Иногда самые важные решения принимаются быстрее других.
И сожалеют о них сильнее.
Неприятно, когда в тебя не верят, но, если ожидают слишком многого, тоже ничего хорошего.
Женщинам самой природой заложено искать крепкое плечо. Я мог его подставить, а ты уцепилась, так как иного выбора не видела.
Она, черт побери, в этом бедламе княжна, и помирать , если придется, будет по-княжески
Случайные влюбленности приключаются почти с каждым, а потом благополучно забываются...
"Делать все самой" она называла смотреть, чтоб все при ней делали.
Зазвичай ми знаємо, яким має бути наступний крок, але він настільки малий, що ми його не помічаємо, бо заглядаємо далеко в майбутнє і замість простого маленького кроку бачимо страшний величезний стрибок. І ми чекаємо. Чекаємо, що Геніальний План у всіх подробицях, як червоний килим, простелиться до наших ніг. Проте навіть якби таке було можливим, нам однаково забракло б духу, щоб пройти по ньому.
В мире без будущего всякий отдельный момент - это конец света.
Человеческий фактор усложняет любую задачу.
-- Я думаю, -- начал медленно Пигасов, -- что есть три разряда эгоистов: эгоисты, которые сами живут и жить дают другим; эгоисты, которые сами живут и не дают жить другим; наконец эгоисты, которые и сами не живут и другим не дают... Женщины большею частию принадлежат к третьему разряду.
-- Как это любезно! Одному я только удивляюсь, Африкан Семеныч, какая у вас самоуверенность в суждениях: точно вы никогда ошибиться не можете.
-- Кто говорит! и я ошибаюсь; мужчина тоже может ошибаться. Но знаете ли, какая разница между ошибкою нашего брата и ошибкою женщины? Не знаете? Вот какая: мужчина может, например, сказать, что дважды два -- не четыре, а пять или три с половиною; а женщина скажет, что дважды два -- стеариновая свечка.
Вам никто ничего не должен.
– Творчество – это наша реакция на боль. Нет боли – нет и продукта.
Жаль, что зарубки на памяти нельзя прикрыть ковриком...
Яды действуют в разных временных интервалах. Какие-то мгновенны, но это, как правило, препараты химического производства или производные от яда земноводных тварей, то есть змей. А растительные, как правило, замедленного действия.
– А у вас ленивые слуги, стол – то грязный, непорядок.
– Да шут с ним, со столом – махнул я рукой.
– Не скажите – казначей покачал головой – С начала грязный стол, потом расхлябывается дисциплина, а потом вам во сне перережут горло. Все дело в мелочах.
Я иногда не успеваю за его мыслью. Вот не успеваю – и все. И все время проигрываю ему в словесных дуэлях.
Нынешний механизм выборов – это просто иллюзия сопричастности к жизни в стране, и при этом многие даже в этой иллюзии не хотят участвовать. Один хрен на выборы ходит только часть населения, из этой части только часть голосует за определенного кандидата, так где тут большинство?
Слава мимолетна и капризна- сегодня с тобой, а завтра- испарится на край света.
«Его кардиограмма могла потрясти бывалого патологоанатома: у недельного трупа она выглядела более перспективной.»
В кого стрелял Фадеев?
В себя — министра или в себя — писателя?
Склоняюсь теперь к выводу, что все-таки в себя — писателя, когда ощутил, что не в состоянии жить без власти, которой наделяют министра.
— Вам не было страшно? Или стыдно? Катрина смотрела на меня во все глаза. — Я актриса. Мне не бывает стыдно.
– Недоразумение в том, что это мой муж. – Лиса внезапно обняла Оливера и поцеловала его в щёку. Выпрямилась и, закатав рукав, продемонстрировала мерцающую перламутром метку. Жалобно протянула: – Как я могла его в чём-то обвинять?
– Никогда, слышишь, никогда больше не смей пытаться избавиться от меня. Не получится. Я лучше сама тебя пристрелю, чем отдам кому-то ещё.
– Я что-то не понял, это любовь или эгоизм? – усмехнулся Матвей.
– Любовь, эгоизм и жадность в одной упаковке, – не осталась в долгу Дана.
– Зато какая упаковка!? – протянул Матвей и, обняв её, не спеша повёл в сторону госпиталя.
В конце концов, чем сомнительная вера в религию лучше веры в мифологию?
Отдав свою судьбу в чужие руки, он снял с себя всякую ответственность за собственное существование.
– Что ты хочешь взамен? – возвращаясь на трон, спросил Хозяин Перекрёстка.
– Свободы! – слова слетели с губ, словно только и ждали этого вопроса. – Прошу снять с меня метку Алмара и кольцо Антео!
– Свобода заключена не в атрибутах, она в сердце. Но я сделаю, как ты просишь, мой маленький Лютик.