Цитаты

Признаваться в своей слабости тошно.

Не выпускайте чудовищ из шкафа

Карина Дёмина

Остров Дальний - место, где некогда добывали магические кристаллы. Но шахты заброшены, а остров стал прибежищем рыбаков, охотников за удачей и магов. Здесь прячутся от мира те, кто оказался не способен вернуться к мирной жизни. Слепая Провидица раскладывает карты, императорская Ищейка патрулирует побережье, разбираясь в местечковых склоках, а бывший десантник носится с мечтой о богатой вдове. Все меняется, когда на Дальний прибывает новое начальство. Бывший аналитик Бекшеев уверен, что...

Человек ненавидит то, что его сгубило, что ему жизнь поломало. Так уж он устроен. Неразумно, может быть, но такова человеческая природа.

Страна Смерти совсем рядом, но путь в нее неблизкий. Порой туда не добраться за ночь, хотя все время понимаешь, что тебя отделяет от нее всего лишь один шаг.

Дэмономания

Джон Краули

«Когда кончается мир, для каждой живой души он кончается по-своему», — утверждает Краули. Так, для героев «Дэмономании» повседневные заботы волшебным образом трансформируются в нечто запредельное, выявляя силы, светлые и темные, что управляют их жизнью. Историк Пирс Моффет, думая, что пишет книгу о магии прошлого, открывает для себя магию настоящего. Его новая любовь Роз Райдер, живущая словно во сне, оказывается в секте, где ей сулят избавление от терзающих ее демонов. А маги эпохи Возрождения...

Как ни близок ты к другому человеку, внутрь к нему не влезешь, даже если ты у него внутри.

В скорлупе

Иэн Макьюэн

«В скорлупе» — история о предательстве и убийстве, мастерски рассказанная одним из самых известных в мире писателей. Труди предала своего мужа Джона — променяла утонченного интеллектуала-поэта на его приземленного брата Клода. Но супружеская измена — не самый ужасный ее поступок. Вместе с Клодом Труди собирается отравить мужа. Вам это ничего не напоминает? Труди — Гертруда, Клод — Клавдий… Ну конечно, Макьюэн написал роман, в первую очередь вызывающий аллюзии на «Гамлета». Но...

Иметь пять тысяч и остаться с песо.
Лишиться славы и отбросы жрать, -
Хотел бы знать - за коим бесом
Решил я наркоманом стать.Вчера ещё - талант великий,
С которым встрече каждый рад,
Сегодня - беженец безликий,
Он же - Облезлый Галаад.Не заржавел ли меч, о рыцарь?
Беги, пока хватает сил,
От двух держав тебе не скрыться,
Каким бы ловким ты не слыл.

Когда явились ангелы (сборник)

Кен Кизи

Кен Кизи – автор одной из наиболее знаковых книг XX века «Над кукушкиным гнездом» и психоделический гуру. «Когда явились ангелы» – это своего рода дневник путешествия из патриархальной глубинки к манящим огням мегаполиса и обратно, это квинтэссенция размышлений о страхе смерти и хаоса, преследовавшем человечество во все времена и олицетворенном зловещим призраком энтропии, это исповедь человека, прошедшего сквозь психоделический экстаз и наблюдающего разочарование в бунтарских идеалах 60-х. ...

Говорят, лучше горькая правда, чем сладкая ложь? Хотела бы она посмотреть в глаза тому, кто это придумал. Этот человек, наверное, никогда не любил и уж точно никогда не стоял на тонкой черте, разделяющей жизнь на «до правды» и «после»

Разорвать тишину

Ксана Гуржеева

Он всегда в центре внимания. Один пронзительный взгляд… легкая усмешка – и все девушки у его ног. Да вот незадача: нашлась та, что устояла. Зацепила. Одурманила. Влюбила. А потом заставила ненавидеть это чувство. И хочется кричать от отчаяния, да гордость, мать ее... А она привыкла молчать. И ничто не в силах разорвать тишину, которая опутала их невидимыми нитями и не позволяет сказать друг другу самое важное…

Фусако затушила окурок, с такой силой вдавив его в пепельницу, словно желала прожечь дно.

Моряк, которого разлюбило море

Юкио Мисима

Юкио Мисима — анфан-террибль японской литературы, безусловный мировой классик и писатель, в своем творчестве нисходящий в адовы бездны и возносящийся на ангельские высоты. Самый знаменитый и читаемый в мире из японских авторов, прославился он в равной степени как своими произведениями во всех мыслимых жанрах (романы, пьесы, рассказы, эссе — более ста томов), так и экстравагантным стилем жизни и смерти (харакири после неудачной попытки монархического переворота в день публикации своего последнего...

