«Никогда не оправдывайся — враги все равно не поверят, а друзьям это не надо». (Цицерон)
- И мы всегда жили счастливо! А когда кончалась посуда - ещё и тихо.
Стройность и счастье зависят вовсе не от ограничений — именно в них причина несостоятельности любой диеты, а от умения получать удовольствие, не теряя при этом чувства меры.
... – давай, ешь уже омлет!
– А из чего ты его приготовила? – подозрительно уточнил Гард.
Не выдержала:
– Из последних моих сил!
Никогда не доверяла фразам: «Ты для меня больше, чем воздух», «Я все отдам» и подобным. Если человек говорит, что готов отдать все, значит, в действительности не отдаст ничего.
Обеспокоенно посмотрев по сторонам, с облегчением обнаруживаю подругу сидящей на подоконнике в обнимку с игрушечным медведем. Вытянув шею и приподнявшись на локте, попыталась рассмотреть, что так сильно заинтересовало ведьмочку за окном. - Что показывают? Девушка пожала плечами. - Тоску. Меланхолию. Снег.
Люди - что овцы: куда баран, туда и весь табун.
– За такое надо выпить! – В обед? – Да какая разница! Или ты за рулем?
"Ладно МэдМакс, считай, что это просто игра, играл же за воительниц, драконов и алиенов? Ну вот тебе ещё вариантик чужого тела напрокат. Относись бережно, но не особо парься"
– Простите, эра Шторм, за доставленные неприятности. Мы жалеем о случившемся, постараемся исправиться! – В смысле постараетесь больше не попадаться? – уточнил я. – Так точно. То есть никак нет!
Это очень забавно - сидеть посреди пустыни и писать письмо.
Никто не учил ветра повиноваться, и эта наука давалась с болью и тяжким трудом.
... в тисках беды и отчаяния любовь должна говорить сама за себя, а все прочие должны быть слепы и глухи, кроме господа бога, которому дано читать и между строк и кому в конце концов в делах любви, равно как в делах справедливости, принадлежит последнее слово.
Нет на свете ничего страшнее, чем разрушенная надежда.
Кен – абсолютный интроверт. Почему он должен гулять и развлекаться, когда совершенно очевидно, что социальный любитель выпить у нас – я?
Пруд протралили, но выловили не местную бедную Лизу, а мешок с каким-то старым хламом.
<...> когда на душе тяжело, все вокруг кажется подтверждением тезиса "жизнь ужасна, все вокруг идиоты", а когда ты влюблен и счастлив, идиотом кажется какой-нибудь мрачный Шопенгауэр.
...Георгий с женой спорить не стал. Это ее решение, ее война с собственными демонами, а его дело — прикрывать спину и подавать патроны.
С шоколадками грустить стало не намного,но веселей
Жуга припомнил пару историй, подслушанных в Маргене — что-то там про бродячих колдунов. Наемники. За плату они подряжались изводить всякую нечисть, которая, кстати, колдовством и была рождена на свет. Народ их не любил. Хотя, если поразмыслить, народ не любит все, что не может понять — уж в этом-то Жуга имел возможность убедиться самолично.
…вот-вот начнут сбываться пророчества стародавних преданий, в которых говорилось, что в день его смерти ил болотистых притоков заполонит реки, выпадет кровавый дождь, куры снесут пятиугольные яйца, на земле воцарятся безмолвие и тьма, ибо день его смерти и будет концом света.
Главная ошибка - " сначала разберусь со страхами, потом начну действовать". Этот момент может не наступить никогда. Потому что страхи постоянно возникают в процессе действий.
Ну как ей дать понять, что я ни в чем не могу разочароваться, поскольку нет ничего такого, чего бы я ожидал?
— Папа, я уже тебе говорила, что ты не должен жить тут один, тебе плохо, ты вбиваешь себе в голову черт знает что…
— И куда я должен ехать? — спросил дедушка. — Может, к тебе домой?
— Да! Поехали к нам! — начал умолять я.
Дедушка Оттавиано улыбнулся и погладил меня по голове.
— Знаешь, что происходит со старыми деревьями, когда их пересаживают? Они умирают. Скажи это своей матери.
Кто бы ей раньше сказал, что доля королевы - не всеобщее уважение и почёт, а ежедневные ожесточённые словесные схватки и проверки на прочность…