Все книги
Историческая проза, Семейный роман/Семейная сага, Зарубежная классическая проза, Компиляции, Авторские сборники, собрания сочинений
История Гарри Клифтона таинственна и неординарна. Как будто его ведут по жизни две противоположные силы. Светлая, земным проявлением которой выступает портовый нищий Смоленый Джек, в прошлом капитан флота. И темная, нашедшая свое воплощение в Уолтере Баррингтоне, владельце пароходной компании. Вчера сын чернорабочего в бристольских доках, сегодня ученик элитарной школы, завтра — человек с чужой родиной и чужим именем, попытавшийся таким волевым ударом разрешить узы несчастливой судьбы. «Лишь...
Что если я скажу о том, что древние языческие боги существуют на самом деле? Скорее всего вы не поверите. Вот и Алексей Зайцев посчитал это бредом. Однако спокойная, размеренная жизнь, скучная работа и планы на ближайший вечер – всё в одночасье рухнуло, когда любопытство завело его к современным неоязычникам. Желание сменить обстановку и попить пива в новой, интересной компании, обернулось невероятным путешествием в мир Древнего Рима. Роман для вдумчивого, неторопливого читателя, любящего не...
Посвящается моей покойной подруге, с чем я до конца до сих пор не смирилась, до последнего надеясь, что она как обычно приедет с Германии живой, Низамутдиновой Алине Руслановне, о коей смерти я узнала просто написав на её аккаунт ВК, который перестал обновляться с 2019 года. Убийцы не знали, что я жива и с ней переписывалась, так как меня просто тоже планировали раньше чем её убрать отравлением. Звонки, угрозы, приключения, где всех уже сразу кинули...
«Я не собираюсь умирать». Говорящей было около пятидесяти, она была немного полновата и хорошо одета в темно-синий деловой костюм. Ее короткие волосы были окрашены в огненно-красный цвет. Она носила стильные очки с логотипом дизайнера, выгравированным сусальным золотом на дужках. Она сидела в позе исповеди, наклонив голову, глаза открыты, но прикованы к сомкнутым рукам на коленях. Ее лицо было залито кровью от бешено колотящегося сердца. Она произнесла эти слова тихо, чуть громче шепота, но...
Сегодня все было в ожидании. Некоторые события нельзя было торопить. Терпение и подготовка были необходимы для успешного завершения даже самых рутинных профессиональных убийств. Такие работы можно было считать рутинными только из-за подготовки к ним и терпения, проявленного при их выполнении. Если в преддверии работы срезать углы — если какие-либо непредвиденные обстоятельства не будут учтены и спланированы — ошибки обязательно последуют. Ошибки случаются и в том случае, если работа...
Убийца был хорош. Он двигался плавно и экономно, что делало его расслабленным, почти беззаботным, но он всегда осознавал свое окружение и всегда был начеку. У него было худощавое, незапоминающееся лицо, которое выглядело немного старше своих тридцати пяти лет. Он был высоким, но среднего роста для выходца из самой высокой нации на планете. Житель Амстердама Феликс Кои работал наемным убийцей без каких-либо пристрастий. Он продавал свои услуги тому, кто больше заплатит, независимо от должности,...
Это было хорошее утро, чтобы убить. Непроницаемые серые тучи закрыли солнце, а город внизу был темным и тихим. Холодно. Как ему это нравилось. Он шел в расслабленном темпе, не торопясь, зная, что идет идеально. Начался мелкий дождь. Да, особенно доброе утро, чтобы убить. Впереди по дороге медленно двигался мусоровоз, мигая оранжевым светом аварийной сигнализации, дворники качались взад-вперед, отгоняя моросящий дождь. Сборщики мусора следовали за автомобилем, спрятав руки под мышками, пока...
Алан Бомонт прошел через автоматическую дверь своего офисного здания и спустился по широким ступеням на тротуар. Небо над округом Колумбия было монохромным серым облаком. Шел мелкий дождь, но несколько капель воды его не беспокоили. Мокрая одежда? Что бы ни. Растрепанные волосы? У него не было волос, которые можно было бы испортить. Этого давно нет. Ничто не помогло сохранить эти когда-то великолепные кудри. Ни таблетки. Ни зелья. Большим и средним пальцами он открыл зажигалку «Зиппо» и...
06:19 по центральноевропейскому времени Цель выглядела старше, чем на фотографиях. Свет уличного фонаря подчеркивал глубокие морщины на его лице и бледный, почти болезненный цвет лица. Виктору этот человек казался на взводе, то ли из-за нервозности, то ли из-за слишком большого количества кофеина. Но каким бы ни было объяснение, через тридцать секунд это уже не будет иметь значения.
Поезд метро остановился. Долгий гидравлический вздох, а затем тишина. Несколько мгновений в переполненном вагоне никто не двигался. А потом, когда тишина и тишина сгустились, глаза начали мерцать. Стоящие пассажиры обеспокоенно всматривались в окна в черноту, словно надеясь на какое-то объяснительное видение или откровение.
— Что вы думаете об этом? — спросила Джасминдер Капур, когда она и ее подруга Эмма Уикс выбирались из толпы, покидая Алмейду. Театр, элегантное викторианское здание, переоборудованное из полузаброшенной фабрики, располагался в узком переулке Ислингтона, где зрители могли болтаться и спорить о спектакле, который они только что видели. Алмейда специализировалась на острых постановках новых и известных пьес, и обычно было что обсудить. Публика, как всегда, состояла из состоятельных местных...
