Боже... как же летит время. И мы совсем не умеем его ценить. Когда дети плачут или с ними нет покоя, нам хочется, чтобы они поскорее выросли. А после... после перебираем эти минуты, как самые большие драгоценности. Наши дети уже не принадлежат нам настолько, когда вырастают. Нельзя просто зайти к ним в детскую, крепко обнять, вдохнуть неповторимый аромат, присущий только им. Они всё чаще возвращаются домой за полночь, а после и вовсе заявляют, что будут жить отдельно. И только в их продолжении можно снова почувствовать себя так, будто вернулся назад. Вот только сами они маленькими не станут больше никогда.
— Но это не шляпка, это мужчина!
— Тем лучше. Мужчины не выходят из моды, хвала Всевышнему. А вот шляпку я уже второй сезон не ношу, старомодная.
Никого не бойся, кроме себя; ни от кого не убегай, особенно от себя; не отравляй дни горечью прошлого и иллюзиями будущего. Весь мир – рассветы и закаты, страны и города, океаны и моря, расставания и встречи – в тебе.
– И ди Кассано с ди Элдре не могли быть вместе более двух столетий. И ты – ма́ешься привидением, не имея покоя.
– И вовсе я не ма́юсь, а наслаждаюсь посмертием, – хохотнул Кассель.
Медуза Горгона рядом с ней – так, скромная девочка со змейками.
Эта их забота была как нож в груди. А вытащишь – тут же истечешь кровью и сдохнешь.
Так сладок мед, что, наконец, он горек.
Избыток вкуса убивает вкус…
Эта цитата Шекспира вспыхнула у него в голове при виде королевы
Лучше узнать горькую правду в самом начале пути, когда есть много возможностей сменить поприще, чем убедиться в этом спустя много лет, когда жизнь или значительная ее часть, будет истрачена понапрасну. Это был единственно верный и гуманный подход.
— Кто это? — спросил я.
— Майор хлеб-о-сол, — сказал папа. — Я подобрал его по дороге, когда заезжал к приятелю на хутор.
Когда мы сняли с него фуражку, маску с белой бородой и одеяло, то обнаружилась его настоящая сущность — на самом деле это был мешок, наполненный фантастическими яствами: там были хлеб, масло, сыр, отварной окорок, яблоки, сосиски — сколько душе угодно.
Нездоровая убежденность в собственной правоте - бич столетия.
Мечты играют злые шутки только с теми, у кого их нет.
Я только тащила всех вниз. Привязанные к моему якорю, они падали вместе со мной.
Можно прожить не одну, а несколько жизней счастливее, чем жизнь реальную. Не во сне, не в бреду – можно в мыслях приукрашивать прошлое. Создавать другие версии минувших событий, если правда для нас невыносима. Есть сладкую мякоть, если темную твердую косточку не проглотить.»
Возраст определяется не годами, а числом развеянных иллюзий
— Яннеке, — сказал он. — Ты ведь знаешь, что я считаю тебя своим близким другом?
Я совершенно не ожидала, что его голос прозвучит так ласково, а уголки губ поползут вверх.
— Не думаю, что ты понимаешь значение слова «друг», — сказала я. — Я просто сопровождаю тебя, когда ты приказываешь мне это.
— Большинство людей назвали бы тебя «компаньоном». И если я прав, это почти то же, что и «друг».
— В данном случае «компаньон» скорее более вежливый вариант слова «наложница».
— Обычно, слово «наложница» еще подразумевает секс. — Он наклонился вперед. — Неужели ты будешь отрицать, что после стольких лет нас ничего не связывает?
Иногда глупые вопросы - это самое умное решение!
Ребёнок уже не плакал – он орал. Он видел перед собой большого человека, ну, относительно себя большого и требовал, чтобы его, такого маленького, взяли на руки. На руки страшно. Но неискоренимая бабская жалость все же побеждает иррациональный страх. Касаюсь крепко сжатого кулачка. Он распрямляется так резко, словно крошечные пальчики пытаются за меня ухватиться. Подавляю вздох. Беру ребёнка на руки, потому что единственное, что я сейчас понимаю, так это то, что ребёнка нужно успокоить в любом случае.
– Хватит кричать, – попросила я ребёнка. – Ты что, не видишь, что я тебя боюсь сильнее, чем ты меня?
... именно память делает нас именно теми, кто мы есть. И именно из памяти мы черпаем полезные уроки и напоминания.
Бесстрашие — это похвальба для дураков. Не знают страха только мертвецы — или, может быть, те, кто скоро станут мертвецами. Страх учит тебя быть осторожным, уважать противника и во время ссоры держаться подальше от острых предметов. Все это очень полезно, поверь мне. Страх поможет тебе выйти живым из переделки, а это лучшее, на что можно надеяться в любой драке.
«Почему вы до сих пор не пришли с обыском?» – ехидно поинтересовалась я, думая, что не умеют они работать тут – в расслабленной, цивилизованной Европе.
«Жду ордер», – ответил Лембит.
«Его шлют через Москву?»
«Слово бюрократ — французского происхождения».
Все мы, мужчины и женщины, зачастую любим выдуманный образ, и как только он начинает рушиться, приходит отрезвление и разочарование.
Ты - лук, из которого твои дети, как живые стрелы, посланы вперед.
— Хэх, — крякнул дядя Володя и полез в унитаз, — столько лет работаю сантехником, ни разу еще поварешку из туалета не доставал.
— Переживи как-нибудь молча свою премьеру, — пробухтела Ба.
Старой деве нет нужды беспокоиться о правильности фигуры и цвете лица. А это, как ни крути, огромное преимущество.
...мужчины — те же мальчики, только игрушки у них взрослые.