чем лишить надежды.
Хочешь — пробуй. И пытайся. Кто тебе запретит, кроме тебя самой?
Только будучи наивным, можно оставаться оптимистом.
Люди - это специфический класс мелких бесов, питающихся чужой болью.
Всё проходит - это самая верная истина на свете.
«Ледяной ясень», – определила Тиэль, принюхавшись к слабому, но до сих пор, даже спустя десятки, если не сотни лет превращения дерева в доски, тонкому аромату, витавшему в воздухе. Материал считался дорогим и шел большей частью на мебель для аристократии. Тот, кто сделал из него пол в сокровищнице, явно хотел шикануть или, такую возможность эльфийка не исключала, поместил в хорошо охраняемое место своеобразную заначку. Ледяной ясень не рассыхался и в труху со временем не рассыпался. Может, предок думал: решат потомки через век-другой отгрохать из этих досок себе кровать, стол или шикарный шкаф – и пожалуйста!
...если давать себе слабину по пустякам, потом гораздо сложнее ответственно подходить к серьезному делу.
В Чикаго такая превосходная архитектура, что чувствуется необходимость что-нибудь сносить время от времени и воздвигать кошмарные здания, чтобы народ мог оценить прелесть старины.
Наркотики производят на вас такое действие — вы продолжаете бежать, однако по пути начинаете забывать, почему убегаете.
У обоих полов - одинаковые проблемы с доверительными, по-настоящему близкими отношениями.
Если я что-то и знаю о детях помимо того, как они делаются, так это то, что их нужно периодически кормить.
Важно не то, верим ли мы в Бога. Бог не мелочен. Важно, чтобы мы понимали, что жизнь сложна и богата. Надо ценить ее, а ещё пытаться сделать мир лучше. Тот, кто найдёт баланс между тем и другим, приблизится к Богу.
На позеленевшей физиономии господина начальника стражи отнюдь не читалось желания заниматься какими бы то ни было делами. Джанхашару явно хотелось забиться под стол и не вылезать оттуда до конца дней своих.
Яблоко — символ мира потребления. Откусил разок, захочется второй... Больше, больше, больше! Именно мир потребления разделил нашу жизнь на добро и зло: много — хорошо, мало — плохо. Люди спутали рай и супермаркет. Многополярный божественный мир сменился на двухполярный мир потребления. Дети Божьи превратились в Божьих рабов. А когда поняли, что произошла ошибка, было поздно. И что они сделали? Всё свалили на Бога! Мол, это Он нас из рая выгнал.
Все дети приятны. Чувства к ним имеют чисто биологическую природу. Когда берёшь на руки ребёнка, то испытываешь ощущение, которое нельзя определить словами. Почему-то до сих пор не придуманы слова..