В своей квартире недалеко от британского посольства в Никосии Питер Темплтон проснулся рано. Несколько минут он лежал, глядя на рисунок лестницы на стене своей спальни, сделанный солнцем, пробивающимся сквозь жалюзи. Затем, с предвкушением, он вспомнил сообщение, которое получил вчера: кодовое слово от Джагира, которое звало его на срочную встречу. Темплтон был главой резидентуры МИ-6 на Кипре, а Джагир был одним из его самых важных агентов.
Солнце косо пробивалось сквозь высокие своды базара, бросая вниз лучи света, в которых лениво клубились пылинки и тонкие струйки сигаретного дыма. Майлз Брукхейвен начал расслабляться, идя по длинному центральному проспекту, вдыхая запахи порошкообразных горсток специй, протягивая руку, чтобы коснуться блестящей пурпурной кожицы баклажанов, и обмениваясь громкими приветствиями с владельцем прилавка.
Черные крылья ворона режут воздух, приближая ведьму и беса к свободе. Судьба подкидывает монету жизни адептки Дакасты: любовь или ненависть, надежда на будущее или смерть. Ощущение неизбежного прокрадывается в сердца людей, когда культисты нарушают покой ушедшего бога. Университет Чароплетства по-прежнему хранит свои тайны, а каждому из героев приходит время сделать непростой, но окончательный выбор. И убедиться, что тьма сгущается перед рассветом.
Их жизнь была не такой как у всех. Алкоголь, наркотики, нищета и безнадёга. Но в один прекрасный момент на их долю выпал тот самый счастливый билет, способный всё изменить. Из далёкой Америки им прибывает многомиллионное наследство, заполучить которое они могут лишь выполнив одно обязательное условие: участие в популярном ток-шоу. Такова была воля их покойного отца. Отказавшись от передачи они потеряют возможность вступить в наследство, а их дети продолжат существование в мире полном ненависти и...
Мира попадает в другой мир. Как оказалось, не случайно. Ее призвали члены родового союза, как наследницу графитовой крови. Теперь Мире и еще трем наследникам, предстоит овладеть магией, и стать законными правителями Мириды. Вот только, Мира не простая наследница, со временем в ней просыпается забытая кровь. Попутно запрещенная магия. Из мыслей меня вырвал свет, мягкий, золотисто-жёлтый такой необычный, словно волшебные искры. Какое красивое и приятное мерцание, так хочется потрогать, дотянуться...
Две враждующие организации отправляют девушек-спецагентов в прошлое. Их миссия – откорректировать его и создать такую версию будущего, где именно их компания процветает. Девушки начинают обмен ироничными и едкими письмами, которые оставляют друг другу по очереди в самых неожиданных местах и временах во время заданий. Постепенно они становятся все ближе друг другу, но война продолжается, и кто-то должен в ней победить.
Независимость, жизненный опыт, умение влиять на умы, имущество, банковский счет. Что из этого можно взять в другой мир? В этом теле чудесно все — и внешность, и профессия, но безотказность и готовность всегда помочь в ущерб себе меня не устраивают. Одна маленькая чужая ошибка — которую я исправлять больше не собираюсь! — может привести к настоящей катастрофе. Зрелая самодостаточная героиня в теле девушки с комплексами и неумением говорить «нет». Непростые решения, сложные отношения, люди...
После смерти бабушки, единственной, кто ее любил и понимал, девочка подросток сбегает из дома приютивших ее родственников и попадает под колеса автомобиля. Очнувшись, она оказывается на другой планете, среди детей с похожими судьбами. Где им предоставляется выбор, вернуться на Землю или остаться на загадочной планете Юмирис.
Эта история произошла в небольшом провинциальном городке Холмогорске. Жизнь шла своим чередом, пока в наш мир не попали таинственные пришельцы извне. Они прибыли сюда из другого мира через межзвёздный магический портал. Но из-за пустяковой оплошности всё пошло наперекосяк. Жители городка стали проваливаться в другие миры! Предотвратить катастрофу предстоит старшему смотрителю Вселенской библиотеки. А главное – не переборщить с количеством волшебной книжной пыли…
Есть в космосе одно негласное правило – нельзя игнорировать сигнал бедствия. Ни один астронавт не оставит другого в беде, неважно с какой планеты и какой он расы – космос таит много опасностей для любого из нас. Но если бросаешься на выручку, будь готов оказаться в худшем положении, чем тот, кого ты собирался спасать…
Озоновый слой планеты стремительно исчезает, человечество на грани вымирания, и главный герой, оказавшийся в научной команде, которая разрабатывает различные способы спасения людей, начинает вести краткие заметки в личном дневнике о происходящей вокруг ситуации.
Продолжаю себе топать по дороге. От замка моего бывшего приятеля, Марка, до лесной опушки, где живёт Черный, и дальше – к лагерю землян. Но примут ли они меня?.. Ведь я неизлечимо больна.
Иногда ты живёшь своей привычной жизнью, даже не подозревая, что кто-то выбрал тебя для каких-то своих целей. Но твои желания совершенно не берутся в расчёт, потому что лабораторный материал своего мнения иметь не может. И тогда выбор оказывается не велик – подчиниться или доказать, что ты – не просто материал.