– Я думаю, любовь – это принятие. Я поясню: смотри, люди очень любят судить, осуждать, порицать или поднимать свою самооценку, унижая других за их слабости. Поэтому, я думаю, если другой человек принимает твои недостатки, погрешности, ошибки, промахи и ты готов сделать то же самое для него, наступает взаимное чувство. В нем есть нотки доброты, благодарности, вдохновения и свободы. Честно говоря, мне кажется, что это большая редкость. Ведь люди лицемерны, они хотят, чтобы их принимали такими, какие они есть, а сами сидят со списком требований по отношению к партнеру или же думают о своей выгоде и интересах.
Интернет не рекомендует возвращаться туда, откуда бежишь. Но у Интернета нет детей.
Ведь как только мы открываем свои сердца навстречу любви, мы показываем вселенной простейший способ разбить их на кусочки.
"— Человек — существо социальное. Мы живем рядом друг с другом, общаемся, взаимодействуем. И это вроде бы нормально, так и должно быть. Но иногда
в этом социуме мы превращаемся в стадо. Почему мы теряем собственное лицо? Почему позволяем кому-то управлять нашим поведением? Мы говорим, что
боремся за собственные идеи. Но разве таким образом мы должны отстаивать то, во что верим? И на самом ли деле наши убеждения истинны? Может, кто-то
слишком часто нашептывал нам на ухо о том, что это действительно так? Может и не наша это вера на самом деле?"
"Tra morti viventi e vivi morenti, siamo tutti uguali". Что означает: разница между ожившими мертвецами и умирающими живыми невелика.
Кто воздвиг собор святого Петра? Загляните поглубже в сущность дела и вы убедитесь, что это была божественная еврейская книга, -отчасти слово Моисея,изгнанника, который 4 тысячи лет назад вел свои мадианитские орды по пустыням Синая!
Истина в вине, а в браге сермяжная правда жизни.
Даже в моём мире любовь – это химия. Всплеск гормонов, дарующий минутное удовольствие. Убийственный коктейль из эстрогенов и оксида азота. Ловушка природы, у которой одна цель – продолжение жизни.
— Сами видите, мистер Коллинз, — Бог никого не щадит. И нам этого делать не следует.
Мы все посерьезнели, так как женщине синяки наставить можно только в одном случае — в порыве страсти, да и то так, чтобы она не заметила. Все остальное неприемлемо.
Жизнь она такая- даёт прикурить даже тем, кто отродясь не курил.
За такими типами действительно нужен глаз да глаз. А то и глаз, да глаз, да глаз.
То, что ты имеешь сегодня, – результат того, что ты создавал в прошлом, опираясь на свои или навязанные суждения.
Человеку, думающему о самоубийстве, следует твердо усвоить два неизбежных правила смерти:
1) родителю не позволено умирать, пока его дети не достигли 18 лет;
2) детям не позволено умирать, пока живы их родители.
Ковбой обладал тем презрением к жизни, которое было у Винсента Бешеного Пса, и готовностью рисковать своей собственной жизнью в любое время, за любую ставку, в любой схватке на любой улице или в переулке.
Что еще держит всю эту громадину на полконтинента, посуди сам? Ни общего Бога нет, ни веры в будущее, ни общих надежд, ни общего отчаянья — ничего нет, ни одной скрепы! Только власть!
На подоконнике обнаружился чахлый, но еще живой цветок в горшке, повязанном серой от пыли ленточкой. На ленточке надпись вышита: «С любовью от Клары». Судя по тому, что господин про цветок забыл — чувства неведомой Клары остались без взаимности.
То, что в нашем мире действительно прочно, оно и остается прочным, но при этом постоянно меняется, впитывая новую информацию. Если бы жизнь не менялась, она бы и не была жизнью, а была бы просто мертвой фотографией.
— Умерший человек не может быть несчастным, — сказала Дина. — Несчастные — это живые.
А я то думала, что у женщин тараканы в голове. Мужчины их явно выращивают до состояния хомяков.
«Завтра мсье Пикар, сообщив ей, что она уволена, вероятно, отберет у нее и комнату. Господь Бог не оставит ей ничего. Как говорила мама: «оставит лишь глаза, чтобы плакать».»
«Те люди, и не те, — думал Колдырев. — То стоят в храме, все измученные, израненные, но не покоренные. И все мы — будто одно целое. А тут в минуту изменились: готовы смуту устроить… В бою, в храме, каждый из нас — человек. А здесь все превращаются в толпу, в зверей неприрученных. В чем дело-то?»
Ведь жить всегда невозможно. Всегда — это уже вечность. А никто не вечен. Никто и ничто.Время разрушает все. Ничто не вечно.
Куратор мечтает меня от… от… вот не о том он мечтает!
— Раньше мне принцы нравились, а теперь как-то не очень.
— Полностью одобряю твой подход. От принцев всякого можно ждать, — серьезно покивала Дина. — Чудовищно ненадежные люди. Если представится выбор между конем и принцем — бери коня. Конь точно не подведет.