Все книги
Я был бойцом Ордена Ликторов.
Защищал мир от демонов и закрывал магические аномалии. Уничтожал Одаренных, которые на свою беду рискнули связаться с хитрыми и безжалостными потусторонними тварями.
Магия забросила меня на сто лет вперед. Я попал в мир, где люди и демоны сотрудничают друг с другом. Ордена Ликторов больше нет, и мой контракт окончен.
Что я теперь буду делать?
Отдыхать и наслаждаться жизнью!
Никита Романов — наглый, эгоистичный и самовлюблённый мальчишка, считающий, что окружающие пыль под его ногами. Не задумываясь о последствиях, он с лёгкостью играет чувствами людей. Я всей душой ненавижу его! И, кажется, люблю… Люба Рябинина — душная деревенщина, здоровому образу жизни предпочитающая шоколадные пончики. Меня воротило только от одного её пухлого вида. Если бы не пари с Давидом, я бы никогда даже близко к ней не подошёл. Так я думал раньше… А сейчас, кажется, жить без Любаши не...
— Что это? Смотрю невидящим взглядом на небрежно раскинутые бумаги. — Документы на лечения твоего отца от израильской клиники. Внутри все сжимается. Он пожирает взглядом. Колючие изумруды царапают шею, раздирают горло. — Но у нас нет таких денег. Как? Издевательски смеется. Вытрясает всю стойкость. — Конечно, нет, — грубые пальцы по-хозяйски сжимают мой подбородок. — Я оплатил лечение. Считай это договором купли-продажи. В ушах нарастает гул. — Чего? — Кого, — усмехается, отчего в...
Я влюбилась в него еще в восемнадцать, а он предложил стать друзьями. После одной ночи я оборвала все связи. Теперь у меня есть моя Мия. А он вернулся. Зачем?
Пытаясь обеспечить себе развитие и спокойно жить в новом мире, ты оказываешься втянут в войну банд и интриги высшей аристократии. Вторая жизнь становится все опаснее, но у тебя крепкие руки, холодная голова, опыт иного мира. И магия.
Твой путь к вершине начался.
В барабанщики обычно выбирают мальчиков. Но Варя Лугина запротестовала. Она кричала, что это зажим. И добилась своего - ее избрали в барабанщики. Она ходила впереди отряда, закинув белокурую голову, гордая, самостоятельная девочка в коротком платьице. Из-под платьица ее выглядывали загорелые, коричневые коленки в синих ссадинах и царапинах. Она ни в чем не уступала ребятам. Зимой она каталась на коньках, командовала постройкой крепостей из снега. А летом плавала, лазала по крышам и даже...
У подъезда гудел автомобиль. Шофер, должно быть, нервничал. Волков торопливо одевался. Он проспал сегодня. Открыв форточку, он сказал: "Я сейчас, Иван Прокофьевич". И, выйдя в переднюю, стал надевать шляпу, пальто, калоши. Новые калоши надевались очень туго. Волков с трудом вбил ногу в первую и услышал звонок. У дверей стоял почтальон. - Вам телеграмма. Волков вскрыл ее, прочел и, так и не надев вторую калошу, вернулся в кабинет. Нинка думала, что папа не слышит автомобильных гудков,...
В тот вечер я запил. Когда твои друзья-капитаны в проливе Лонга выделывают смертельные кульбиты, а ты валяешься на диване и любуешься на букет нарциссов, то… После первого поллитра в башке возникают такие замыслы! Такие мелькают детали, слова, мысли, дерзкие поступки!… А не позвонить ли секретарю парткома Балтийского морского пароходства Скопинцеву? Брякну и скажу: Дурак ты набитый! В море мне надо, в море! Оно меня весь век спасает, а ты что? Звони в обком! Что, в штаны наложил? Он спросит: Кто...
Принимаясь за путевое сочинение, необходимо заранее поднакопить запас смелости, который позволит соединять вещи несовместимые. Например, воспоминания о первой любви и заметками о поведении акулы, когда последней вспарывают на палубе брюхо. Мужество такого рода выработать в себе не так просто, как кажется на первый взгляд.
Есть люди, которым не везет с рождения во всем и до самой смерти. Идет такой человек поздней ночью пешком через весь город, потому что на одну секундочку опоздал к последнему автобусу. Именно на одну секундочку. А опоздал, потому что забыл в гостях спички и было вернулся за ними, но посовестился опять тревожить, а тем временем автобус… Денег на такси у таких людей никогда не бывает, но ленивые наши, высокомерные ночные таксисты обязательно сами притормаживают возле безденежного неудачника и...
