Уж раз влюбились, Так потрудитесь шевелить мозгами.
- Фалл ундер! - заорал по-голландски капитан-командор, что по-русски в дотошном переводе обозначает: "Берегись предмета, падающего сверху!" - и что с тех пор стало в виде "полундры" обозначать шум и бедлам, недостойные быть на борту корабля.
— Рик, вот зачем ты это рассказал? Поверь, это признание тебе очков не добавило.
— Мне уже давно плевать, добавляет мне это очков или нет. Я хотел лишь сказать, что будь на то моя воля, как бы ты не рвалась, и не кричала о своей свободе, все равно тебя не отпустил, пусть даже и чувствовал себя виноватым, поскольку до конца был готов бороться за того, кто мне дорог.
Конечно, можно было бы просто зайти куда-то и забрать столько, сколько нужно или вообще все, но мне не хотелось так быстро отказываться от привычных норм и правил. Дашь себе поблажку в малом, а потом и заметить не успеешь, как весь мир против тебя. Я не потяну против всего мира. Поступки определяют судьбу, и пока я могу остаться «приличным» человеком, надо им оставаться.
Не надейся на помощь - и не будешь разочарован, когда помощь не придет.
"...Иногда родительская любовь бывает столь велика, что её давление трудно вынести. И это становится серьёзным испытанием на прочность. В стремлении видеть жизнь своего ребёнка идеальной, некоторые матери нарушают все мыслимые границы, сметают все преграды.
Родительская любовь бывает жестока. Не намеренно, а от избытка чувств. Но главное, все эти старания имеют совершенно противоположный эффект.
Слова точно камни- больно бьют вместо того, чтобы вдохновлять."
Безделье ведет к появлению нелепых и порой опасных идей, которые рано или поздно кто-нибудь да воплотит в жизнь.
Библиотекарь с благосклонностью относился к чтению в целом, но читатели действовали ему на нервы. Было нечто кощунственное в том, как они брали книги с полок и изнашивали слова своим чтением.
Даже если нечто желаемое кажется тебе невозможным, ты все равно должен верить. Ибо в тот момент, когда перестаешь верить, пузырь лопается. Волшебство рассеивается. Магия исчезает из твоей жизни.
Еще два высказывания популярны среди терапевтов, как и в обществе в целом: «Нельзя указывать человеку, что ему делать» и «Я не могу тебе помочь, тебе придется помочь себе самому». Оба эти высказывания — откровенная ложь. Можно сказать человеку, что он должен делать, и многие последуют этому совету и отлично справятся. И можно помогать людям, если они не могут помочь себе сами. После того как вы им помогли, им нужно только встать и продолжать заниматься своими делами. Но с помощью таких призывов общество (я имею в виду всякое общество) побуждает людей оставаться в пределах собственных сценариев и исполнять их до самого трагического конца. Сценарий просто означает, что когда-то давно кто-то сказал человеку, что делать, и этот человек решил так и поступать. Это доказывает, что людям можно говорить, что делать; собственно, им все время говорят это, особенно в детстве. Так что если вы предложите человеку сделать что-то иное, по сравнению с предписаниями родителей, он может решить последовать вашему совету. Хорошо известно, что человека можно заставить напиться, или покончить с собой, или убить кого-нибудь; следовательно, ему можно также помочь перестать пить, перестать убивать себя или других. Несомненно, можно дать человеку разрешение что-то делать или перестать что-то делать так, как ему приказали в детстве. Вместо того чтобы помогать людям отважно жить в старом несчастном мире, можно помочь им жить счастливо в прекрасном новом мире.
- Я так тебе благодарна.
- Брось! Мы нашли друг друга.
- Да, иногда, поорать от души, самое -то!
– Я тебе вот чего скажу, раньше было не очень… сейчас хреновенько… а всё изменится – точно тебе скажу! Всё когда-то приходит к лучшему!
— Я это не говорила.
— Но подумали!
— Лорд Терион, я, как и все умные девушки, много думаю. Есть у меня такая привычка.
Кто сказал, что любовь можно объяснить логикой? Кто умеет вогнать ее в рамки графиков и диаграмм? Она возникает спонтанно, накрывает так, что больше ни о чем не думаешь. Так же, как вдохновение, когда ведешь иглой, выбивая контур, вливая чернила под кожу... Так, как страсть входит обоюдоострым лезвием прямо под сердце и остается там навсегда.
