— Начала сомневаться? Ещё недавно ты заявляла, что ненавидишь вампиров. — В очередной раз оказалось, что всё сложнее, чем кажется. — Смотри, не начни в процессе своих поисков влюбляться в меня. — Я не смогу любить вампира. Ты — чудовище, греешь ты во мне клыки или нет. — Продолжай так думать, пожалуйста. Я не смогу сопротивляться твоей любви. В закрытой Академии полно тайн, и самая главная из них — я сама. Не оправившись от горя, скрываюсь в её стенах, чтобы расследовать убийство...
1920 год. Город вышел из тифа, потеряв за зиму столько людей, сколько в нём жило до войны. Новая власть не принимает город, а переустраивает его: национализация, трудовая повинность, карточки, уплотнение. В августе убит заведующий продовольственным отделом, и через шесть часов дело забирает чрезвычайная комиссия: контрреволюция. По нему берут одиннадцать человек, из которых двое — учитель и священник. Морозов успел пробыть на квартире двадцать минут и запомнить семь вещей. Убитый впустил и сел...
Ким Джувон умеет говорить с мёртвыми, но зеркало в квартире Ли Ёнчжу отвечает не словами, а отражением чужой гибели. Ли Ёнчжу может распутывать узлы чужой психики, но не знает, как спасти собственную. Что-то проснулось в городе: женщина в стекле, девочка под водой, призраки, которые не ушли, потому что никто не посмотрел им в глаза. Теперь они тянутся вверх – к тем, кто остался. А Джувону и Ёнчжу придётся решить: можно ли выжить, если всё вокруг – отражение чужой смерти? Не...
Мудрость гласит, что за самым темным часом всегда наступает рассвет. Для каждого он свой, разумеется, а вампиры, так вообще, любят именно этот самый темный час. Вот что может представлять из себя рассвет для такой интересной профессии, как наемник? Хаос, естественно! Именно он заставляет пухлые пальцы клиентов тянуться к своим кошелькам, он поглаживает спусковые крючки, он - лучший повод для того, чтобы закупиться боеприпасами. В Апсародае перемены. Сердце Беззакония недавно пропустило...
Меня предал муж, обвинил в измене и бросил умирать в ледяное море вместе с нашим нерождённым ребёнком. Моя мачеха-ведьма забрала всё, что я любила, а мой отец не дожил до этого момента. Я проиграла, моя жизнь рассыпалась на осколки в ледяной воде. Но предсмертный рёв дракона, моей истинной пары, разорвал ткань времени и дал мне второй шанс. Я вернулась за год до рокового Отбора невест, который стал моим смертным приговором. В моём теле пробуждается древняя магия, а в душе - жажда мести. ...
Дёрнула за бороду Деда Мороза в самый плохой день жизни — за что и получила. Теперь я — живая карамелька в городе из леденцов и пряников, а на спасение у меня ровно месяц. Нужно успеть исполнить двенадцать чужих желаний, пройдя через двенадцать миров, пока новогодние куранты не пробили мой приговор. Звучит как бред? Ещё какой. Но этот сладкий кошмар привёл меня к нему. Он появляется в каждом мире на шаг впереди, оставляя за собой лишь лёгкий морозный след и чувство, что я не одна в этой ловушке....
Я умерла после унижений и боли, потому что любимый предал меня, оболгал, забыв о том, что когда-то я спасла его жизнь. Меня клеймили и повесили за колдовство и закопали на перекрёстке дорог лицом в грязь... Я спасла ему жизнь, а в награду он выдал меня за своего евнуха, чтобы тайно приходить в мою постель, постыдился даже статус младшей наложницы дать! Два года я верила, что эта любовь послана небом, два года он шептал, что его жена – лишь ширма, а я – его истинная любовь. А теперь сказал, что...