Предполагалось, что назову повесть «Сегодняшние заботы». Дело в том, что за двадцать лет до описываемого здесь арктического рейса мне пришлось первый раз капитаном пройти по той же дороге. А за двадцать лет до опубликования этой рукописи я написал свою первую повесть на арктическом дневниковом материале, назвав ее «Завтрашние заботы», потому что был молод и все еще казалось «в завтра», в будущем. Название нынешней должно было перекликаться с названием первой, но отражать день сегодняшний и меня...
Не бывает глупой смерти, но смерть от грабителя в темном переулке все-таки не слишком героическая. Только я не мечтала ни о героической смерти, ни о глупой - смерть вообще была где-то далеко, на другом полюсе жизни.А оказалось, что она всегда рядом. А с ней - Мор, глад и война. Не метафизически, а вполне себе реально: теперь мне десять лет, вокруг незнакомый мир, в котором бушует Мор. У меня есть один таинственный помощник и один долг. И о смерти я все еще не мечтаю.
Малфой забыл, как дышать. Замер перед ней и боялся только, что она услышит, как отдается в нем бешеный стук пульса, жадно разгоняющий кровь. Ладонь слегка дрогнула от ее таких непривычных и холодных пальцев. Грейнджер перехватила его покрепче, словно решила, что он хотел отдернуть руку. Не подозревая, насколько сильно он жаждал ее прикосновения, как утопающий в водяном пузыре — воздуха.
На одном благотворительном вечере в Министерстве магии Драко Малфой появляется под руку с Пэнси Паркинсон. Из всех возможных людей именно с Паркинсон! Это событие вызывает в Гермионе чувство, которое она ещё никогда и ни к кому не испытывала...
Смуглые руки тасуют карты, таинственно шелестя темными кусочками чужих судеб. Руки морщинистые, с потрескавшейся кожей, обкусанными грязными ногтями — но иногда в них мелькает алый отблеск лириума, зеленоватый блик Тени или золотой свет духа. Лицо гадалки в тени, и остается только предполагать, кто для тебя разложит карты сегодня? На стол ложится цветная мозаика судьбы, и открываются только Старшие арканы. Или Аркан Старшего?
Начинать жизнь заново непросто. Но может всё же стоит попробовать? Счастье может придти незаметно и с самой неожиданной стороны
Частный детектив Мирослава Волгина давно поняла, что на Руси никому жить не хорошо, а новое дело лишь еще больше убедило ее в этом. Преуспевающая процентщица Лидия Ревакова была убита, как старуха в романе Достоевского. Полиция, недолго думая, арестовала Виталия Кукушкина, который жил с жертвой и стал наследником ее имущества. Мать задержанного, уверенная, что сын невиновен, попросила Волгину найти истинного убийцу, и Мирослава вместе со своим верным помощником Морисом начала расследование…
Встретив на улице Семёна, главного героя, вы бы никогда не обратили на него внимания – действительно, подобных людей в каждом городе тысячи и даже сотни тысяч. Но однажды с ним приключается совершенно необычное происшествие: он засыпает зимой в автобусе, а просыпается… посреди жаркого лета. Перед ним – пионерлагерь «Совёнок», а позади – прошлая жизнь.
Начало XVII века. Войско Лжедмитрия I вторгается в Россию, переживающую к этому времени глубокий кризис, вызванный опричниной, Ливонской войной, голодом и эпидемиями. Начинается так называемое Смутное время, продлившееся без малого два десятилетия. В этот тяжелый для России период, самая незавидная участь была у холопов, которые из-за происходящих событий находились практически в абсолютном подчинении у хозяев без какой-либо надежды на освобождение. Молодой холоп Михайла Чевкин, мечтает...
Историческая проза, Исторические приключения, Литература ХX века (эпоха Социальных революций), Советская проза
Во второй части книги Холоп-ополченец вас ждет встреча с уже полюбившимися по первой книге героями Михайлой и Степкой, а также рассказ о великом подвиге российского народа, освободившего Москву от польских интервентов. После неудачи первого народного ополчения, возглавляемого князем Дмитрием Трубецким, боярином Прокопием Ляпуновым и казачьим атаманом Иваном Заруцким на борьбу против ненавистных захватчиков поднялись новые силы – их возглавили нижегородский земский староста Кузьма Минин и князь...