— Такер, ты совсем свихнулся?
— Конечно.
— Конечно? Вот так, да? Конечно что — ты свихнулся, конечно?
— Конечно — как и все прочие. Если ты думаешь, что остальные в здравом уме, ты про них всего-навсего мало знаешь. Вся штука здесь — и в нашем случае это самое главное — найти того, чье безумие совпадает пазами с твоим. Как у нас.

У меня такое ощущение, что общество наше ослепло. Что все заняты только собой. Только это я и вижу вокруг. А люди — те, кто только и способен хоть что-то сделать, разумно изменить жизнь, — пальцем о палец не желают ударить. Ни от чего не желают отказаться. Ничем не хотят поступиться. Это уже где-то вне политики. Какая-то всеобщая слепота. Поэтому и бросаешься к тем, кто хоть как-то хоть что-то видит. К маоистам, к коммунистам, к кому угодно.

Дэниел Мартин

Джон Фаулз

«Дэниел Мартин», Книга, которую сам Фаулз (31.03.1926–05.11.2005) называл «примером непривычной, выходящей за рамки понимания обывателя философии» и одновременно «попыткой постичь, каково это — быть англичанином». Перед вами — британский «сад расходящихся тропок». Фаулз — величайший прозаик нашего времени У него удивительное чувство слова, мастерское владение литературным языком и поразительный дар создавать поистине волшебные строки. «Дэниел Мартин» — настоящий tour de force, взрыв...

– Слушай, учитель тебя тоже так готовил?
Парень странно хмыкнул.
– Нет. В отличие от тебя, мне приходилось до всего доходить самому. Когда я делаю что-то неправильно, мастер Викран один раз предупреждает, а на второй наказывает. Палкой. Или Огнём. Или заламывает руку, если не успеваешь её вовремя отвести. Иногда рапирой «помогает». В общем, как ему вздумается, так и делает. Я по первости столько синяков от него заполучил, что думал – никогда не сойдут. Порой живого места не было – одни кровоподтёки и ссадины. Увидела бы меня матушка, то решила бы, что пытают. А сейчас стало полегче. Хотя, конечно, и это не всегда спасает.

В основе повествования лежит чувство.Если история не затрагивает эмоционально,она не воздействует вообще.Всякое достоверно переданное чувство-будь то любовь,зависть или апатия-оживляет произведение.Но вместе с тем история,если не хочет стереться в памяти,должна будоражить мысль.Разум,укоренившийся в чувстве,и чувство,укреплённое разумом(иными словами,умная мысль,которая бредит),-вот что было моей возвышенной целью.

Роккаматио из Хельсинки

Янн Мартел

«Четыре рассказа этого сборника представляют собой лучшее из моей писательской юности, — пишет об этой книге сам автор. — Они имели успех. Получили всякие премии. Рассказ „Роккаматио“ был инсценирован и экранизирован, „Вариации смерти“ также имеет одну кино- и две театральные версии. Впервые опубликованный в 1993 году в Канаде, сборник был издан в шести зарубежных странах». «Роккаматио из Хельсинки» — блестящий дебют букеровского лауреата Янна Мартела. Книга, поражающая искренностью, накалом...

Дружбу я узнаю по отсутствию разочарований, истинную любовь по невозможности быть обиженным.

Любовь - это всегда не более чем иллюзия

Мы оба знали, что молчания достаточно. Слова могли подождать.

Дар дождя

Тан Тван Энг

Этим романом, который сравнивают с книгами Соммерсета Моэма и Грэма Грина, Тан Тван Энг триумфально вошел в литературу. Главный герой, Филип Хаттон, сын англичанина и китаянки, чувствует себя одиноким – он чужак даже в собственной семье. Знакомство с японцем Эндо-саном переворачивает его жизнь. Эндо-сан становится ему наставником и учителем. Между тем начинается Вторая мировая война. Японцы, захватившие остров, на котором жила семья Филипа, жестоки и безжалостны. Их жертвами становятся в том...

Как могут старые раны затянуться, если они кишат червями? И как может мир держаться вечно, если он построен на кровопролитии и колдовском коварстве?

«...почему жизнь рождается так тяжело, а смерть приходит так легко...»

