Весной девяносто шестого года советский генерал-лейтенант запаса Сергей Михайлович Лопатин засыпает в кресле над книгой о русско-японской войне — и просыпается приамурским генерал-губернатором Николаем Ивановичем Гродековым в Хабаровске второго мая тысяча девятисотого года. В голове — атеист, коммунист, ребёнок войны, потерявший отца под Курском и брата под Витебском. В теле — генерал от инфантерии, востоковед, наказной атаман трёх казачьих войск. Под рукой — округ от Шилки до Камчатки,...
Создано с помощью нейросети. Весной девяносто шестого года советский генерал-лейтенант запаса Сергей Михайлович Лопатин засыпает в кресле над книгой о русско-японской войне — и просыпается приамурским генерал-губернатором Николаем Ивановичем Гродековым в Хабаровске второго мая тысяча девятисотого года. В голове — атеист, коммунист, ребёнок войны, потерявший отца под Курском и брата под Витебском. В теле — генерал от инфантерии, востоковед, наказной атаман трёх казачьих войск. Под рукой —...
Весной девяносто шестого года советский генерал-лейтенант запаса Сергей Михайлович Лопатин засыпает в кресле над книгой о русско-японской войне — и просыпается приамурским генерал-губернатором Николаем Ивановичем Гродековым в Хабаровске второго мая тысяча девятисотого года. В голове — атеист, коммунист, ребёнок войны, потерявший отца под Курском и брата под Витебском. В теле — генерал от инфантерии, востоковед, наказной атаман трёх казачьих войск. Под рукой — округ от Шилки до Камчатки,...
Чтобы вытащить невиновного из заключения, необходимо найти настоящего преступника! Клавдий Мамонтов и Макар Псалтырников оказались в эпицентре сложного и многогранного расследования дела об убийстве их бизнес-компаньона Дмитрия Матвеева. Ведь именно в нем была ложно обвинена домработница Макара — Мария Гольцова. Преступление поражало чудовищной жестокостью — жертву в бессознательном состоянии бросили под колеса тепловоза! И все обвинения строились в основном на словах свидетеля, который видел,...
Вспоминая о казачестве в Гражданской войне, мы первым делом думаем о белом казачестве. Действительно, казаки Краснова, Каледина, Бичерахова много наследили в истории, воевали с Красной Армией и против советской власти. Но ведь были и красные казаки, те, кто сразу встали за Советы и бились, не жалея жизни, с белогвардейцами. И у красного казачества были свои «атаманы», свои командиры. Таким был Александр Исидорович Автономов, первый главком революционной армии Северного Кавказа. Судьба его была...
Выскакиваю со двора наперевес с лопатой и вижу картину – под забором сидит молоденький полицейский, видимо, получивший по голове веткой. — Малолетка по тебе плачет. Я устрою тебе сладкую жизнь, — бросает он угрозу пацаненку. — Что здесь происходит? — рявкаю я. Мальчишка смотрит на меня. — Он к отцу моему шёл, жаловаться, что я в школе окно разбил, а я ни причём. — Ага, а кто? Молчит, покрывает кого-то. — И что ты сделал? — Ну, ветку сбросил, чтобы он того… Не дошёл. — Вставайте. И шагом...
«Краткая история этики» (1966) —фундаментальный труд Аласдера Макинтайра, в котором история моральной философии раскрывается как динамический процесс, неразрывно связанный с изменением форм социальной жизни и общественных идеалов. Макинтайр показывает, что нравственные понятия не являются абстракциями вне времени: они формируются в историческом развитии – от Гомера и становления античной полисной мысли через Средневековье, Новое время и до философии XX века. Автор анализирует основные традиции –...
«Краткость – сестра таланта» – творческое кредо и вместе с тем один из самых известных афоризмов Антона Павловича Чехова. «Если на сцене в первом действии висит ружье, в третьем или четвертом оно должно выстрелить», «умный любит учиться, а дурак учить», «как бы чего не вышло», «на деревню дедушке» – все эти высказывания прочно вошли в обиход и повторяются уже более ста лет. Многие чеховские цитаты, ставшие крылатыми, принадлежат его персонажам («Они свою образованность хочут показать»; «в Греции...
Технический прогресс ускорился. Но «ускорилась» и история – а к чему это ускорение приведет, пока совершенно неясно. Ясно одно: хорошего ждать не приходится, потому что…
Из инженера советской закалки я попала в тело молодой крестьянки XIX века. В самый центр славянского мира, где сила земли, родовые традиции и людские судьбы переплетены крепче, чем я могла себе представить.