– Что... что ты тут делаешь? – удивился муж. – Это я хотела спросить, что ты тут делаешь, Андрей? – мой голос прозвучал на удивление спокойно. – Ты же вроде как в командировке должен быть. В Питере. – я выдержала паузу, оглядывая его с ног до головы. – Или Питер – это новое название её спальни? – Аня, давай не будем... это не то, что ты подумала, – наконец выдавил он. – Не то? – переспросила я, подходя ещё ближе. – А что же вы тут, простите, что делали? Марки собирали? Или молнию на брюках...
Говорят, от ненависти до любви один шаг.
В нашем случае — это пятнадцать часов полета и одна очень крупная сделка.
Я думала, что ненавижу своего босса за его холодность и цинизм. Он думал, что презирает меня за лишние килограммы. Мы оба ошибались.
В закрытых переговорных Азии, под прицелом чужих взглядов и собственных желаний, нам придется выяснить: кто здесь на самом деле главный, и какая цена у прощения.
Я знаю с точностью до дня, когда мой дом превратился в клетку, муж в надзирателя, а моя жизнь жены могущественного олигарха окончательно перестала быть моей. В этот день я узнала, что муж нашёл мне молодую замену и продал тайно дело десяти лет моей жизни — коллекцию камей Великой Княгини Ксении Александровны, которую я собирала по миру. — Без сцен! Мне нужны наличные, я нашёл какого-то молодого придурка, который отвалил за коллекцию в два раза больше, чем я рассчитывал. Найди себе другое...
Тёмный Волк обманом завладевает тенью трости, и уже ничто не помешает ему первым добраться до Джэи и забрать у неё сферу света. Если не остановить его, Хэнмури погрузится во тьму. Теперь Джэо, Сэхи и Стражам нужно во что бы то ни стало предотвратить катастрофу, которая надвигается на город. Они готовятся к финальной битве, но хватит ли им сил, чтобы победить Тёмного Волка? Ведь в опасности уже не только сестра Джэо, но и все жители Хэнмури!
– Меня Андрей зовут, – представляется мастер, а затем замирает, уставившись на фотографию, прилепленную на дверцу холодильника. Там я и мой муж стоим на берегу моря и улыбаемся. – Это кто? – довольно нагло спрашивает Андрей. – Мой муж, – отвечаю я и отступаю. Не нравится мне его реакция. – А у вашего мужа случайно нет брата близнеца? – медленно обернувшись, спрашивает мастер. – Нет, у моего мужа только сестра. Поведение мастера меня немного пугает. – Вот как, – вздыхает он и открывает свой...
– Люда, ты идиотка! Зачем ты это сделала? — орёт мой муж, нависая надо мной. — Ты всё разрушила! Всю мою жизнь! А я ведь ради нас старался! Ради нашей семьи! – Не драматизируй, Денис, — перебиваю я, осторожно отступая к дверям. — Уверена, это всё какое-то недоразумение. Мы скоро во всём разберёмся… – Издеваешься? — взрывается он, сжимая кулаки. — Ты хоть понимаешь, что ты наделала? Моя жизнь, моя карьера… Из-за тебя у меня ничего не осталось! – Ну как же ничего? — замирая на месте, едко...
– Детка, успокойся, – улыбается Наташа. – Не нужен мне твой мужик на постоянной основе. Он пока не дорос до того, чтобы обладать такой женщиной как я… – Не знала, что у подстилок такое самомнение, – замечаю я и разворачиваюсь чтобы уйти. – Да лучше быть подстилкой, чем такой лохушкой! Ты тупица! Тимур тебя просто использовал, чтобы заработать побольше денег для меня! Он даже твою премию потратил на то, чтобы свозить меня на отдых! Мы с ним скоро улетаем! Слышишь меня? Он со мной полетит и...
– Бабуля, ты уже сполна пожила в роскоши, – с усмешкой заявляет Катерина. – Пора уступить дорогу кому-то помоложе. – Тебе что ли? – интересуюсь я. – Да! Мне! А что ты можешь дать своему мужу? Детей родишь в пятьдесят? – Я уже родила мужу троих дочерей, – спокойно произношу я. – И что с того? Подвиг что ли совершила? Теперь твоя участь нянчить внуков! А я ему сына рожу! Наследника! – Наследника чего? – спрашиваю я, приподняв брови. – Выбрав моего мужа, ты просчиталась. Готовься к тому, что...