Прикосновение

Дэниел Киз

Барни и Карен были счастливы, пока не стали жертвами радиоактивного заражения. Одно прикосновение – и смертоносная зараза проникла в их дом и во все остальные дома, куда они заходили. Они стали изгоями в своем городе, в семьях своих близких и соседей. И самое страшное – именно сейчас, когда их жизнь на волоске, Карен после многих неудачных попыток наконец смогла забеременеть. Барни понимает – радиация не оставила им шанса на счастливую жизнь. Но Карен верит, что ее любовь к неродившемуся...

На борту царила творческая атмосфера. Подобная атмосфера обычно возникает, когда в одной комнате собираются ничего не знающие люди, чтобы сложить свое невежество воедино.

В человеческой жизни порой возникают обстоятельства, при которых здравый смысл оказывается бессильным.

Один из плюсов научной работы - возможность путешествовать. Каждый месяц где-нибудь проходит конференция, в которой я могу участвовать, и нередко мне готовы оплатить все расходы.

Мозг и душа: как нервная деятельность формирует наш внутренний мир

Крис Фрит

Знаменитый британский нейрофизиолог Крис Фрит хорошо известен умением говорить просто об очень сложных проблемах психологии – таких как психическая деятельность, социальное поведение, аутизм и шизофрения. Именно в этой сфере, наряду с изучением того, как мы воспринимаем окружающий мир, действуем, делаем выбор, помним и чувствуем, сегодня и происходит научная революция, связанная с внедрением методов нейровизуализации. В книге "Мозг и душа" Крис Фрит рассказывает обо всем этом самым доступным и...

Женщине, сами знаете, легче поцеловаться с чортом, не во гнев будь сказано, нежели назвать кого красавицею.

Он будет ждать меня, как обещал, за поворотом, возле маленького кафе, где такой вкусный горячий шоколад с пряностями по утрам, где веснушчатая касирша смотрит на меня глазами новорожденного сфинкса и отсчитывает мелочь ("Доброе утро, сеньор..."), где столик у окна пошатывается вот уже 25 лет, и его не чинят, чтобы не нарушать нечто хрупкое и преходящее, но возведенное в обычай.

Идеальный роман

Макс Фрай

Широко известный в российском Интернете `Идеальный роман` Макса Фрая впервые публикуется отдельным изданием в значительно расширенной редакции. «Идеальный роман» написан специально для тех азартных читателей, которые не могут удержаться от искушения раньше времени открыть книгу на последней странице, чтобы поскорей узнать, чем все закончилось. «Идеальный роман» – отличная возможность узнать, чем закончилось великое множество интересных историй, которые, сказать по правде, и не начинались-то...

Синий был сомнение и ненадежность, белый - радость, красный - печаль, поэтому российский флаг выходил странным: тут тебе и печаль, и радость, причем обе какие-то сомнительные.

Статский советник

Борис Акунин

«Статский советник» (политический детектив) — седьмая книга Бориса Акунина из серии «Приключения Эраста Фандорина». 1891 год. Брожение в умах, революционные идеи популярны среди молодёжи, повсюду возникают революционные кружки. Но не для всех это только мода. Группа, называющая себя «Б. Г.», работает точно и дерзко. Убит сибирский генерал-губернатор, убийца — человек, предъявивший документы Эраста Фандорина. Эраст Петрович принимает вызов, и берется за расследование. Кто стоит за буквами «Б....

сумбурный и трагичный конфликт, тянувшийся тридцать лет, дает нам поучительный пример того, как опасны и губительны для народов тщеславные и безмозглые правители.

Любить нужно с большим разбором, а ненавидеть-тем более

Любовник смерти

Борис Акунин

1900 год. Москва. Житель Хитровки Сенька Скорик  пытается добиться благосклонности очаровательной девушки со странным прозвищем Смерть. Она считается красивейшей женщиной города, но вот беда, все ее воздыхатели, умирали вскоре после того, как начинали  ухаживать за ней. Но Сеньку ничего не может остановить, он решается на самые безумные поступки, только чтобы завладеть ее вниманием. Да что там говорить, если даже сам Эраст Фандорин оказывается неравнодушен к чарам таинственной красавицы. А это...

Прибытие сильнейших — доктрина Святого Дарвина.

Тигр! Тигр!

Альфред Бестер

В открытом космосе терпит аварию обычный земной корабль «Номад». Единственный выживший, помощник механика Гулливер Фойл, почти полгода не предпринимал ничего, чтоб восстановить работоспособность корабля, пока дрейфующий «Номад» не повстречался с другим земным кораблём — «Воргой-Т». Но «Ворга» прошла мимо, даже не попытавшись помочь, и у Фойла появилась цель в жизни — найти того, кто бросил его на погибель в открытом космосе, и отомстить. Ухитрившись более-менее восстановить работоспособность...