Мне предстоит не только внедрить свои знания, но и научиться жить рядом с людьми из другой эпохи. Слушать, прощать, любить. Сумею ли я остаться собой в чужом мире и объединить знания моего мира с традициями предков?
16+!
ИЗДАНИЕ ВМЕСТЕ С БОНУСНЫМИ ГЛАВАМИ!
Продолжение романа "Кривые зеркала".
***
В этой книге мы встретимся с уже знакомыми нам героями и познакомимся с новыми. Ведь жизнь не стоит на месте...
В условиях быстро меняющегося мира, когда экономическая нестабильность становится неотъемлемой частью нашего бытия, книга "Кризис или возможность: Как зарабатывать в нестабильное время" предлагает уникальный взгляд на кризисы как на точки потенциального роста. Исследуя исторический контекст и психологические аспекты восприятия трудностей, автор демонстрирует, как кризисные ситуации могут стать трамплином для финансового благополучия и личностного роста. Книга подробно рассказывает о...
Перейдя дорогу могущественному «Реестру Митры» в высших эшелонах власти Вашингтона, Итан теряет все. Ложное обвинение, внутреннее расследование и позорная ссылка в глухую провинцию, где самым громким делом года считается кража коровы у местного фермера. Здесь, среди бескрайних полей Среднего Запада, Итан рассчитывает залечить раны и дождаться шанса на реванш. Но покой Спрингфилда оказывается иллюзией. Провинциальный омут скрывает преступления, от которых стынет кровь, и Итану вновь приходится...
Расправа над криминальными кланами Озарка осталась позади. Оправданный подчистую и вернувшийся в Вашингтон на вершине триумфа, опальный агент ФБР восстанавливает свое имя и влияние. Теперь у него есть все, о чем он мечтал в заснеженной глуши Миссури, официальный статус, ресурсы и возможность нанести по теневому «Реестру Митры» сокрушительный удар. Но Вашингтон это не провинциальный Спрингфилд, здесь врагов не берут на мушку в глухом лесу. Чтобы вскрыть заговор, ниточки которого ведут на самый...
Март 1973 года. Пока Вашингтон сотрясают первые громкие разоблачения Уотергейтского скандала, руководство ФБР отсылает спецагента Итана Митчелла подальше от столицы. Его отправляют на гигантскую плотину Гувера в пустыне Невады, где в подземном тоннеле найдено тело молодой женщины-эколога. Полиция пытается списать все на несчастный случай, но Итан обнаруживает замурованные в толще бетона «скелеты 1930-х годов» и выходит на легендарного создателя плотины, готового на все ради защиты своего...
Масштаб задач выходит на уровень национальной безопасности. Итан Митчелл оказывается втянут в противостояние с организованной преступностью и коррумпированными структурами внутри самой системы. Теперь он использует весь арсенал накопленного опыта, чтобы нанести удар по верхушке криминальной пирамиды. Однако в мире больших ставок и политических интриг современные методы криминалистики могут оказаться бессильны против предательства тех, кому он доверял. Сможет ли Итан довести свою главную партию...
Майами 70-х встречает Итана Митчелла тенью тайного синдиката, засевшего в самом сердце закона. Здесь улики исчезают по приказу сверху, а предательство стало единственной надежной валютой. Итан начинает охоту в одиночку, понимая, что его уникальные знания лишь временная фора против врага, который носит форму и жетон. В этой игре на выбывание Митчеллу предстоит выяснить, можно ли доверять хоть кому-то, когда система уже вынесла тебе смертный приговор, а за каждым дружеским плечом скрывается нож?
Вера Ланская проснулась на каменном полу чужого дворца с чужим голосом, чужими руками и кинжалом в пальцах. Рядом лежал мертвый мужчина в черной одежде с золотой вышивкой, а за запертой дверью уже кричали стражники. Она не знала, как попала в тело Лиары Морвен, не знала имени погибшего, не знала даже, в каком мире очнулась. Но профессиональная привычка оказалась сильнее паники: прежде чем дверь выбили, она успела заметить, что крови вокруг раны слишком мало, что пятна на ее платье похожи на...
В его памяти тысячи обрывков воспоминаний о том, как он стоит, совершенно одинокий, посреди пустошей. Вольный идти куда глаза глядят, но не имеющий, куда вернуться. Так дела обстоят и на этот раз, потому что Кринджа... бросили. Все, вообще все. Вот такие вот гады. Хотя, с другой стороны, а кто захочет водиться с персоной, которую хотят получить в свои цепкие руки буквально все, имеющие власть, силы на планете? Наш герой - очень и очень разыскиваемая личность! Так что, он один. Снова. ...