От горя она сделалась совсем прозрачной, как хрупкое стекло. Темное время положило свои тени на его мягкий узор.
«Величайшая честь для воина – это умереть, глядя в глаза Смерти. Не смей отворачиваться. Не смей закрывать глаз. Не смей молить о пощаде. Боль коротка, жизнь быстротечна. Итог един для всех. Все мы однажды будем смешаны с грязью, и плоть нашу пожрут мерзкие черви. Не держись за тлен, это удел труса. Всё имеет свой конец, вечна только слава. О героях слагают легенды и песни, о трусах забывают, как только плюнут на их поганые кости. Понимаешь, дочь?».
=
Они не понимали Жоржетту. Нельзя понять тех, кого не любишь.
=
… лицо сорокапятилетней женщины, которая выглядит старше оттого, что желает казаться моложе, и портит себе кожу, злоупотребляя косметикой.
=
Слишком много ей следовало бы им объяснить, а потому она просто продолжала упрямо качать головой <…>. Она ответила «нет», продолжая отрицательно качать головой, как бы говоря: нет, я не ошиблась, просто не понимаю, я могла бы вам объяснить, но для этого мне пришлось бы рассказать вам <…> о вещах, которые причинили мне немало страданий и которые покажутся вам отвратительными – нет, этого я не могу.
=
— Вы подозреваете его?
— Кто? — спросил он. — Я? Я никого не подозреваю. Если уж сказать вам правду, я очень плохой полицейский, терпеть не могу подозревать людей. Предпочитаю осуждать всех разом. Нет на свете невиновных. А вы верите в невиновность?
Она засмеялась как дурочка, прекрасно зная, что ведет себя как дурочка с этим молодым человеком, который несет всякую чушь, нисколько не похож на полицейского и явно смеется над ней.
…
Что за глупость он сказал? Что, дескать, на свете все виноваты.
Ее беда в том, что она все время думает, будто ее в чем-то собираются упрекнуть. Она прекрасно знает, в чем именно, но это же неправда. Женщина, судорожно цепляющаяся за ускользающую молодость, пытающаяся хоть как-то развлечься. И эти жалкие потуги называются грехом.
=
Он смотрел на нее недоверчиво и разочарованно. Взрослым нельзя доверять. Они тебя никогда не слышат.
=
… в своем дорогом замшевом пальто, ношенном ровно столько, сколько требуется, чтобы выглядеть в нем элегантно.
=
Как женщины ходят по лавкам?
О, это целое искусство. Мужчина может прийти, купить нужную вещь и выйти вон.
Женщина никогда не совершит такого преступления пред благородным искусством торговли. Можете быть уверены, если настоящая женщина вошла в лавку со шляпками, к примеру, она обязательно осмотрит все образцы, потрогает, попросит примерить, растреплет прическу, долго будет укладывать волосы, потом выберет три или четыре самых понравившихся шляпки, а лучше восемь-десять, долго будет думать, советоваться с окружающим, потом останутся только две, одну она купит, со второй расстанется с болью в сердце, уйдет из лавки, и спустя десять минут возникнет на пороге, с выражением: 'сгорел сарай, гори и хата', и потребует вторую шляпку. Они же обе ей к лицу!
Учиться находить компромисс, уступая друг другу, — вот чем мы будем заниматься ближайшие сто лет.
– Ты снобка, Кейти. Снобка и гордячка. Запомни – гордыня тяжкий грех и один из самых любимых у дьявола, как и тщеславие
... похоже, у итальянцев по умолчанию настроена функция любопытства по отношению к людям, а также общительности, если не сказать, болтливости.
— Миш, — с порога зовет. — Я прошу руки твоей дочери, — выпаливает резко.
— Ну, начинается, — подозрительно тянет папа. — Руку, сердце, — усмехается. — Всю бери, — выдает наконец и хохочет над своей шуткой.
Истинность пары – это обещание, что вы будете счастливы, если все сделаете правильно. Но разве это неверно для любой другой пары, не истинной?
Если в тебе есть не реализованный талант, то ты сходишь с ума. Талант тебя ломает изнутри. Рвется наружу.
- Да уж… а тебя мама не учила мыть руки перед едой? Особенно, когда ешь чужие руки. Вот подхватишь стоматит, потом не жалуйся!