Рассказ
Уильям Тревор — один из самых выдающихся наших писателей-новеллистов. Он также автор нескольких романов. Тревор родился в Ирландии, в Корке, и провел там значительную часть своей жизни. Сейчас он живет в Девоне, на юго-западе Англии. Свою творческую деятельность Тревор начал как скульптор; его первый роман, «Старики», опубликованный в 1964 году был удостоен литературной премии Хоторндена. Еще один его роман, «Дети Динмута», получил премию в 1976 г. Многие из его рассказов в авторском переложении...
Элспет Дэйви родилась в Шотландии и провела, первые годы своей жизни на юге Англии. Она посещала школу в Эдинбурге и училась там в университете и в Колледже искусств. Несколько лет она преподавала живопись. Кроме рассказов, которые появились в английских и американских литературных журналах, и тех, которые были опубликованы в двух сборниках, миссис Дэйви также написала два романа: «Приготовления» (1971) и «Создавая сцену» (1969). Второй из этих романов, который отражает ее любовь к живописи,...
За день до празднования Нового года в жизни трех подруг появляется испуганный и голодный бездомный кот. Алексей к этой простенькой мяукающей истории никакого отношения не имеет. Рассказик от женской половины автора.
«Тополь дрожащий», осина – дерево с долгой историей, самое живое орудие казни. Небольшие истории о жизни разрушенного государства и существующими параллельно с ним юными людьми. Штурм Белого дома, рэп-концерт, работа в колл-центре: вошедшие в сборник рассказы напоминают, насколько похожа бывает мизансцена для, казалось бы, совершенно разных поколений.
«Был у нас на посаде мужичонка один – сапожник. Мы его взяли и прозвали Шкурланом, потому он того заслуживал. И утром рано, и ночью поздно все, бывало, пьяный шатается он по посадским улицам и орет – и все это он одну и ту же поговорку орал…»
- Видал, - старушка с лавочки ухмыльнулась, - Василиса Марковна на чем ездит? Пенсионерка, блин. Из семьдесят третьей...
Вася и Леша оглянулись на дорогущую иномарку. Из машины выбралась старушонка, прошла к багажнику, достала пакеты, закрыла машину, двинулась к подъезду.
- Здоро́во, соседушки!
- Здорово, здорово, - старушки покивали ехидно.
Родина Александра Меситова — Тула. До окончания в 1978 году факультета журналистики Московского государственного университета он работал на шахте, служил в армии. Последние годы живет в Нарьян-Маре, является ответственным секретарем газеты «Няръяна Вындер». Был участником VII Всесоюзного совещания молодых писателей, публиковался в «Литературной России», «Литературной учебе», коллективных сборниках «Мы из МГУ» («Молодая гвардия») и «Поколение» («Художественная литература»).
«Хорошо, Господи, что у всех есть свой язык, свой тихий баюкающий говор. И у камня есть, и у дерева, и у вон той былинки, что бесстрашно колышется над обрывом, над белыми кудрями волн. Даже пыль, золотым облаком встающая на детской площадке, у каменных столбиков ворот, говорит чуть слышно горячими, колющими губами. Надо только прислушаться, понять. Если к камню у купальни – толстущий такой камень, черный в жилках серых… – прилечь чутким ухом и погладить его по столетним морщинам, он сейчас же...
«Если когда-нибудь эти строки – чудом ли, невнимательностью ли советского цензора – задрожат в Ваших руках, не гневайтесь на меня за то, что острым скальпелем вскрываю Вашу заплеванную душу, рассказываю о ней простыми и страшными, вульгарными и нежными, циничными и святыми словами Вашего же письма! Поверьте, жалкая, поверьте, упавшая в красный хмель, – Ваш грех не радостен…»
«…Угол у синей, похожей на фантастический цветок лампады, отбит. По краям зазубренного стекла густой лентой течет свет – желтый, в синих бликах. Дрожащий язычок огня, тоненький такой, лижет пыльный угол комнаты, смуглой ртутью переливается в блестящей чашечке кровати, неяркой полосой бежит по столу.
Мне нестерпимо, до боли захотелось написать вам, далекий, хороший мой друг. Ведь всегда, в эту странную, немножко грустную ночь, мы были вместе. Будем ли, милый?..»
О дружбе собаки и человека написано много рассказов. Представляю вашему вниманию один из них. Не знаю, открыл ли автор что-то новое для читателя. Скорее всего — нет, однако, нужна ли в этом случае какая-либо новизна? На мой, естественно, субъективный взгляд, в данном случае в этом нет никакой необходимости. Скупо, спокойно автор рассказывает простую и грустную историю — историю о потере друга, наверно, самого близкого. С самых первых предложений этого произведения, мы не встречаемся, а...
В. С. Найпол родился в Вест-Индии, на острове Тринидад, в 1932 году. Его семья принадлежала к небольшой колонии индийских коммерсантов, предки которых переселились сюда из Индии в качестве сельскохозяйственных рабочих в середине 19-го века. Он окончил школу в Порт-оф-Спейне, на ос. Тринидад, а затем поступил в Оксфордский университет, где изучал английский язык и литературу. С тех пор он постоянно живет в Англии (и женат на англичанке), однако часто приезжает на Тринидад навестить свою семью. ...
«Семьянин» взят из сборника рассказов под названием «На краю скалы», впервые опубликованного издательством «Чэтоу энд Уиндус» в 1979 году. Это прекрасно построенная история с хитроумным поворотом событий в сюжете и мастерски обрисованными героями. Особенно интересен образ Уильяма, которого читатель так и не встречает.
Что может произойти в одиннадцать вечера, да еще в трехкомнатной квартире старой пятиэтажки? Студенту и ректору, заявившимся сюда в столь поздний час, думать об этом было некогда.
В этом эссе описывается один из типов "слабых" лишенных крепкой воли людей. Нет, я не оправдываю их, но хочу чтобы читатель сам обратил внимание и взглянул на людей с моей одной из многочисленных точек зрения. Я не говорю "Пожалей", а пытаюсь донести "Взгляни!" не поверхностно, а глубже. И именно тогда мы начнем чуточку лучше понимать мир и изменить вовремя что-то в себе…
Вскоре после окончания Первой Галактической Войны мальчишка-землянин решает для себя вопрос - кто он и что ему делать...
"Только тот, кто любит, может увидеть вас такой. Очень похоже… — продолжила восхищаться официантка, — наверное, он вас очень любит. ". Я вздрогнула, сообразив о чем она, — о листке из блокнота, который сиротливо лежал передо мной на столике. А на нем — знакомое и незнакомое одновременно лицо. Обрамление растрепанных волос, счастливая улыбка, и взгляд… Не бывать у меня такому взгляду! Не дождетесь, мать вашу!