- Кость, я не хочу разводиться пока. Давай мы с тобой притормозим, - любовница мужа просит у него отсрочки своего развода. - Кристин, я дам тебе больше. Понимаешь это? Я дам тебе намного больше, чем он может тебе дать. Потому что ему на тебя плевать, а мне на тебя нет, - пытается уговорить ее муж, а я еле сдерживаюсь, чтобы не ворваться к любовничкам, и не расстроить их планы, которых особо и нет. - Давай так, Кость, за полгода мы решаем все наши проблемы, и потом прижмем эту парочку так, что...
Её продали в жёны человеку, который, возможно, её убьёт.
Единственный способ выжить — полюбить.
Или возненавидеть.
Она выбирает месть.
Он выбирает любовь.
Кто победит в этой игре без правил?
Книги о том, как не повезло – а может быть, наоборот, повезло – нашему современнику. Он даже в страшном сне предположить не мог, что окажется в совершенно чуждом для него обществе. Не в соседней стране и даже не за океаном, а в чужой цивилизации, за сотни парсеков от родной планеты. Так уж получилось. И что, опустить руки? Ну уж нет. Да, пришлось много трудиться, решать различные проблемы, иногда на грани жизни и смерти, но ведь пробился, выгрыз себе кусочек личного счастья.
В голове - хоровод пьяных медведей и голых балерин. От любого света норовит взорваться мозг, а запахи чувствуются так тонко, словно я парфюмер. И ни хрена не помню, как тут очутился. Но знаете, что? Тут есть один плюс - видите, как мои зелёные пальцы превращаются в цельные костяные когти? Вот и отлично. А теперь смотрите, как они вырывают горло того выродка, что меня стережёт. И не осуждайте. Что? Почему пальцы зелёные? Значит вот оно как - про моё заключение у вас вопросов нет. А я вот не...
В голове — хоровод пьяных медведей и голых балерин. От любого света норовит взорваться мозг, а запахи чувствуются так тонко, словно я парфюмер. И ни хрена не помню, как тут очутился. Но знаете, что? Тут есть один плюс — видите, как мои зелёные пальцы превращаются в цельные костяные когти? Вот и отлично. А теперь смотрите, как они вырывают горло того выродка, что меня стережёт. И не осуждайте. Что? Почему пальцы зелёные? Значит вот оно как — про моё заключение у вас вопросов нет. А я вот не...
Она охотится на убийц. Он — один из них. Притяжение противоположностей никогда не было настолько буквальным. Криминальная журналистка Окли Новак построила карьеру на разоблачении самых тёмных секретов Бостона, но она никак не ожидала, что серийный убийца обратит её же методы против неё самой и начнёт её преследовать. Зандер Роудс неделями наблюдал за ней через скрытые камеры, очарованный её острым умом и неуёмной энергией, пока она не застала его на месте преступления и, вместо того чтобы...
— Что ты со мной делаешь?
Он усмехнулся — медленно, страшно, почти нежно.
— Не провоцируй альфу, Ева, если не готова стать его жаждой.
* * *
Я хотела изучить альф.
Вместо этого один из них начал изучать меня.
А потом я увидела на его коже метку жажды.
Тёмную. Живую. Опасную.
Такую метку не получают случайно. Она появляется у альф только тогда, когда инстинкты уже выбрали за них.
1899 год. Китай начинает пылать — Поднебесную захлёстывает страшный и кровавый вихрь, который позже назовут Боксёрским восстанием. В густом дыму от сожжённых миссий, среди атак на иностранные кварталы и маршей фанатичных «кулаков справедливости», империи делят огромную страну на зоны влияния и не собираются отступать. И в этом безумии выживает лишь тот, кто стреляет первым и думает быстрее остальных. И это Меткий стрелок!