...но если я никому не враг, откуда у меня враги?
– Это все, что ты умеешь делать, не так ли? – спросил Уилл, вытерев себя и застегнув брюк. – Ты можешь только трахать людей или трахать им мозги. Только так ты способен находить с ними связь.
Он швырнул полотенце на пол. Мой друг вел себя спокойнее, но все еще... был не со мной.
– Оглядываясь в прошлое, – с печальной задумчивостью произнес Уилл, – я гадаю, была ли хоть толика искренности во всем, что ты для меня делал?
– Как твое имя, красавица? – Олика, хозяин. Неужто позабыли? – лукаво ответила девушка, поглаживая толстую косу, перекинутую на грудь. Многозначительный такой жест. Намекающий. Но конт сегодня тупил, не понимал он толстых намеков. Что поделать? Головой последние дни часто бился. Поглупел..
Про талант Маша знала: его способностями не заменишь, сколько не старайся. И всё будет хорошо, пока рядом не окажется гений. Принять разницу и не страдать от своего несовершенства удаётся не всем
Полагаю, это Марвел изволил гневаться, что ты ведьма, а он об этом не знал. А еще сердился, что какая-то мелкая шмакодявка, едва окончившая первый курс, смогла найти и перевезти духа. А он – дипломированный маг! – этого не сумел в свое время.
На то человеку и дан язык, чтобы скрывать свои мысли.
Пришлось отвлечься от стрельбы и вставить ему пистон: – Придурок! Чего мне ее суешь?! Поджигай гудрон, или что там у тебя! Лысого будто гестапо забрало – был человек и вдруг пропал. Видимо, голос у Тохи был сейчас таким, что хотелось выполнять его желания как можно оперативнее.
Набалованные дети, которые постоянно требуют внимания к себе, то и дело чего то просят или на что то жалуются, – большая редкость в английских семьях. Ребенок здесь, повторяю, с малолетства сознает, что окружающий его мир – это царство взрослых. Он привык быть предоставлен самому себе и как можно реже напоминать родителям о своем существовании. Пока дети растут дома, их не должно быть слышно. А со школьного возраста их в идеале не должно быть и видно. Это характерная черта английского уклада жизни.
Иногда лучше один раз встретиться и, чтобы не разочаровывать друг друга, навсегда оставить в памяти одну-единственную встречу.
Пожалуйста, выслушайте меня со всем вниманием. Я не посыльный из ювелирного магазина Суграньеса. Я даже не уверен, что такая коммерческая фирма вообще существует. В этом пакете только несколько пустых консервных банок, и нужен он был мне лишь как предлог, чтобы проникнуть в ваш дом. Этот дерзкий поступок я совершил с одной целью: поговорить с вами наедине. Вам нечего опасаться. Я бывший преступник, только вчера вырвавшийся на свободу. Меня ищет полиция, чтобы снова засунуть в психушку, потому что они думают, будто я виновник смерти одного человека или даже двоих — зависит от того, попали ли пули из автомата в садовника. Я замешан также в деле о наркотиках — кокаин, амфетамины и кислота. И моя бедная сестра — она проститутка — сейчас за решеткой по моей вине. Судите сами, какая драма! Повторяю, вам не о чем беспокоиться: я не сумасшедший, как утверждают, и не преступник.
Но кто ещё в наше время способен часами беседовать друг с другом, как мы? Нормальные люди давно разучились общаться без персоников, они просто не сообразят, о чем им друг с другом разговаривать и, живя рядом, погибнут от одиночества!
Через образовавшееся большое отверстие хлынула кровь.
А вместе с ней кое-что еще. «Яйца». Сгусток яиц выплыл из отверстия и, дрожа, заскользил в воздухе. Джек поймал их дренажным катетером и поместил в вакуумный сосуд. На протяжении всей истории человечества самыми опасными врагами людей оставались малые биологические формы. Вирусы, бактерии, паразиты.
Вот еще один родовой порок социализма: самые лучшие эксперты, которые создают планы, могут планировать выпуск только того, что уже существует. Но как планировать производство того, что еще не придумано? Вы запланировали завалить страну граммофонами, а у капиталистов появился патефон. Вы наладили производство радиоламп широчайшего ассортимента, потратили на это огромные средства и труд тысяч специалистов высочайшего класса, построили заводы, а у капиталистов появились транзисторы.
Внедрение всего нового сопровождается риском провала. Капиталист рискует. Он вынужден рисковать, чтобы обогнать конкурентов. Если он проигрывает, то вылетает из игры. А чиновнику Госплана удобнее планировать производство того, что себя уже оправдало. Рисковать ему незачем. Поэтому Советский Союз 70 лет гнался за капиталистами, но догнать их социалистическому государству было в принципе невозможно.
Если жизнь делится на полосы, то я кажется ступила на кристально-белоснежную.
И умрите в один день! Романтично, и наследники на поминках сэкономят.
Вони не безумці. Просто навчені вірити, а не знати. Вірою можна маніпулювати. Небезпечне лише знання.
Человек тем покорнее обаянию любви, чем он чувственнее, лютее, звероподобнее.
Мама у нас служит модератором (глушителем) в слишком бравурных папиных разговорах.
… кто подсказал ей идею столь гениальную? С удовольствием пожала бы этому человеку горло…
Истинная сила дается только тем, кто подвергает себя самым суровым испытаниям.
- Несчастье порождает бессердечие, — покорно сказала Перл, использовав строчку из методички Apricity. — Так же, как бессердечие порождает несчастье.
Для женщины, желающей замуж, даже демон в боевой ипостаси нестрашен
Диалог - единственный способ понять, что на самом деле думает и чувствует другой человек. Без разговора легко ошибиться в намерениях, мотивах и ожиданиях...
Мы с тобой, — заговорила рваными фразами, через вдох, не зная, как по-другому описать то, что рвало изнутри на части. — Два корабля. Из разных гаваней. Ты — гордый крейсер. Идущий через опасные рифы. В свой порт семи морей. А я — рыбацкая лодочка. Удел которой — тихие воды. Никому не известной бухты
Почему я?» — прошептала я после пары минут молчания. — «Потому что так и должно быть. Потому что мне нужна ты. Только с тобой я чувствую в себе хоть что-то хорошее», — подумав, тихо ответил парень, и я ещё сильнее прижалась к нему.