Все книги
Жизнь в королевстве шла своим чередом, пока король не отправился в иной мир, оставив после себя одиннадцатилетнего сына. Копившиеся обиды лордов более не сдерживались страхом; последствия их заговоров стали непредсказуемы. Законы, призванные улучшить положение дел, забыли и исказили. Все, кто был против просвещения и трат казны на него, начали проявлять себя. А вспыхнувшие бунты лишь прикрыли другую беду — возродившийся культ начал проводить кровавые ритуалы, чтобы вернуть в мир то, что не...
Бывают предложения, от которых невозможно отказаться. Даже если ты король. Потому что члены государственного совета, настоятельно требующие, чтобы ты женился, умеют создать условия, когда от требования уклониться не получится. Бывают просьбы, от исполнения которых не отопрешься. Даже если ты архимаг, коммандер Службы магической безопасности и профессор. Потому что просьба короля равносильна приказу. Бывают ситуации, когда верить своим глазам не хочется: странные совпадения;...
Если представить, что философский камень — не выдумки, а реальность, то всё многообразие артефактов сказочных историй вытекает из свойств этого камня.
Но если «сапоги-скороходы» и «живая вода» — всего лишь побочные эффекты использования камня, то в чём его главная функция?
Герой книги ищет ответ на этот вопрос. Но сначала ему нужно спасти свой мир.
Все совпадения с нашим миром — случайны. Эта история не о политике.
С Первым апреля! С весной, замечательные мои! Не забудьте влюбиться, в первую очередь в себя, потому что себя любить нужно, тогда и на других сил хватит. Постарайтесь больше улыбаться родным и любимым, им очень нужна ваша улыбка. И не грустите, в апреле вообще грустить нельзя!
Окончив столичный университет, я с надеждой смотрела в будущее. Меня ждали интересная работа, свадьба с любимым, вот только один подслушанный разговор ставит перед непростым выбором, переворачивающим все с ног на голову. Но чем бы мне ни пришлось пожертвовать ради тех, кто мне дорог, я буду верить своему сердцу. Буду идти вперед и бороться, за семью, за любовь и за собственную жизнь.
1777 год. Олбани, Нью-Йорк. Пока вокруг все еще слышны отголоски Американской революции, слуги готовятся к одному из самых грандиозных событий в Нью-Йорке: балу семьи Скайлер. Они потомки древнейшего рода и основателей штата. Вторая их гордость – три дочери: остроумная Анжелика, нежная Пегги и Элиза, которая превзошла сестер по обаянию, но скорее будет помогать колонистам, чем наряжаться на какой-то глупый бал, чтобы найти жениха. И все же она едва сдерживает волнение, когда слышит о визите...
Освободив пленных и сформировав из них боевой отряд в тылу противника, бывший командир батальона мотострелковых войск, а теперь командир отдельного мобильного отряда особого назначения Белостокского оборонительного укрепрайона лейтенант Красной армии Сергей Иванов обучает своих бойцов новым боевым приемам и методам ведения войны, сражается с превосходящими силами противника, попутно захватывая и используя оставленные нашей армией ресурсы и трофеи противника. Расширяя территорию, подконтрольную...
Межпланетная экспедиция за новыми животными для московского космического зоопарка, в которой участвует профессор Селезнев и его дочь Алиса, напала на след пропавших героев — трех капитанов. Друзьям удается разгадать тайну их исчезновения, но для этого пришлось выдержать жестокую схватку с настоящими космическими пиратами.
Прошло сто лет и люди получили дар свыше — две полярные магии. Нет больше разделения на расы, но мир разделился на темных, светлых и на обычных людей без дара. Технологии магов теперь позволяют посещать прошлое, лечить и воскрешать, предотвращать катастрофы, но не все так хорошо и солнечно там, в будущем. Всегда найдутся те, кто ценой чужих жизней будет добиваться своей цели. Только умным и смелым по силам остановить преступников и спасти мир. Главные герои этой книги уже готовы к своей трудной...
В первых числах сентября Илья Антонович был вынужден встретиться с сестрой своей покойной жены. Бывшей первой жены…
Он родился ещё в советские, скудные времена — когда все были равны и жизнь каждого человека подчинялась определённому порядку, нарушить который могло лишь чудо.
Его мать, Галина — не первой молодости женщина — работала кассиром в гастрономе, отец там же — мясником. В общем, жили чуть-чуть лучше, чем прочие граждане, измученные дефицитом…
Её звали Лидией.
Лида. Ли-доч-ка… Если воспользоваться сравнениями классика, это «Ли-доч-ка» — тоже напоминало конфетку-карамельку, которая сначала тесно прилипает к нёбу, а затем мягко, с едва слышным чмоканьем отваливается сама, падает на язык и растекается тёплым сиропом по вкусовым сосочкам.
Слишком сладко, непереносимо сладко…
Ира росла в очень хорошей, интеллигентной семье. Папа был врач, мама — учительница в школе. Жили бедно (советские ещё, дефицитные времена!), но весело. Летом ходили в походы с палатками, зимой — всей семьёй вставали на лыжи. Сдавали макулатуру, добывали дефицитные книжки — Дрюона, Дюма, Пикуля, Ефремова…
Мне кажется, ничего не бывает просто так, и каждое решение, которое мы принимаем, происходит под влиянием какого-либо события. Именно оно направляет нашу судьбу в определённую сторону… Да, порой в нас (раньше) уже зрели какие-то неопределённые планы, бродили мысли, влекущие куда-то. Но мы ещё сомневались, тянули чего-то. Не понимали, в какую сторону идти. А потом — бац, и вот, случалось оно, нечто эпохальное. Толчок извне, дающий направление! Но не было бы его, и жизнь наша протекала бы иначе…
«На книжных полках и без меня много историй про то, как самые разные дядьки и тетьки маются от любовной лихорадки, — рассказывает Татьяна Тронина, автор более тридцати опубликованных книг. — Зачем мне увеличивать этот и без того гигантский холм с „лав стори“? Поэтому не тщеславие, но честолюбие заставляет меня писать о любви романы, которые, надеюсь, больше, чем просто „житейские истории“. С другой стороны, я сознаю, что слишком уж выпендриваться автору нельзя — читатель сочувствует понятному,...
Лифт был сломан. И толку-то — досадовать теперь? Эмоциями делу не поможешь. Поэтому, подпрыгнув и сместив рюкзак за плечами на нужное место, Катя бодро подхватила лыжи и связку громоздких ботинок (в которых так легко было кататься на горных склонах и которые так неудобно тащить в руках) и методично затопала вверх по лестнице. Забравшись, наконец, на свой этаж, она вся взмокла, но ничуть не устала. Мышцы, натренированные на Домбае, работали без напряжения — ведь их хозяйке было только...
…Дождик не дождик, а так, какая-то нудная морось. Октябрьский вечер дышал знобким холодом. От фонарей по чёрному асфальту расползался медными брызгами свет, но не разгонял тьму, наоборот — он своим призрачным мерцанием приближал тоскливую осеннюю ночь.
Промозглую тишину нарушал только стук каблучков. Последняя прохожая торопилась домой…
Серебряный медальон весь почернел от времени, пузатая серединка сильно обтёрлась — и только по краям овала ещё можно было разглядеть какой-то растительный орнамент. Замочек давным-давно сломался, а верхняя крышка изнутри покрылась ржавыми пятнами, что казалось невероятным, ибо серебро, как известно, не ржавеет. На молочно-белой, истончённой, покрытой коричневой паутинкой эмали — поясной портрет молодого мужчины в мундире офицера наполеоновской армии. Красавец с чёрными волнистыми волосами;...
Как всегда в начале мая в воздухе витал дух любви и беспечности — женская консультация была почти пуста, лишь пара-тройка беременных бесформенными облачками проплыли мимо Лены по коридору. Лена завистливо вздохнула — её терзали проблемы совсем иного рода…
Вера спала, и ей виделся странный сон — будто она фея. Настоящая фея с прозрачными слюдянистыми крылышками… Крылышки видно, если повернуть голову чуть в сторону.
Если опустить голову, то видно ещё розовое платье с кружевными воланами, на ногах — босоножки со шпильками. Всё, и платье, и туфельки — в стразах. И от её, Вериной, кожи тоже исходит прозрачное переливающееся мерцание…
Я в тупике. Я загнана в угол! Если я срочно не приму какое-то решение, то сойду с ума. Хотя, со стороны, у меня вроде бы всё в порядке. Я здорова, не работаю, детей у меня нет пока, мы с мужем живём в собственной квартире. Муж мой, Макаров — святой. Необыкновенный человек. Не пьёт, не курит, от меня до сих пор без ума, на работе его уважают. Платят мужу немного, но нам хватает. Ни долгов, ни кредитов у нас нет. Едим мало, шмотки мне безразличны. Словом, у меня всё есть. Представьте себе, у...
Людочка, вспыльчивая и капризная особа девятнадцати лет, сидела на балконе, любовалась панорамой открывающегося перед ней города с высоты последнего, пятнадцатого этажа. Вдали — другие дома, пониже (район был центральный, старинный) дворы, деревья… Красивые места, ещё не испорченные городскими властями. С балкона видно всё как на ладони, далеко — зелень, зелень, да и вон маковки церквушек романтично возвышаются… Релакс. Страстно светило солнце. Наконец-то настоящее солнце после долгой зимы!...
Конечно, все знают, что не насытится око зрением и не наполнится ухо слушанием, но не особо верят древним мудростям, ибо знают: многие, даже самые прекрасные вещи — очень быстро надоедают. Тогда и глаза сами собой начинают смотреть в сторону, и уши хочется закрыть ладонями.
Нет, хорошего должно быть понемногу. Лучше по чуть-чуть и изредка, а не то захлебнуться можно. Но не все могут следовать этому правилу…
Самый главный праздник (у нас, в России) — это всё-таки Новый год, а не день рождения или прочие юбилеи. Новогоднюю ночь ждут практически все. Ждут чуда. Сказки. Возвращения в детство…